Гарридрака и все-все-все

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Гарридрака и все-все-все » Фанфики автора Невиддимка » "Брат мой названный" джен, НМП/СС/ГГ/ГП


"Брат мой названный" джен, НМП/СС/ГГ/ГП

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

Название: Брат мой названный.
Автор: Я
Рейтинг: PR-13
Пейринг: НПМ/СС/ГГ/ГП
Жанр: общий, приключения
От автора: Мой первый фик, многа буков и будет еще больше!

0

2

Глава 1.
Поезд
Бойкий перестук колес, за окном в ярком солнечном свете проносятся деревья. На невозможно синем небе беспечные барашки облачков. Раздается пронзительный гудок – машинист паровоза, очарованный необыкновенной летней погодой, редкостью в этой стране, отдает дань гармонии природы и своему внутреннему ощущению счастья. Удивительно, если бы в такой погожий денек нашелся хоть один человек, который не отбросил бы на время все дела и проблемы, единственно для того, чтобы наслаждаться теплым днем.
Такой человек нашелся. В вагоне малинового поезда сидел подросток: неестественно бледный худощавый парень с тёмными волосами. Темными, как омуты, глазами он наблюдал за проносящимся за окном пейзажем, и мысли его были отнюдь не радужными и беззаботными. «Напрасно отец все это затеял… Мне осталось всего лишь два года, а теперь придется начинать все заново: новое место, новые люди… кого-то это, наверняка, воодушевило бы… Все только из-за того, что малохольный тип, зовущий себя директором, куда-то запропастился. По мне, так давно следовало сбросить его с какого-нибудь утеса… Не нравится мне Англия – в Болгарии было куда лучше…»
Поезд все также весело стучал колесами, солнце и не думало светить хотя бы в половину меньше, а облака соревновались в скорости с локомотивом, но парнишке из купе №6 не становилось от этого легче. Впереди его ждал пыльный Лондон, улицы, запруженные бестолково суетящимися людьми, а в начале сентября – новая школа. Новые одноклассники, которые еще неведомо как примут его в свои ряды, устоявшиеся за пять лет; новые преподаватели, которые, наверняка, не дадут ему спуску, единственно потому, что он студент школы-соперницы, новые правила, новые заботы. И только один человек будет рядом – его отец.

Отец.
Когда малиновый поезд полностью остановился, парнишка не сразу сошел на перрон, а задержался в дверях, ища глазами знакомую фигуру. Он быстро нашел ее, но не так быстро узнал. Вместо привычной черной мантии на встречающем был надет маггловский кожаный плащ отчего-то коричневого цвета. «Если он решил, что в этом плаще становится менее заметен, то сильно ошибается, - думал подросток, спуская со ступеней объемистый чемодан на колесиках и шагая навстречу человеку в плаще, - ни один маггл не напялит плащ в такую жару… да еще кожаный». Подойдя ближе, он поставил свою ношу рядом и посмотрел в глаза, так похожие на его собственные. «Сейчас скажет, что я опоздал, хотя нет, я ж на поезде, значит, придерется к внешности…».
— Здравствуй, — без выражения произнес мужчина, внимательно смотря на сына и замечая малейшие детали. Темные круги под глазами - вероятно, не выспался в поезде; почти зажившие царапинки возле виска - последствия квиддичного матча или потасовки с друзьями; ворот рубашки расстегнут и смят - это назло ему, отцу; в глазах протест.
— Здравствуй, вот он я, — сын не позволил своему недовольству отразиться в голосе, но и говорить по уставу его не заставишь. — И что дальше?
— Дальше мы поедем в трактир «Дырявый котел», где я тебя и оставлю. У меня много работы, присматривать за тобой мне некогда. Поэтому ты будешь слушаться старого Тома, сидеть в своей комнате и не выходить в маггловскую часть города.
— Боишься, что меня похитят? — Перспектива провести остаток лета в душной (а она без сомнения будет душной, тесной и, скорее всего, вонючей) комнате его не прельщала.
— Боюсь, что ты заблудишься, и мне придется убивать свое время на твои поиски. Рядом с трактиром есть переулок с магическими магазинами, я покажу, как туда попасть. Ближе к сентябрю я приеду со списком книг и необходимых вещей. Первого сентября Том посадит тебя на такси до вокзала, дальше ты пересядешь на Хогвартс-экспресс.
— Значит, это уже решено? — Где-то в глубине души мальчик лелеял слабую надежду вернуться в родную школу. Напрасно, отец никогда не шутил и очень редко менял свое решение. — Мне осталось всего чуть-чуть, что с того, если бы я закончил учиться там? Я бы мог…
— Нет.
Вот и все. Последняя надежда умерла, бастионы рухнули, усталый воин сложил свое оружие. Отца не переубедить, хоть бейся головой о стенку. Понурив голову, парнишка потащил свой чемодан вслед за быстро уходящим человеком в коричневом плаще. Цепляясь носками ботинок за плиты перрона, задевая прохожих чемоданом и невнятно бурча извинения, он тащил свое тело к выходу с вокзала. Словно не хотел отходить от поезда, который привез его в эту страну, оторвав от родного места, и бросил в безликую толпу, которой ни до кого нет дела.
«Я знаю, как ему не хотелось уезжать из школы, в которой проучился пять лет. Мне знакомо чувство пустоты, когда приходишь туда, где тебя никто не ждет, где ты никому не нужен. Один, без друзей, без единого человека, который понял бы тебя, и попробовал помочь». Старые обиды всколыхнулись в груди, но мужчина не дал волю ненависти и злобе, его мысли быстро перескочили на другое. «Ему будет тяжело, учитывая, чей он сын. К нему будут относиться с предубеждением. Надеюсь, он справится».
Он быстро оглянулся назад на сына, и не увидел, как тот тащится за ним. Подросток уже пережил свое разочарование, он твердо решил для себя показать всем, каких магов воспитывают в Дурмштранге, добиться всего возможного, а возможно, и невозможного в этой захудалой школе. Посмеиваясь над собственным каламбуром, он бодро шагал в двух метрах от отца. Тот сам не был рад этому переводу из одного учебного заведения в другое. Пока парень учился в Болгарии, никто и не подозревал о его существовании, но теперь умные люди могут сложить дважды два и получить четыре. Его сын был единственным слабым местом в крепости, которую мужчина возвел вокруг себя. Он сам никого не любил и ни к кому не привязывался, очень сложно надавить на человека, у которого нет ценностей, кроме собственной выгоды. Но коль теперь пошли такие времена, и Темный Лорд снова восстал, лучше держать парня вблизи себя, в крайнем случае, можно будет его защитить. «Хотя, наверное, это не самый лучший выход из положения, возможно, следовало наоборот спрятать его подальше… И поменять фамилию…». Такие мысли роились в голове у человека в кожаном плаще, который вместе с темноволосым подростком спускался в метро.

Дырявый котел.
Погода испортилась на следующий же день. Накрапывал мерзкий дождик, и поэтому новый постоялец сидел в комнате на подоконнике и смотрел на улицу. Вчера, едва они вдвоем с отцом вошли в трактир «Дырявый котел», к ним подошел Том, лысый и сморщенный, вдобавок, у него, кажется, отсутствовали все зубы.
— Профессор! Добро пожаловать, вы нечасто у нас бываете, — прошамкал бармен, глядя на вошедших. — А это и есть тот молодой человек, о котором Вы говорили?
— Да. Ему необходима комната, и я надеюсь, Вы за ним присмотрите. — Отец отвечал сквозь сжатые зубы, было видно, что его не приводит в восторг пребывание в темном, закопченном трактире, где все имели возможность на него пялиться. Он вроде как вообще не любил внимание.
— О, да, конечно! Никаких проблем! — Старый Том, наоборот, лучился радушием, от которого веяло раболепием. — Добро пожаловать в Лондон, молодой человек! Знаете, пару лет назад у нас останавливался сам Гарри Поттер! С ним не было проблем.
При фамилии Поттер мужчина, пришедший с мальчиком, поморщился, как от зубной боли. Подросток знал, что вся шумиха, созданная вокруг Мальчика-который-выжил, жутко раздражала отца, впрочем, как и сам этот мальчик.
— Надеюсь, с тобой так же не будет проблем,— тихо прошипел тот, которого Том назвал профессором, и чуть громче обращаясь к хозяину заведения:
— Не будете ли вы столь любезны подготовить комнату, пока я покажу мальчику Косой переулок.
— О, да, конечно! Я сейчас же займусь этим! Вы можете оставить багаж здесь, его отнесут в Вашу комнату.
После этих слов отец и сын вышли на задний дворик, единственной примечательной вещью в котором был мусорный бак, да и вообще этот бак там был единственной вещью. «Замечательный переулок, — подумал подросток, уткнувшись взглядом в кирпичную стену, — совсем не косой, а такой прямой и гладкий, только короткий. Скорее, тупик, чем переулок».
— Что-то я не вижу магазинов и всего прочего. Наверное, они попрятались, — у него отчего-то вдруг резко повысилось настроение, возможно, ясная погода все-таки достучалась своей магией и до его сердца.
— Упражняться в остроумии будешь в другой раз, а теперь запоминай.
И мужчина тронул концом волшебной палочки один из кирпичей. В каменной кладке появилось небольшое отверстие. Оно быстро увеличивалось, и вскоре в стене открылся довольно широкий проход, за которым была видна улица, состоящая сплошь из магазинов. По улице в разные стороны двигались колдуны и волшебницы в разноцветных мантиях.
— Три кирпича вверх от мусорного бака и два в сторону, — объяснил маг, с удовольствием наблюдая, как изумление на лице подростка сменяется восхищением.
Все это было вчера, после того как отец продемонстрировал образчик местной магии, он достал из своего плаща кожаный мешочек с золотом и объяснил, что это все карманные деньги до конца лета. Еще раз повторив правило, касающееся прогулок по маггловской территории, он попрощался тут же на заднем дворе и с легким хлопком трансгрессировал в неизвестном направлении, оставив парня самому разбираться со всем этим. Немного побродив по магическому переулку, подросток решил, что рассмотреть подробнее он сможет и позже, а теперь неплохо бы вернуться в свою комнату. Напоследок он зашел в букинистический магазин, купил пару книг для легкого чтения перед сном и направился обратно в трактир.
Вспомнив про книги, подросток спрыгнул с подоконника и подошел к столу. Вопреки его ожиданиям, комната оказалась очень даже ничего. Мебель темного дерева, стены обшиты панелями, недостаток света компенсировали тяжелые подсвечники со свечами, расставленные тут и там и большой камин. Купленные книги лежали на столе рядом с остатками завтрака и большим террариумом. Одна «История Хогвартса», другая «Происхождение и родословные самых великих магов Европы за последние триста лет». («Интересно, найду ли я там свою фамилию? Неплохо бы знать с кем в родстве мы состоим»). Отодвинув «Происхождение…» в сторону, мальчик зажег свечи и придвинул «Историю Хогвартса» ближе.
— Всегда надо знать о враге как можно больше, — пробормотал он, — информация – твое оружие. Так вроде говорил профессор Малик. Ну-с, приступим к изучению.
И склонив голову над книгой, мальчик приступил к изучению истории замка, правил поведения в школе и странных событий, которые произошли в ней со дня основании школы четырьмя великими волшебниками: Годриком Гриффиндором, Салазаром Слизерином, Ровеной Когтевран и Хельгой Пуффендуй. Изредка он поднимал голову и покусывал кончик пера, которое вертел в руках, или наматывал на палец прядь волос, выпавшую из хвостика, гордо именовавшегося прической. За этим занятием и застал его вечер первого дня, самостоятельно проведенного в чужой стране.

0

3

Глава 2.
Сьюзен.
Сьюзен сидела за столиком рядом с кафе Флориана Фортескью и наслаждалась клубничным мороженым, которое так замечательно охлаждало в жаркий день, и особенно, после беготни по магазинам. Этим летом двоюродному брату Сьюзен – Джонни – наконец-то пришло письмо из Хогвартса. Мама и папа Джонни несколько избаловали малыша, хотя их можно понять – старший сын родился сквибом, у него не было ни капли магических умений. К слову сказать, Майкла это сильно не расстроило, в данный момент он проходил практику в Германии и на жизнь не жаловался. И вот теперь Джонни непременно хотелось купить к школе все самое лучшее, оббежать разом все магазины и задать родителям кучу вопросов. Поначалу Сьюзен ходила вместе с родственниками по магазинам, но потом ее это так утомило, что девочка решила подождать их в кафе. Купив «Ежедневный пророк», чтобы сильно не скучать одной, Сьюзен удобно расположилась в тени большого зонтика и приготовилась ждать, возможно, долго, так как сама помнила свое возбуждение при посещении Косого переулка четыре года назад.
Понемногу смакуя мороженое, Сьюзен пролистывала «Ежедневный пророк». Глупости, глупости, глупости… Ничего важного газета не писала. Опять прошлись насчет Гарри Поттера, и как им только не надоело! Бедный парень, он и так столько натерпелся: родителей потерял, живет с родственниками-магглами, и, вдобавок, уже который раз подряд Тот-чье-имя-не-доложно-быть-упомянуто пытается добраться до Гарри. Сьюзен покачала головой - она полностью верила в те слова, которые сказал Дамблдор на прощальном пиру больше месяца назад, и поэтому не могла найти объяснения поразительной близорукости руководства «Ежедневного пророка».
Девушка оторвалась от газеты и стала рассматривать проходящих мимо людей. Вот официального вида волшебник с важным лицом проследовал в сторону банка. Неподалеку три пожилые колдуньи спорили возле аптеки, они размахивали руками с зажатыми в них котомками и по очереди тыкали в выставленные на витрине товары. Вероятно, удивлялись ценам; выглядела пожилая троица весьма провинциально. Мимо прошествовали две молодые ведьмы. Одеты они были в ультрамодные мантии, с самыми современными прическами – коротко стриженные и, вдобавок, выкрашенные яркими прядями волосы навевали мысли о времени, затраченном на такую красоту. Сьюзен вздохнула, у нее самой были длинные волосы, заплетенные в тяжелую косу. «Коса – девичья краса!» - так приговаривала тетушка Амелия, заплетая маленькой Сьюзи смешные косички. Сьюзен выросла, и теперь коса достигала пояса. Как бы ей хотелось сделать модную стрижку, покрасить волосы в немыслимый цвет или, хотя бы, сделать мелирование. Но Сью считала, что это несерьезно, легкомысленно, а меньше всего на свете ей хотелось бы показаться легкомысленной; Сьюзен была очень серьезной девушкой. Оставив в покое кисточку своей косы, девушка вновь принялась за газету, надеясь найти что-нибудь интересное и серьезное.
Она как раз просматривала колонку объявлений, когда услышала:
— Привет.
Подняв голову, Сьюзен увидела парня примерно пятнадцати-шестнадцати лет. На нем не было обычной для волшебников мантии, ее заменяли белая футболка и черные джинсы, в руке была зажата красная куртка с вышитой символикой или фигурой – рассмотреть, что именно было вышито, Сьюзен не удалось.
— Здесь незанято? — Сьюзен оглядела столики, вокруг было полно свободных мест, так как была середина недели, и наплыв магов в Косом переулке не достигал размеров Вавилонского столпотворения.
— Нет, присаживайся, — девушка убрала сумку со стула, украдкой посматривая на незнакомца. Черные волосы, убранные в хвостик; темными глазами парень быстро просматривал меню кафе, а светлая кожа наталкивала на мысль, что паренек все-таки нездешний, тогда и неудивительно его желание пообщаться. Кого-то он неуловимо напоминал Сьюзен, кого она так и не смогла вспомнить, наверное, какого-нибудь актера из маггловских фильмов, а может, мальчишку-соседа.
Парень определился с заказом и теперь разглядывал Сьюзен, нисколько не смущаясь.
— Ты в Хогвартсе учишься?
— Да, — Сью немного удивилась, где же еще ей учиться, не в Гарварде же? — А тебя я вроде ни разу не видела раньше.
— А ты всех запоминаешь, кого видела хоть раз?
— Нет, — девушка рассмеялась, — я имею в виду Хогвартс. Я уверена, что никогда тебя раньше не видела в школе. Где ты учишься?
— В прошлом году закончил очередной курс в Дурмштранге, в этом буду учиться в Хогвартсе.
— Тебя перевели из Дурмштранга в Хогвартс? — Это становилось уже интересно, раньше Сьюзен ничего не слышала о подобных переводах. — Что же такого необычного случилось, что ты решил перейти в другую школу?
— Ничего, — парень пожал плечами, — родители так решили.
— И ты был не против?
— А меня особо никто и не спрашивал. Поставили перед фактом и все, — видно было, что тема перевода ему неприятна. — Как тебя зовут?
— Ой, извини, я не представилась, — девушка смутилась. — Сьюзен, а ты?..
— Зеус.
— Какое забавное имя.
— Ну, я все-таки болгарин.
— Но вроде как оно и для Болгарии нетипично, — Сьюзен улыбнулась, ей нравилось разговаривать с этим болгарином.
— Ага, — Зеус тоже улыбался, — а в Болгарии я говорил, что я англичанин.
И подростки весело рассмеялись. У Сьюзен возникло впечатление, что она давно знает Зеуса, до того легко и непринужденно было общение с ним. Она надеялась, что Джонни сможет подольше задержать родителей в этом магическом переулке, и расставаться с новым знакомым придется не скоро. Нельзя сказать, чтобы общение с однокурсниками тяготило ее или Сью была замкнутой девочкой и вообще не общалась с ребятами своего возраста. Но то общение было совсем другое, все-таки они проучились вместе уже четыре года, и совместные уроки, и общие переживания по поводу квиддичных матчей или экзаменов сплотили ребят в одну семью. А Зеус был новым человеком, тем более, иностранцем, тем более, что учился в другой школе. Вот будет здорово, если он окажется на ее факультете. Сьюзен незамедлительно обратила свою мысль в вопрос:
— Ты уже знаешь, на каком факультете будешь учиться?
— Нет, я об этом еще не думал.
— Может, попадешь в Пуффендуй? Я учусь именно там, — с немалой гордостью произнесла она, — а на каком факультете ты был в Дурмштранге?
— У нас в школе не было деления на факультеты, — принялся объяснять Зеус, — просто первый, второй, третий курс и так далее. На каждом курсе примерно двадцать-тридцать человек. Дурмштранг не такая уж большая школа, да и не каждый родитель отпустит свое чадо в учебное заведение с такой репутацией.
— Неужели там действительно воспитывают темных магов?! — Сьюзен понизила голос и округлила глаза; разговаривать с будущим темным магом – для Сью это было новое чувство, чувство приключения, пусть и маленького, ворвавшегося в ее жизнь, заполненную только учебой да заботой о родственниках.
— Да нет, — Зеус заметил восторг, с которым девушка смотрела на него, и решил не разочаровывать ее сильно, — впрочем, мы изучали некоторые заклинания, которым не во всех школах учат. С другой стороны, темными магами не выучиваются, ими становятся, и только от человека зависит, станет он на сторону тьмы или нет. Вот как ты думаешь, из Крама выйдет темный маг?
— Думаю, из него выйдет неплохой игрок в квиддич, — Сьюзен решила вернуться к вопросу о будущей принадлежности Зеуса к одному из факультетов Хогвартса. — Интересно, каким образом тебя определят на факультет? Может, спросят, куда ты хочешь?
— По крайней мере, надеюсь, не заставят торчать в очереди с первоклашками, иначе я от позора сдохну.
— Брось, это не так уж стыдно, — Сью подначивала парня. — Представь как это важно, принадлежать к одному определенному факультету имени великого волшебника-основателя!
— Угу, представь этакого первокурсника-переростка - сидит, поджав ноги, на табуреточке, и шляпка на макушке болтается…
Сьюзен представила картину, описанную Зеусом, и весело расхохоталась. Парень нравился ей все больше и больше. Потом они еще долго болтали на самые разные темы: кому какие предметы больше нравятся; Сью рассказала, чем она обычно занимается в летние каникулы, а Зеус поведал о том, как он с друзьями путешествовал по лесам в поисках редких растений; поболтали о квиддиче и обсудили прошедший чемпионат мира. Когда подошли тетя Луиза, тащившая за собой упирающегося малыша Джонни, и дядя Джордж, нагруженный свертками с покупками, Сьюзен договорилась с Зеусом встретиться еще раз в конце августа, когда пришлют списки книг для старшекурсников. Зеус со своей стороны сообщил, что живет в трактире «Дырявый котел» и Сьюзен всегда может его там найти. Вежливо попрощавшись, Зеус подхватил свою куртку и пошел в сторону выхода из Косого переулка. Сьюзен заказала мороженое для малыша Джонни и приготовилась внимательно слушать его рассказ об увиденных чудесах и обязательно восхищенно охать и ахать в нужных местах. Сью считала, что день прошел очень удачно.

Лондон.
Лондон остывал после жаркого дня. Солнце давно уже скрылось за горизонтом, и теперь последние отблески его лучей перестали окрашивать небо темно-багряными полосами. Вечер мягко опустил покрывало на большой город, вступая в свои права. Исчезли звуки, присущие рабочему дню: смолкло беспрерывное жужжание машин, теперь каждый запоздалый автомобиль был слышен еще издалека, и натренированному человеку не составляло труда определить, по какой улице едет машина и как далеко до нее. Человеческий гомон тоже смолк, зато четко были слышны шаги отдельного человека, днем совершенно не различимые в топоте тысячи ног.
Зеус возвращался в гостиницу после затянувшейся игры. Команда так увлеклась, что остановиться смогла, когда уже мяч стало сложно заметить в сгущающихся сумерках. Большинство игроков разбежались моментально с воплями о том, что с ними сделают родители, а Мик задержался, чтобы еще раз напомнить ему о завтрашней игре. Завтра намечался матч с командой из соседнего двора, и Мик (который являлся капитаном местной команды) намекнул, что без хорошего вратаря играть будет сложно. Зеус улыбнулся, вспоминая свою первую игру и заслуженное одобрение ребят. Конечно, быть вратарем в маггловской игре под названием «футбол» гораздо легче, чем защищать ворота в квиддиче.
С ребятами, играющими в такую странную игру, Зеус познакомился на третьей неделе своего пребывания в Лондоне. Когда он изучил досконально Косой переулок, попутно познакомившись с милой девочкой по имени Сьюзен, то решил вплотную заняться исследованием близлежащих окрестностей маггловской части города. Обещания не выходить к магглам парень не давал, а вот чтобы не было проблем с отцом, следовало хорошо позаботиться о том, чтобы не заблудиться. Зайдя в маггловский книжный магазин по соседству с волшебным трактиром, Зеус приобрел карту Лондона для туристов и начал потихоньку исследовать близлежащие кварталы, день за днем удаляясь от «Дырявого котла» все дальше и дальше. В один из таких дней он и наткнулся на большой двор, по которому горстка мальчишек разного возраста гоняла мяч. Юному волшебнику стало любопытно, он присел на скамейку под развесистым кленом и стал наблюдать за игрой с все возрастающим азартом. Шестеро ребят гонялись за мячом, с переменным успехом пытаясь пульнуть его в сторону одного из двух мальчиков, которые стояли на разных концах большой лужайки между двумя вешками. В какой-то момент мяч угодил в живот тому вратарю, что был помладше. И последний с громкими подвываниями, сообщив всем, что больше не хочет водиться с такими «извелгами», утопал в один из близстоящих домов. Игра застопорилась, высокий белобрысый парень примерно одного возраста с Зеусом посматривал по сторонам, почесывая затылок. Заметив мальчика, сидевшего под кленом, он махнул рукой:
— Иди сюда!
Зеус поднялся и направился в сторону кучки ребят, которые, пользуясь передышкой, расселись прямо на траве.
— Привет, тебя как зовут? — Спросил белобрысый без предисловий.
— Зеус.
— Я Мик, а это Бадди, Алик, Майки, Майки-младший, Вилли и Рыжик, — Мик представлял команду, а ребята по очереди махали Зеусу рукой. Рыжиком оказалась девчонка лет тринадцати, одетая, также как и мальчишки, да еще и в кепке, издалека Зеусу показалось, что в команде одни мальчишки.
— Ты в футбол играешь? — Продолжал тем временем Мик, судя по всему, он был капитаном маленькой команды. На ответ «нет» ребята отреагировали недоверчивыми «Не может быть!» и «Ну ты даешь!». Мик быстро остановил команду взмахом руки и продолжал:
— Будешь вратарем. Запоминай правила: ни в коем случае не допускай мяч в ворота, вот между этих колышек. Можешь поймать его руками или отбить ногой или головой, или чем угодно, главное, чтобы в воротах его не было. Ясно?
— Ясно, чего ж неясного… — Тон у Мика не был начальственным или покровительственным, поэтому Зеус не стал с ним спорить. Тем более, что поиграть очень хотелось. Хоть какое-нибудь разнообразие, конечно, не квиддич, но все же…
Защищать ворота в местной игре оказалось несложно, непривычно было, что под тобой нет любимого «Дрэгонфлая», но с другой стороны, ворота все-таки одни, а не три кольца, между которыми надо метаться. Первый мяч Зеус отбил довольно-таки легко, в другой раз, раскусив обманный маневр крепыша-нападающего, он поймал мяч в красивом прыжке в самые кончики пальцев. Плюхнувшись на землю, мимолетом подумал о том, что в следующий раз следует надеть футболку потемнее, и быстро отбросил мяч под ноги игроку своей команды.
Но и на этот раз игра не продлилась долго: вратарь на другой стороне поля, в попытке поймать мяч, неудачно подвернул ногу. А так как больше никто за игрой не наблюдал, замены найти было негде.
Ребята собрались под тем же кленом:  кто на скамейке, кто рядом на земле.
— Зря ты говорил, что не умеешь играть – у тебя неплохо получается, - сдержанно похвалил Мик.
— Я не говорил, что не умею, — ответил Зеус, наблюдая, как Алик пытается вправить ногу Майки-младшему, а тот яростно от него отпинывается, — я не играл раньше в футбол. У себя в Болгарии мы играли в другую игру.
— А что это за игра? — Полюбопытствовала Рыжик, в отличие от мальчишек она выглядела куда опрятнее, как будто и не гоняла сама яростно мяч, а наблюдала со стороны.
— Это… э-э-э, — протянул маг, рассказывать о квиддиче магглам в его планы не входило. — Квоффлбол! Похоже на футбол, только мяч таскают в руках и ворота не одни, а три кольца на разном уровне.
— Помесь баскетбола и регби, что ли? — Пробурчал Бадди и прикрикнул на Алика: — Перестань ты ему ногу тянуть! Видишь, как он пинается! Значит, это не серьезно!
— Несерьезно-то – несерьезно, но играть сегодня уже не придется, — заметил Алик, — куда мы без вратаря.
— Да и мне уже пора домой, — сказал молчавший до сих пор Майки, — мне еще порядок дома наводить. Скоро родители вернутся.
— А у нас не вернутся? — Взвыл Вилли — А мне еще его домой тащить!
Вилли указал на Майки-младшего, который с самой кислой миной сидел на краешке скамейки и шевелил раненной ногой.
— Ладно, дотащим мы твоего братца, чай не такой уж тяжелый. А ты приходи завтра играть. Часам к десяти, пока не так жарко, ладно? Ты недалеко живешь?
— Нет, несильно. Обязательно приду завтра, — на прощание Зеус пожал руки своим новым знакомым. Конечно, он обязательно придет завтра и послезавтра тоже, если позовут. В отличие от большинства магов Зеус не презирал магглов и не относился к ним с предубеждением. Может быть, в силу своего возраста, может, потому, что с младенческих лет ему не вдалбливали такие прописные истины как «Магом быть хорошо, а магглы вроде животных» и «Нет ничего позорнее, чем якшаться с магглами». С самого младенчества и до двенадцати лет Зеуса воспитывала бабушка, с отцом Зеус виделся редко, тот приезжал раз в месяц-полтора и в воспитании сына участвовал мало. Бабушка же души не чаяла в маленьком Зеусе.
С той первой игры прошло уже две недели. Почти каждый день Зеус шел по направлению к знакомому двору с большой лужайкой, где его ожидала очередная игра с новыми знакомыми. Иногда приходили другие ребята, но первоначальный состав не менялся. Зеус выяснил, что самым старшим в команде был Мик (ему, так же как и Зеусу было шестнадцать), а самым младшим, вернее, младшей Рыжик, и что на самом деле ее звал Мелисса; что Вилли и Майки-младший близнецы, но совершенно непохожие друг на друга; что Бадди занимается восточной борьбой, а Майк и Алик - плаванием, а футбол – это их хобби. И еще много интересной и совершенно бесполезной информации.

Теперь Зеус возвращался домой после очередной игры, а назавтра была назначена, возможно, самая интересная встреча между двумя дворовыми командами. В сгущающихся сумерках были отчетливо слышны его шаги, вокруг было необыкновенно тихо. Теплый вечер располагал к прогулкам, тем более, что никто его дома не ждал и торопиться было некуда. Поэтому Зеус не стал возвращаться короткой дорогой через дворы, а пошел вдоль одной из главных улиц. Он как раз пересекал небольшую площадь, когда услышал чуть в стороне жалобное мяуканье. Свернув в темный переулок, парень оказался внутри маленького дворика. Ни один фонарь не светил в этом маленьком закутке, единственным источником света служили окна домов. Посреди двора росло раскидистое дерево, приглядевшись, Зеус заметил на одной из веток светлую кошку, скорее, даже котенка. В другое время он, возможно, и прошел бы мимо жалкого кота, вцепившегося в сук и истошно вопившего. Но сейчас, отчего-то, пожалел животное и начал взбираться на дерево – благо, то было достаточно крепким, чтобы выдержать вес шестнадцатилетнего подростка, и довольно-таки удобным для карабканья.
— Кис-кис-кис, — парень добрался до ветки, на которой сидел котенок, и теперь пытался приманить его, — иди сюда, глупое животное.
Глупое животное, однако, не хотело приближаться к незнакомому человеку, возможно, шок от встречи с собакой, загнавшей кота на это дерево, еще не прошел. Он вжался в ветку слишком тонкую, чтобы Зеус смог на нее ступить; вытаращив глаза, котенок явно ждал, что его спасут, но делать встречные шаги не пытался.
— Ах ты, безмозглая скотина! — Сделав резкий рывок, Зеус схватил кошку за шкирку и подтянул поближе.
Что-то произошло, что-то неуловимо изменилось вокруг, как будто чья-то тень пронеслась рядом. Котенок повел себя совсем уж необъяснимым образом: прижав большие уши и зашипев, как мокрый котел, поставленный на огонь, он сделал отчаянную попытку забраться под майку спасавшего его человека. Тихо ругнувшись, Зеус одной рукой вцепился в ветку, другой – удерживал свихнувшееся животное и одновременно пытался разглядеть то, что так напугало кота.
Внизу, около дома, крался какой-то зверь, выделявшийся на фоне быстро сгущающейся темноты еще более темным пятном. Животное вступило в полосу света льющегося из окна первого этажа, и Зеус резко втянул воздух, отшатнувшись и чуть не слетев с дерева. Сердце сделало резкий кульбит, когда юный маг узнал существо, подобно бесплотному призраку скользящему вдоль домов. Оборотень! Оборотень в сердце Лондона - одного из крупнейших городов Европы! Пытаясь вжаться в ствол и лихорадочно нащупывая волшебную палочку, Зеус напряженно следил за огромным серым волком, осторожно ступающим по краю газона. Животное замерло перед большим открытым участком, отделяющим двор от площади, с которой недавно пришел маг. Мальчика на дереве и притворившейся мертвой кошку оборотень не заметил. Он всматривался в раскинувшийся перед ним проход, словно обдумывая риск пересечь открытое пространство незамечено.  Страх ледяными волнами накатывал на Зеуса, заставляя лихорадочно скакать мысли в поисках выхода из сложившейся ситуации. Можно было затаиться и дождаться ухода зверя. В том, что оборотни не лазят по деревьям, мальчик был полностью уверен. Но, заметив добычу, зверь мог не уйти, а остаться и подождать, когда оная сама свалится с дерева. Ночь еще только начиналась. Можно было воспользоваться волшебной палочкой и, если не убить оборотня, то, хотя бы, оглушить его. Но юный волшебник не был уверен, что заклинание должным образом сработает, он еще ни разу не применял подобной магии на живые объекты. Да и с другой стороны, применение магии несовершеннолетними карается со всей строгостью.
Ситуация разрешилась совершенно неожиданным способом. Сначала волк повернул голову в сторону неприметного выхода с южной стороны двора. Затем и Зеус услышал приближающиеся шаги. Звонкие и частые, как будто бежал ребенок. Выхватив палочку и уже собравшись выкрикнуть «Ступерфай!», Зеус второй раз за вечер чуть не упал со злополучного дерева, увидев реакцию зверя. Вместо того, чтобы подобраться перед прыжком, оборотень, практически распластавшись по земле, серой молнией рванул в сторону площади. Спустя пару минут, когда Зеус уже спустился с дерева, во двор вбежала девочка лет десяти-одиннадцати. Резко затормозив, она остановилась на расстоянии и уставилась на парня. Представив, как он сейчас выглядит, Зеус чуть не расхохотался. Волосы торчком, руки и плечо исцарапаны, от пережитого ужаса, наверняка, цветом лица напоминает с привидение.
— Ты здесь моего котенка не видел?
При звуках голоса малышки котенок, последнее время изображавший ветошь, завозился под майкой и, издав жалкое «Ми-и-и-у», попытался выбраться наружу.
— Держи своего зверя, — Зеус был только рад избавиться от котенка, успев проклясть его всеми возможными способами.
Быстро взглянув на часы, полюбопытствовал:
— Ты не боишься ходить одна так поздно? Уже почти одиннадцать, и совсем темно.
— Боюсь, — бесхитростно созналась девочка, прижимая к себе довольно мурлыкающего котенка, — но ведь Пусси тоже боялся! Если бы он остался на улице на всю ночь, он бы, наверняка, заболел! Спасибо большое за то, что нашел его!
— Да не за что. Ты в следующий раз лучше за ним приглядывай. Давай-ка я лучше провожу тебя, мало ли что, — рассказывать об опасности, которой подвергалась малышка, он сам и кот с глупым именем Пусси Зеус не стал. Незачем пугать девочку еще больше.
— Давай, — девочка явно обрадовалась возможности возвращаться в темноте не одной, — я тут недалеко живу.
Они вместе зашагали прочь со двора, где за короткое время произошло так много событий. Зеус изо всех сил старался не показать, каково ему на самом деле. Никогда он не считал себя трусом, но повстречаться на темной улице с оборотнем… Только дурак не испугается в такой ситуации. Дурак или маггл-ребенок вроде девочки, что шагает сейчас рядом с ним. Уж она, наверняка, приняла бы оборотня за большую собаку. Собаку, конечно, тоже можно бояться – она может покусать. Но лишить человека того, чего он больше всего ценит – свободы – не под силу самому злобному псу. Мысленно прокрутив ситуацию и так, и эдак, Зеус пришел к мнению, что вел себя храбро. «Еще бы! Кинулся на помощь бедному животному, ободрал все пузо об это чертово дерево, почти спас прекрасную незнакомку». Тем временем девочка подвела Зеуса к одному из домов-близнецов, растянувшихся по обеим сторонам улицы в стройную шеренгу.
— Вот тут я живу. Может, зайдешь к нам? У тебя все руки исцарапаны, — предложила девочка, одновременно открывая дверь и отпуская котенка.
— Нет. Уже поздно, — Зеус наблюдал, как котенок, задрав хвост, гордо прошествовал в прихожую и остановился, дожидаясь хозяйку.
— Ну ладно, до свиданья!
— Пока… — Рассеяно пробормотал парень. Он уставился на спасенного кота, вернее, на его хвост. Львиный хвост с кисточкой на конце.
Быстро шагая к «Дырявому котлу», Зеус пытался разобраться в свалившихся на него приключениях. Кошка с большими ушами и львиным хвостом – это, несомненно, лазиль. Магическое животное, чутко реагирующее на зло и темных волшебников. Но лазили находятся под строгим контролем, и, чтобы завести такое животное, нужна лицензия. Пугливые оборотни, магические лазили на маггловских деревьях, маленькие девочки, бегающие по ночам – есть, от чего пойти кругом голове. Нехорошее предчувствие ледяной рукой сжало сердце Зеуса. Ой, не кончились еще приключения на сегодняшний день.
Проскользнув в дверь трактира, Зеус заметил, как бармен бросил на него встревоженный взгляд. Но Том был окружен посетителями бара, и паренек почти бегом поднялся по лестнице. Открыв дверь своей комнаты, он почувствовал, как сердце плавно уходит в пятки: напротив окна стоял человек. Отвернувшись от окна так резко, что мантия смела с рядом стоящего стула свитки пергамента, маг тяжелым взглядом оглядел вошедшего.
— Где. Ты. Был? — Раздельно произнося слова, спросил он тоном, не предвещающим ничего хорошего.
Дверь захлопнулась позади, и у Зеуса создалось впечатление, что это захлопнулась дверца мышеловки, оставляя позади свободу и все мирские радости.

0

4

Глава 3.
Наказание.
— На будущее ты мне дашь слово, что не выйдешь больше в маггловскую часть города ни при каких обстоятельствах, — отец говорил монотонно, едва сдерживая недовольство. — Я полагаю, нет необходимости накладывать заклятие на дверь твоей комнаты. Достаточно будет того, что ты дашь слово.
— Это невозможно. — Зеус подавил вздох и продолжил объяснять медленно и внятно, как будто ребенку. — Завтра — игра. Я должен там быть. Я обещал.
Небольшая комната, казалось, насквозь была пропитана электричеством. Молодой мужчина и подросток стояли друг напротив друга, и, хотя каждый, как мог, старался выглядеть спокойным, внутри бушевали чувства. «Как он может? Заставлять меня сидеть взаперти… Выдернул из родного окружения, привез в эту чертову страну… Хоть бы раз поинтересовался чего, я хочу». Негодование на отца достигало предела, казалось, еще чуть-чуть, и парень сорвется. Наговорит много неприятных слов, бросит в лицо давние детские обиды. И забытые дни рождения, и скупые письма с уведомлением (да-да, уведомлением) о получении копии аттестата, и много еще чего. Нельзя этого делать, никак нельзя. Скажи все, что думаешь, и заклятие на дверь обеспечено, при таком раскладе гулять можно будет только в туалет. И это в лучшем случае. Надо объяснить, постараться, чтобы отец понял – как важно для сына быть завтра на этой игре.
— Меня мало волнуют маггловские забавы, — мужчина прикрыл глаза, словно его беспокоил яркий свет, — мне важно, чтобы ты оставался в пределах, ранее оговоренных.
«Мальчишка, сопляк… Как можно дать понять, что я волновался за него? Чертов бармен, толком доглядеть за пацаном не мог, да и что взять с этой старой развалины?.. Теперь, когда каждый пытается, как может выслужиться перед Темным Лордом, могу ли я доверять даже своей тени?» Он, кого боится половина Хогвартса; он, у кого на лекциях студенты бывало в обморок падали при одном строгом взгляде; как он может признаться даже себе, что полтора часа провел в этой душой комнате, испытывая панический страх за сына? Мальчишка… у него на лице написаны чувства, посильнее разочарования. «Ну, не могу я испытывать еще и за тебя страх! Итак на пределе работаю, скоро нервный срыв получу… Что мне делать? Посадить в клетку? Может, соглядатаев приставить? Одолжить парочку у Гарри Поттера…» Грустная ухмылка легкой тенью тронула губы мужчины. Для подроста это оказалось последней каплей.
— Да? А то, что твой сын нарушит слово – это неважно? Может, неважно, что я подведу людей? Может, у вас так заведено, сначала сказал, а потом голову в кусты?!! — Голос Зеуса сорвался на крик. — Может, когда вырастаешь, начинаешь плевать не только на проблемы других людей, но и на свое достоинство тоже?! Как мне объяснить свое бегство перед важной игрой?..
— Один день. Потом сидишь взаперти.
Мужчина прошел мимо остолбеневшего подростка, мягко прикрыл дверь за собой. «Гордый... гордый и упертый… Это хорошо, что дорожит своим словом…».
«Может, стоило сразу наорать на него? Не трепать нервы зря?.. Чего это его так развеселило?» — Зеус оторопело смотрел вслед ушедшему отцу.
Растеряно оглянувшись, парень подошел к столу. Тронул бумаги, которые принес отец. Что это? Ах, да! Список учебников и необходимых вещей и официальное письмо из Хогвартса. «Уважаемый… спешим уведомить… зачислены на пятый курс Школы чародейства и волшебства Хогвартс… факультет Слизерин, по личной просьбе декана факультета Северуса Снейпа… с наилучшими пожеланиями…» Как он негодовал по поводу зачисления на пятый курс!
— Почему?! Я должен учиться на шестом! Сдавать экзамены еще раз?
— Вот именно, ты должен сдать экзамены, чтобы показать свои возможности и определить предметы, которые ты будешь продолжать изучать на шестом и седьмом курсах. И не говори мне про твои аттестационные оценки из Дурмштранга, это совершенно другая школа и другой стиль обучения.
— Ну, хорошо. А Слизерин? Почему не Пуффендуй? — В мыслях возник образ светловолосой девочки. — Как можно вот так определить принадлежность к факультету?
— «По личной просьбе декана факультета Слизерин». — Ухмыльнувшись, процитировал письмо отец. — Но если хочешь, я могу устроить полноценное распределение наравне со всеми новоприбывшими.
— Нет, благодарю. Я уж лучше как-нибудь так…
Ему и так придется выдержать любопытствующие взгляды старожил школы, еще и чтобы это происходило посреди зала? Нет, увольте, Слизерин – так Слизерин.
Весь этот разговор происходил после того, как Зеус сбивчиво и бестолково объяснил, где он, собственно, находился. Бури негодования по поводу чуть ли не ежедневных отлучек в маггловскую часть города, конечно же, не последовало. Отец, не перебивая, выслушал рассказ и ничего не сказал, только нехорошо сузил глаза. Нет, он не будет кричать и ругаться, брызгать слюной, но он все-все запомнит и накажет обязательно. Наказание вынес непомерно суровое, на взгляд сына: дать слово, что с магической территории ни ногой. Ну что ж… значит, так тому и быть. Главное, что игру между двумя дворовыми командами он не пропустит, а потом можно будет сказать, что уезжает домой. Или на учебу. Теперь уже неважно, Зеус ничуть не жалел о проведенном времени вместе с ребятами с маггловского двора. Узнай об этом его будущие сокурсники с факультета Слизерин, они, наверняка, начали бы презирать его. Именно на этом факультете приветствовались юные маги и ведьмы с «чистой кровью», то есть другими словами те, кому посчастливилось иметь в родственниках одних волшебников.
Перебирая в уме события прошедшего дня, подросток прибрал бумаги на столе и теперь готовился ко сну. Денек сегодня выдался на удивление насыщенный событиями. И футбол с ребятами, и спасение лазиля, и оборотень на площади… Оборотень! Как он мог забыть про него! Необходимо было рассказать все отцу, а он тут со своими глупыми обидами. Совершенно вылетело из головы. Зеус бросился к двери, рывком распахнул ее и кубарем скатился по лестнице. Возможно, отец задержался в баре, может, разговорился со случайно встреченным знакомым. Напрасно – бегло оглядев помещение трактира, мальчик понял что того, кого он ищет, здесь нет. Только бармен Том встревожено посмотрел на него. Покачав головой в ответ на взгляд бармена, Зеус поплелся обратно в комнату. Теперь ничего не сделать, необходимо ложиться спать. Завтра, как-никак, матч, а решить вопрос с пугливым оборотнем можно будет позже.

Игра.
Миссис Эн была очень добропорядочной англичанкой. Больше всего на свете она любила пить чай со своими подругами, такими же добропорядочными леди. Неспешная беседа за чашечкой душистого Эрл Грея, сдобные плюшки и кексики. Что может быть лучше? Особенно, если беседа идет на фоне мерно тикающих часов и тихо гудящего холодильника. Кружевные салфеточки и декоративные тарелочки с котятами, расшитые цветами подушки на диване и креслах, и, конечно же, герань на окне – гостиная миссис Эн представляла собой просто образец добропорядочности. А не любила больше всего на свете почтеннейшая миссис Эн мальчишек. Мальчишки все были такими невоспитанными, они несли с собой хаос и разрушение. Все мальчишки – хулиганы, и до того времени, когда они остепенятся и успокоятся, примут приличествующий вид, их необходимо держать в изоляции! Так считала миссис Эн, до конца убежденная в своей правоте. Сегодняшний день был ярким тому подтверждением. Как всегда по вторникам, подруги собрались у миссис Эн в гостиной попить чайку и хорошенечко промыть косточки соседям. Но разве можно вести беседу, когда на улице во дворе стоит шум и гам? Хозяйка выглянула в окно: ну конечно же, мальчишки! Несносные создания носятся по двору с мячом, какая вульгарная игра этот футбол! Теперь приходилось говорить на фоне постоянных криков игроков и болельщиков. Получалось очень некрасиво, например, с самым скорбным видом миссис Эм жалуется подругам:
— Вот уже второй день мистер Эм не может спать, бедняжку так пучит…
И в это время со двора доносится усиленное эхом: «Гоооооооооооол!», как будто хулиганы рады мучениям несчастного мистера Эм.
А во дворе действительно развернулась нешуточная баталия. Противники подобрались все как один: рослые и крепкие. Зеус поначалу опасался за Рыжика, как бы не толкнули девчонку в азарте или не подставили ножку. Но, к чести сказать, ребята другой команды оказались джентльменами и на маленькую нападающую не наезжали, даже наоборот, как-то стеснялись дать ей отпор. За что и поплатились – уже на второй минуте Рыжик забила мяч в ворота соперников.
Перед матчем все заметно нервничали, играли сегодня не на своем поле, а во дворе противника. Здесь было гораздо просторнее, стояли скамейки, на которых гроздьями расселись болельщики, и даже ворота были настоящие, с сеткой, а не пара колышек. Ребята из команды Мика хмуро перетаптывались с ноги на ногу и кидали косые взгляды на соперников. Парни из другой команды были старше и выше, их вид заставлял сомневаться в победе. Здороваясь, Мик обратил внимание на царапины на руках Зеуса:
— Что это у тебя?
— Да так, — отмахнулся тот, — с кактусом всю ночь дрался…
Шутка произвела неожиданный эффект – Рыжик дико захохотала, повалилась на землю и стала дрыгать ногами в воздухе. Напряжение ослабло, игроки заулыбались.
— Может, не стоит ей играть? — Обеспокоено спросил Зеус. — Мала больно, еще сомнут…
— Это кого ты назвал маленькой?!! — Тут же подскочила Рыжик. — Это я маленькая?!!
Она чуть ли не с кулаками набросилась на парня, хотя и доставала ему едва до подбородка. Мик оттянул ее за локоть.
— Ничего страшного, она наше секретное оружие, — капитан подмигнул своей команде и жестом пригласил всех на поле.
Он оказался прав: не успели соперники опомниться от первого гола, как в сторону ворот полетел второй, а затем и третий мяч. Впрочем, долго наблюдать за игрой со стороны вратарю не пришлось, противник (перед игрой капитаны представляли команда друг другу, но Зеус не запомнил имен) с такой силой пробил по воротам, что Зеус решил беспокоиться не за рыжеволосую девочку, а за сохранность ворот. Матч оказался сложным и интересным. Команда Мика отличалась большей скоростью и маневренностью, соперники – большей силой и напором. Пока вести команде удавалось только за счет вратаря, но от мяча, словно выпущенного из пушки, руки начинали гудеть, а царапины снова кровоточить. У Зеуса возникло желание проклясть мяч или игроков противника или, хотя бы, заговорить руки, чтобы ушло онемение. Замечтавшись, он не успел заметить приближающийся мяч, вскинул руки, но тот все равно с противным хрустом врезался в лицо. Игра тотчас была остановлена. Зеус стоял на коленях на земле, руками закрыв лицо. Сквозь сомкнутые ладони на землю капала кровь.
— Ты в порядке? Тебе больно? — Игроки окружили вратаря.
— Нос сломан? Ну-ка, покажи, — Мик попытался отвести руки от лица.
Зеус осторожно потрогал нос.
— Нет, кажется, не сломан, — кровь капала на майку, дышать было не удобно. — Мне надо умыться.
— Да ты посмотри, ты весь в крови! Тебе надо в больницу! — Рыжик стояла рядом на коленях и пыталась заглянуть в лицо Зеусу.
— Нет, мне просто надо умыться, со мной все в порядке. — Как хорошо, что он захватил с собой куртку, кажется, в карманах еще остались зелья с прошлого года. Там обязательно должно быть кровеостанавливающее. — Здесь есть какая-нибудь лужа?
— Пойдем, я здесь рядом живу, — парень, который послал мяч в лицо вратаря, смущенно протягивал руку.
«Эх, наслать бы на тебя дезориентацию…» — шагая за ним, Зеус с трудом подавил соблазн заклясть противника, останавливала не подлость приема, а возможное столкновение с магическим правопорядком и последующие разборки с отцом. Если он еще хоть куда-то вляпается, то учиться придется ехать в Тибет. Мальчики прошли в ближайший подъезд и поднялись на второй этаж. Хозяин квартиры показал ванную комнату, и, закрыв за собой дверь, Зеус, шмыгая носом, стал лихорадочно рыться по карманам и кармашкам своей походной куртки. На туалетный столик посыпались засушенные корешки, клочки пергамента, упали два мешочка с семенами, звякнул большой кристалл на цепочке. Наконец из недр куртки появился плоский прямоугольный флакон. Темно-бурая жидкость плескалась в нем меньше чем на половину. Зеус сделал глоток, остатки вылил на руки и растер. Царапины мгновенное затянулись, но чтобы остановить кровотечение из носа, требовалось большее время. Наклонившись над раковиной, парень наблюдал, как капли крови, ударяясь, расплываются алыми пятнами по белому кафелю и медленно стекают в слив. Вот упала последняя, дышать стало легче, исчезли неприятные ощущения. Быстро умывшись, он посмотрел в зеркало. Нос еще красный, но опухоли нет, значит, действительно не сломан, иначе одним зельем не обойтись бы. Зато майка вся мокрая от воды и разукрашена красивыми красными кляксами. Выйдя из ванной комнаты, вылеченный вратарь чуть не наступил на своего обидчика.
— Ну что? Как ты? — Парень внимательно поглядел в лицо Зеусу. — Играть сможешь?
— Конечно, в чем проблема? Только вот мокрый весь… — Он показал на свою майку.
— Да не беда! Вот, возьми мою. — Тот ушел в глубь квартиры и быстро вернулся с темной майкой в руках. — Можешь оставить ее себе.
— Тогда оставь эту себе, — сказал Зеус, переодеваясь, — сможешь говорить потом: «У меня есть майка победителя!»
— Ха! Ха-ха! Еще посмотрим, кто победит!
Они быстро вернулись во двор. Игроки стояли на поле кружком и о чем-то спорили, размахивая руками и показывая то в сторону ворот, то в центр поля. Подойдя ближе, выяснилось, что команды не могут сойтись во мнении, стоит ли засчитывать последний мяч, хозяева поля хотели переиграть, Мик не соглашался.
— Я думаю, гол стоит засчитать, — вставил Зеус, — сам виноват, проворонил…
— Ну, раз так… Продолжим?
И они продолжили. На данный момент команда Мика вела со счетом 2:1. Отдохнувшие  игроки с новой силой принялись гонять мяч по полю, Зеус дал себе слово не пропустить больше ни одного гола. Впрочем, сдержать его не удалось. В конечном счете игра закончилась ничьей – 2:2. После матча ребята пожали друг другу руки. Капитан команды соперников (как же его зовут? Бадди? Барти?) подошел к Зеусу.
— Ты хороший вратарь, не думал вступить в юношескую сборную? У меня есть связи, я могу помочь.
— Нет, нет. Я просто играю вратарем в нашей местной игре. Вообще-то, я не из местных. И я завтра уезжаю…
— Как уезжаешь? — Растеряно спросила Рыжик. — Ты больше не придешь играть?..
— Нет, этим летом уже нет, — маг грустно улыбнулся. — Возможно, следующим…
«Хотя это вряд ли, не станет же отец все лето держать меня в трактире…»
— Что же ты сразу не сказал? — Хмуро спросил Бадди.
— Не хотел портить настроение. Ну, мне, собственно, пора…
— Куда пора?!! А отметить? Если не победу, то, хотя бы, интересную игру. Глянь, вот и ребята нас ждут, — Рыжик показала на ребят с местного двора, которые действительно предложили отметить ничью вместе.
— Нет, я и так еле выпросил, чтобы меня сегодня отпустили на матч. Мне уже давно пора паковать чемоданы.
Он развернулся и пошел к выходу со двора, на ходу оглянулся, махнул рукой:
— Всем пока! Еще увидимся!
Прочь со двора! Пока приятное ощущение от игры не сменилось на грусть от расставания. Не удалось уйти так просто. Зеуса догнала Рыжик, повисла на нем, обвив руками шею. Горячо чмокнула в щеку, прошептала в ухо: «Приезжай еще, я тебя не забуду». И убежала. «Тьфу ты… девчонки…», — парень на ходу потер щеку, на лице появилась глупая улыбка. Все-таки день прошел отлично.

0

5

Глава 4.
Хогвартс-экспресс.
Сегодня едва удалось избавиться от Тома – настырный бармен, во что бы то ни стало, желал проводить подростка до вокзала лично. Скорее всего, это профессор наказал ему проследить за тем, чтобы молодой постоялец попал на поезд без лишних проблем. Но появиться на перроне в компании такого спутника показалось Зеусу чересчур! Поэтому он, как мог, уговорил бармена не оставлять своей харчевни в столь нелегкий период. Надо сказать, что последние дни августа всегда были самыми прибыльными для трактира: многочисленные маги и волшебницы, провожающие своих детей в школу, считали хорошей традицией посидеть за стаканчиком и поболтать, прежде чем разбежаться по своим делам. Оставлять трактир в такой день Тому не хотелось, и Зеусу удалось убедить его не покидать свой пост. Бармен ограничился лишь тем, что помог погрузить вещи своего юного клиента в такси и подробно объяснил, как попасть на поезд до Хогвартса.
Сидя на заднем сиденье такси, Зеус смотрел на Лондон и мысленно прощался с ним. Парень приехал в этот город больше двух месяцев назад, и тогда он показался ему враждебным, безликим монстром. А теперь Зеус оставлял здесь новых друзей, было грустно расставаться с ними, ведь, скорее всего, сюда уже больше не придется вернуться. Возможно, после окончания школы… но не теперь…
На вокзал Зеус приехал заранее, очень хотелось поскорее занять место в купе и не болтаться под любопытными взглядами отъезжающих и провожающих. Попав на платформу 9 ¾, парень на мгновение остановился, пораженный величием увиденной картины: красный локомотив блестел на солнце, полированные бока пускали зайчиков в толпу; пар белыми клубами вился вокруг колес, создавая впечатление, что поезд стоит в большом пушистом облаке; немногочисленные еще провожающие стояли группками и разговаривали; дети толкались рядом с родителями и не торопились разойтись по вагонам.
Зеус поднялся по ступеням в вагон и остановился в купе где-то по середине. Разглядывая походивших мимо магов и волшебниц, он вспоминал события последней недели. Поговорить с отцом еще раз так и не удалось. В трактире он больше не появлялся, а послать сову после долгих раздумий было признано неразумным поступком. Мало ли в чьи руки письмо могло попасть. Да и показаться перестраховщиком Зеусу не хотелось, тем более что, судя по всему, оборотень следов прогулки не оставил. Ничего о нападении волка или собаки на людей за ту неделю в прессе не было: ни в магической, ни в маггловской, - Зеус проверял специально. Успокоив тем самым свою совесть, мальчик решил отложить мысли об оборотне, свободно бегающим по огромному городу, на потом.
Вагон постепенно заполнялся учениками, то и дело мимо открытой двери проходили мальчики и девочки разных возрастов. Первокурсники, в основном, жались к родителям на перроне, ученики постарше собирались кучками внутри вагонов и что-то оживленно обсуждали. «Прошедшие каникулы, вероятно», — подумал Зеус, наблюдая, как за окном прошла стайка пяти - или шестикурсниц, тащивших за собой чемоданы и на ходу что-то показывающих друг другу.
— Ой, девочки, вот тут много места! — Рядом с дверью раздался звонкий голос. — Мы тебе не помешаем?
В дверях стояла миловидная девочка лет четырнадцати, из-за плеча выглядывали ее подружки. Зеус молча сделал приглашающий жест, и в следующее мгновение купе заполнилось хихикающими ученицами, бестолково пытающимися растолкать свои многочисленные чемоданы. Пришлось парню, как истинному джентльмену, взять задачу по размещению багажа на себя. Быстро распихав чемоданы, чемоданчики и клетки со зверьем по полкам, Зеус устроился в углу купе и отвернулся к окну. Более неудачной ситуации и представить сложно – путь до Хогвартса неблизкий, и все это время ему придется слушать девчачью болтовню. Хорошо еще, если не прицепятся к нему с расспросами. Уже поглядывают с любопытством, шушукаются и толкают друг дружку локтями, время от времени заходясь хихиканьем. Эта черта поведения больше всего раздражала Зеуса в девчонках, похоже, что с возрастом особи женского пола окончательно теряют остатки разума. Если на первом курсе с одноклассницами еще можно было общаться нормально, то в прошлом году любая просьба, вплоть до одолжения пера, вызывала приступ слабоумного хихиканья.
Настроение, и без того не радужное, портилось все больше и больше. Мысли о знакомых девочках, оставшихся в Дурмштранге не добавили радости. Зеус немного повеселился, наблюдая за прощанием одного особо большого семейства. Невысокая рыжеволосая женщина второпях обнимала по очереди своих не менее рыжеволосых детей, впрочем, дети, вероятно, не все были ее, так как среди четырех похожих друг на друга подростков затесались черноволосый мальчик и девочка с буйными каштановыми локонами. Суматохи добавляли лысеющий мужчина, подозрительной наружности носильщик и большой черный пес. Пока семейство поспешно прощалось, поезд дернулся и начал движение. Последние ученики на ходу запрыгивали в вагоны.
«Ну, все… Поехал», — промелькнуло в голове подростка, Хогвартс-экспресс плавно набирал ход. За окном проплывали улицы Лондона, вскоре показался пригород. Наблюдая за мелькавшими аккуратными домиками, Зеус в пол-уха слушал разговоры соседок. Последние говорили о прошедших каникулах, об обновках, о моде, о королях и капусте – в общем, обо всем том, что совершенно неинтересно шестнадцатилетнему парню. Через некоторое время они совсем освоились, забыли о попутчике и начали обсуждать мальчиков. Вот тогда Зеус пожалел, что имеет уши, возникло желание сбежать, но тогда, несомненно, объектом пересудов станет он сам. Оставалось только смотреть в окно и делать вид, что ему совсем-совсем неинтересно, то, о чем болтают девчонки. «Повезло же, как утопленнику», — в голове вертелась маггловская песенка, услышанная на вокзале. Погода выдалась неустойчивой: то светило солнце,  теплыми лучами лаская кожу, то небо затягивалось тучами, и начинал накрапывать дождик.
Вскоре после полудня по коридору проехала тележка с едой и разнообразными сладостями. Решив, что экономить деньги больше ни  к чему, Зеус накупил себе всяческих лакомств и, удобно устроившись в своем углу, принялся разглядывать попутчиц. Вместе с ним ехали четыре девочки, три на сиденье напротив и одна рядом, судя по всему, они были на курс или два младше его. Сейчас они разложили журналы и, склонившись над ними, что-то обсуждали в полголоса, самое время исчезнуть ненадолго.
— Дамы, позвольте вас покинуть на время, — с пафосом произнес подросток.
«Дамы» отреагировали вяло «Да, да» и углубились в изучение очередного журнала. Выйдя в тамбур, Зеус открыл окно, в лицо брызнули капли дождя. К вечеру погода совсем испортилась – на небе клубились сизые тучи, порывы ледяного ветра приносили с собой мелкий дождь. Порывшись в куртке, парень достал плоскую бумажную пачку. В ней лежали две тонкие сигареты, покурить в свое время предложил Мика, привычку, в итоге, парень так и не приобрел, а пачка завалялась в кармане. Взяв одну сигарету в руку, Зеус вышвырнул последнюю в окно, проследил, как порыв ветра подхватил светлый прямоугольник, закрутил в вихре и швырну под бешено крутящиеся колеса. Возникло ощущение, что и его вот так схватило порывом, закружило в вихре, и надо очень постараться, чтобы не швырнуло под колеса судьбы. Подросток поджег сигарету волшебной палочкой и стал наблюдать, как она медленно тлеет, превращая табак и бумагу в пепел.
Сегодня его друзья вернутся в школу; радость встречи, предвкушение новых занятий, новых приключений и конечно, квиддич – все это теперь недоступно ему. Они, наверняка, удивятся, не увидев своего товарища, он специально ничего не сообщил им летом, дабы не портить каникулы. А может, они и не расстроятся? Может, обсудят и забудут? Не пришлют письма, не спросят, как?.. куда?.. почему? Противное сосущее чувство возникло в груди, сердце сжалось от жалости к себе, захотелось выпрыгнуть в окно.
— Эй, посмотри! Здесь нарушитель!
Погрузившись в свои мрачные думы, Зеус не сразу заметил, как открылась дверь, ведущая в соседний вагон, и вошли двое. Один – копия другого, рыжие близнецы с россыпью веснушек на носах.
— Сигаретками балуемся? — Произнес второй близнец, насмешливо глядя на подростка.
— Тушите свечи – взошли солнца! — Медленно протянул Зеус, нарочито манерно затянулся. — Это вас реально двое или у меня трава такая забойная?
Вот будет забавно начать учебный год с драки в поезде! Но парни оказались незлобивые, первый близнец, уже практически исчезнувший в двери вагона, высунулся обратно в тамбур и вместе со своим братом с любопытством уставился на бунтаря.
— Шутник, однако! Папочка-то знает, что мы курим?
— Не-а. Есть желание рассказать?
— Даже если бы была возможность, нет желания доносить, — сказал второй близнец, толкнул первого в плечо и вслед за ним прошел в следующий вагон.
— Возможности будет хоть отбавляй, — тихо проговорил Зеус.
Рыжий в последний раз глянул на него, прежде чем закрылась дверь, а Зеус отвернулся к окну. Разжал пальцы, и окурок, роняя искры, исчез в сгущающейся тьме. Он еще немного постоял, подставив лицо под колючие капли дождя, пока не услышал приближающиеся голоса со стороны другого вагона. Захлопнув окно, парень быстрыми шагами направился в свое купе, на ходу засунув в рот мятный леденец. Не хватало только, чтобы еще кто-нибудь привязался. В купе Зеус обнаружил, что девочки уже переоделись в школьную форму и теперь сидели на своих сиденьях, сложив ручки и мило улыбаясь. Это наводило на мысль о том, что они только что перестали обсуждать его. Он стянул куртку, сунул ее в чемодан и облачился в школьную мантию; время двигалось к вечеру, наверное, скоро уже прибытие.
— А у тебя нашивки нет, — пропела одна девочка, указывая на мантию Зеуса.
— Я знаю, — просто ответил тот. У всех девочек были синие нашивки, указывающие на принадлежность к факультету Когтевран.
— На каком факультете ты учишься? — Все девочки как одна смотрели на парня, похоже, этот вопрос их очень интересовал. — Мне кажется, мы раньше не встречались в школе.
—  Возможно, — коротко сказал Зеус.
«Вот оно, начинается. Теперь каждый будет спрашивать «Кто таков?» и «Откуда взялся?», потерпите, голубушки, в Хогвартсе все узнаете».
— Может, ты новый учитель? — Со смешком спросила девочка с короткой стрижкой, на что парень только улыбнулся. — У нас еще не было молодых симпатичных учителей.
— Вот разве что Златопуст Локонс, такой милашка! — Мечтательно произнесла еще одна девочка.
— Говорят, он в больнице Святого Мунго, в отделении для умалишенных? — Невинно поинтересовался Зеус.
Попутчицы переполошились и гневно уставились на него.
— Это не мешает ему быть чертовски обаятельным!
Это заявление было довольно-таки забавным, но Зеус не стал спорить, а только еще раз мило улыбнулся. Девчонки, похоже, решили ему отомстить.
— Знаешь, ты кого-то мне напоминаешь, — начала девочка с короткой стрижкой – видимо, она была лидером в девчачьей компании. — Наверное, профессора Снейпа…
— Только он старый, — подхватила другая.
— Не старый, а…— Добавила третья.
— Страшный!
— Да нет же! Строгий! Совсем не старый, ему явно не больше сорока.
— Ой, девочки, держите меня! Розана влюбилась в профессора Снейпа!
— О чем ты? Молчи несчастная!
Зеус с улыбкой наблюдал за возней девчонок, знали бы они с кем едут в одном купе, поостереглись бы так говорить. В это время по громкой связи машинист сообщил, что до прибытия на станцию Хогсмид осталось пятнадцать минут. Возня сразу прекратилась, и попутчицы начали распихивать по чемоданам свои журналы и фенечки. За стеклянными дверями купе сновали туда и сюда ученики, некоторые в мантиях, другие еще в свитерах и куртках. Зеус помог спустить чемоданы на пол, и в купе сразу стало тесно, вскоре поезд замедлил ход, а затем остановился и издал длинный гудок. Девочки гуськом потянулись на выход, в коридоре образовалась толчея. Подросток вслед за другими детьми спустился на перрон. На улице бушевала гроза, с неба лило как из ведра, ветер резкими порывами норовил сбить с ног. В стороне раскачивался фонарь, и громкий голос призывал первокурсников. «Хоть я и первый раз в Хогвартс, но, слава Мерлину, не первокурсник», — эта мысль немного успокаивала. О том, как первокурсники попадают в школу, он читал в книге. Повертев головой, Зеус увидел, что все, кто старше первого курса, спешат к черным мокрым каретам, стоящим вдоль перрона. Не раздумывая о том, как кареты поедут без лошадей, он тоже быстрым шагом направился к одной из них и, закинув чемодан, влез внутрь. Внутри было темно и сыро, пахло плесенью, но, по крайней мере, не капало сверху. Там уже сидело двое ребят, но Зеус не стал обращать на них внимания, а уставился в окно. Карета скоро двинулась и в длинной веренице таких же карет покатила по разбитой мокрой дороге. Сердце замирало и подпрыгивало на каждом ухабе вместе с тряским транспортным средством, скоро, совсем скоро увидит он замок, в котором ему предстоит провести следующий учебный год.

0

6

Глава 5.
Хогвартс.
Прижавшись носом к оконцу, Зеус напрасно пытался рассмотреть что-либо впереди. Потоки дождя заливали стекло, при всполохах молнии были видны только деревья по обочинам да лужи на дороге. Вскоре карета миновала столб, на вершине которого громоздилась какая-то крылатая тварь. «Вероятно, это ворота, — подумал мальчик. — А теперь мы въехали на территорию школы». Дорога стала ровнее, и карета покатилась веселее. От напряженного вглядывания устали глаза, Зеусу стало казаться, что впереди пляшут болотные огоньки. Через пару мгновений до него дошло – что это светятся окна замка. Но нет, это просто не могут быть окна – их слишком много! Желтые прямоугольники россыпью покрывали темное пространство впереди до середины неба, вверх он насчитал семь этажей, и это еще, видимо, не предел. Ребята, ездившие в прошлом году на Турнир, рассказывали, что Хогвартс гораздо больше Дурмштранга, но Зеус и представить не мог, что настолько. В свете сверкнувшей молнии замок показался парню раскинувшимся монстром. Помимо главных корпусов с яркими окнами, рядом теснились какие-то темные строения, которые еще больше увеличивали замок. Еще несколько мгновений, и рассмотреть замок полностью уже не представлялось возможным – темная громада целиком заслонила собой небо.
Кареты останавливались возле каменной лестницы, выпускали из себя учеников и скрывались за зданием школы. Вместе с остальными Зеус почти бегом преодолел лестницу и шагнул в дубовые двери. За ними расстилался огромный вестибюль: на стенах горели факелы, освещая красивую мраморную лестницу, потолок же, наоборот, тонул в темноте, освещения не хватало, чтобы разглядеть его. Поток учеников тянулся направо, к двустворчатым дверям. Неожиданно и совершенно бесшумно рядом возник отец.
— С прибытием, — вполголоса произнес он. — Второй стол справа.
И также внезапно исчез. Зеус вошел в большой зал и, пройдя практически до конца стола, он сел рядом с темноволосым мальчиком. Совсем недалеко располагался учительский стол, но взгляд Зеуса был прикован не к нему, а к потолку. Он много раз читал о Большом Зале в «Истории Хогвартса», он слышал рассказы однокашников, которые были здесь около трех месяцев назад, и все равно вид потолка, отображавшего небо, зачаровывал. Стихия разыгралась не на шутку, каждый всполох молнии на потолке отзывался утробным гулом грома на улице. Пока Зеус, запрокинув голову, разглядывал потолок, зал наполнился гудением, за столами четырех факультетов разместились все ученики, начиная со второго курса. Затем ведьма весьма строгой наружности ввела в зал шеренгу первокурсников. Поставив их лицом к остальным ученикам, она начала церемонию распределения. Зеус от всей души радовался, что его нет в этой шеренге, все-таки, отец не такой злодей, хоть и подложил свинью со всем этим переводом, но зато избавил от необходимости торчать среди первокурсников. Новоприбывшие постепенно рассаживались по четырем столам, старшие ученики тихонько разговаривали о своем, и никто особенно к парню не приглядывался. Возможно, среди учеников Слизерина не было особо тесных отношений. Зеус стал разглядывать соседей по столу: парень, сидевший слева, имел правильные черты лица и был примерно одного с ним возраста. Он с презрением смотрел на гориллоподобного ученика, сидящего напротив и что-то с увлечением рассказывающего. Тот махал руками и изредка давился смехом, брызгая слюной, тогда от него откланялись не только те ученики, что сидели рядом и рисковали быть зашибленными, но и те, что сидели через стол. Для кого он так распинался Зеус не смог разглядеть – сразу за темноволосым соседом сидел еще один близкий родственник обезьяны, который и загораживал весь обзор. По другую руку сидели третьекурсники, они особого интереса не вызывали. Церемония распределения тем временем подошла к концу, поднялся высокий старик в фиолетовой мантии, украшенной звездами. Хоть Зеус никогда и не видел его, но тут же узнал – Альбус Дамблдор; было странно осознавать, что вот этот энергичный старикан с длиннющей серебристой бородой является самым сильным волшебником в нынешнем столетии.
— Всем новичкам, — громким голосом начал Дамблдор, взмахнув рукой и радушно улыбаясь, — добро пожаловать! Всем «бывалым» – добро пожаловать домой! Пришло время сказать речь, но я не стану этого делать. Пируйте!
В тот же миг на столах среди золотых тарелок и кубков появились блюда с различными яствами и кувшины с напитками, и Зеус чуть ли не с рычанием набросился на еду, впрочем, он ничем не отличался от других – разговаривая, ученики весело принялись накладывать еду в тарелки. После того как ребята «заморили червячка», а стол стал похож на последствие набега голодных варваров, директор снова поднялся, чтобы озвучить некоторые объявления и правила. Зеус слушал в пол-уха, по телу разливалась приятная истома, все чаще посещали мысли о том, что неплохо бы прикорнуть где-нибудь, где есть подходящая кровать.
—… Лес в окрестностях школы для учеников закрыт… в коридорах пользоваться магией запрещается… к нам вернулась профессор Граббли Дерг… а еще я с удовольствием представляю вам
Зеус дернулся и очнулся от полудремы – как он сказал? Представит?.. Кого представит?.. Неужели объявит о нем на всю школу?!! Тихая паника вкралась в душу подростка, он едва удержался от того, чтобы не нырнуть под стол.
— …нового преподавателя по Защите от темных искусств – профессора Амбридж.
Словно гора с плеч свалилась, Зеус вдруг заметил, что сидит, затаив дыхание, и снова начал дышать.
— Давно уже пора объявить новую жертву, — сказал подросток слева, недружелюбно разглядывая нового преподавателя.
— Жертву? Что, часто профессора меняются? — Заинтересованно спросил Зеус.
— Да каждый год! — Повернувшись, ответил тот. — А разве ты… А ты вроде как новенький? — Только сейчас он по настоящему разглядел, что сидит уже больше двух часов рядом с человеком, которого никогда раньше в школе не видел.
— Да, переведен из Дурмштранга.
— Что, ваши так много рассказывали о Хогвартсе, что решил сменить школу?
— Ага, мой отец был так впечатлен методами преподавания в вашем заведении, что решил незамедлительно перевести меня сюда, вероятно, ожидая, что из этой затеи выйдет какой-то толк, — вполголоса ответил он.
— Значит, Слизерин? — Спросил сосед, и Зеус кивнул головой. — Поздравляю! Ты попал на лучший факультет в этой школе, ты скоро сам поймешь это. Блейз, Блейз Забини.
— Зеус, — парень пожал протянутую руку. — Какой курс?
— Пятый.
— О! Тоже буду на пятом.
— Да? Это будет любопытно.
Мальчики некоторое время присматривались друг к другу, а в это время за учительским столом новая преподавательница, поднявшись со стула, произносила какую-то занудную речь. Прежде чем новый знакомый не вспомнил, что Зеус не назвал свою фамилию, он поинтересовался:
— Так ты говоришь, каждый год профессора меняются?
— Только по одному предмету! — С готовностью начал рассказывать тот. — По Защите от сил зла. Мы каждый год делаем ставки, каким именно способом уйдет нынешний учитель. Например, в прошлом году препода прямо в школе дементор Азкабана одарил поцелуем.
И он изобразил воздушный поцелуй, направленный в сторону учительского стола.
— Врешь! Не может такого быть!
— Ничуть, все было так, как я говорю, — Блейз наслаждался произведенным эффектом. — Правда, оказалось, что этот человек был не тем за кого он себя выдавал. А на самом деле преступник, давно сбежавший из тюрьмы и строящий злые козни. Так что он получил свое по заслугам.
Зеус недоверчиво качал головой – что это за заведение, где беглые преступники ведут уроки.
— Верь мне, — Блейз наклонился ближе к собеседнику, — мой дядя работает в Министерстве магии, он рассказывал нам об этом. Я думаю, что даже не все учителя в курсе происходящего, — добавил он выпрямляясь.
— Ну, а другие?
— Другие? — Переспросил слизеринец, отпивая из кубка. — Ну, год назад у нас преподавал оборотень, но в конце семестра у него случился срыв и он бегал в окрестностях школы, завывая и нападая на деревья, по счастливой случайности никто не пострадал, и профессор уволился. На втором курсе еще один профессор сошел с ума – повредился в уме до такой степени, что не представляется возможным его скорое излечение. А в самом начале…
Но тут речь профессора Амбридж закончилась, послышались вялые хлопки, вновь поднялся директор, и разговоры смолкли. Зеус посмотрел на учительский стол: преподаватели выглядели недовольными и многозначительно переглядывались. Отец мрачно смотрел на новую профессоршу, вертя в руках вилку. Последняя сидела как ни в чем не бывало и, казалось, не замечала косых взглядов, которые кидали на нее некоторые из коллег. Директор Дамблдор тем временем поведал о наборе в квиддичные команды, пожелал всем еще раз успешного учебного года и объявил об окончании банкета. Ученики, переговариваясь, поднимались со своих мест и направлялись в сторону выхода. Пока Зеус искал взглядом отца, новый знакомый исчез из поля зрения, и тогда парень решил идти за учениками с серебристо-зелеными нашивками на мантии. Возле выхода образовалась толчея; уступая проход первокурсникам, Зеус сделал шаг назад и наступил на ногу высокому парню с красной нашивкой на мантии и значком с буквой «С».
— Эй, ты, смотри куда идешь! — Гневно воскликнул тот.
— Подбирай свои шагалки, если не хочешь, чтобы об них запинались люди, — в тон ему ответил Зеус, окидывая взглядом рыжие волосы и веснушки на лице гриффиндорца. Что-то слишком много рыжих за один день.
— Полегче на поворотах! Ты разговариваешь со старостой! — Парень скользнул взглядом по мантии Зеуса в поисках отличительной нашивки, затем ткнул его пальцем в грудь: — У тебя, к тому же, непорядок с формой.
Первокурсники к тому моменту уже все рассосались, а ребята постарше останавливались понаблюдать за конфликтом. Зеус уже открыл рот, чтобы достойно возразить, но тут рядом опять совершенно бесшумно возник его отец.
— В чем дело? — Прохладным голосом спросил он, внимательно оглядывая спорщиков. — Не терпится применить власть, мистер Уизли?
Рыжий староста смутился и покраснел до корней волос.
— Какие-то проблемы? — Тем же тоном обратился профессор к Зеусу.
— Никаких, — ответил тот и добавил, сделав ударение на последнем слове: — Все в порядке, отец.
«Отец?.. Он сказал отец?.. Кто отец?.. Чей отец?..» — выходя в холл, Зеус уловил растерянные шепотки за своей спиной. Профессор тронул его за рукав, взглядом указывая куда идти. Они повернули в проход за лестницей и по каменным ступеням начали спускаться в подземелье. По мрачным переходам, мимо темных картин, подсвеченных факелами, мимо старинных доспехов, которые двигались и в поклоне наклоняли шлем, они все глубже спускались под землю.
— Захотел отличиться? — Прервал молчание отец. — Не утерпел до завтра?
— А какая разница? — Пожал плечами парень. — Пусть головы ночку поломают, будет что обсудить.
Профессор коротко глянул на сына и уже хотел что-то возразить, как тут послышались шаги, и кто-то произнес:
— Профессор Снейп! Одну минуту.
К ним приближалась ведьма в темно-зеленой мантии со строгим пучком на затылке, та самая, что вела церемонию распределения. Подойдя ближе, она сказала, слегка запыхавшись:
— Вы нас всех очень удивили, профессор Снейп. Мы никак не ожидали от Вас, что Вы усыновите ребенка…
Мужчина и мальчик переглянулись.
— Вы, действительно, думаете, что я в здравом уме могу усыновить ребенка? — Вкрадчиво спросил профессор.
Колдунья в замешательстве посмотрела на него, затем перевела взгляд на мальчика. Одинаковые черты лица, черные волосы, светлая кожа, темные глаза; одни смотрят с усмешкой, вторые с любопытством. Она уже и забыла, что когда-то сама учила профессора Снейпа. Юный Северус был очень похож на паренька, что стоял сейчас напротив нее. Разве что у этого голова гордо поднята, а взгляд открытый и устремлен вперед.
— Нет… конечно же, нет… Что ж, добро пожаловать в Хогвартс, молодой человек, я надеюсь, Вы будете учиться так же усердно, как Ваш папа в свое время.
— Я приложу все усилия, мэм.
Когда они, оставив пожилую ведьму стоять в коридоре, отошли на приличное расстояние, Зеус спросил:
— Кто такая?
— Профессор МакГонагалл, заместитель директора Хогвартса, декан факультета Гриффиндор, преподает Трансфигурацию.
— Ой...
— Что значит «ой»? Я жду от тебя, как минимум, хороших оценок, лучше конечно, отличных.
— Повезет, если они будут просто положительными, — пробубнил себе под нос Зеус.
Профессор остановился возле голой стены, сложенной из серых грубых камней, и повернулся лицом к сыну:
— Мне бы очень хотелось, если не гордиться тобой, то хотя бы не краснеть за тебя, — проговорил он с нажимом, затем повернулся к стене и произнес: — Серебро.
В стене открылась замаскированная дверь, пройдя через которую, мужчина и подросток оказались в гостиной факультета Слизерин. Это была длинная комната с низкими потолками, с которых свешивались на цепях светильники, возле камина стояли кресла с высокими спинками, несколько старшекурсников расположились в них небольшой группой. Все они как один обернулись посмотреть на вошедших, разговоры тут же смолкли.
— Драко, — позвал профессор, к нему подошел парень с платиновыми прилизанными волосами. — Познакомься – это Драко Малфой, он староста и все тебе здесь покажет. Я надеюсь, он проследит, чтобы ты устроился удобно.
— Мне бывает удобно, если  у меня есть горячий шоколад, — проговорил Зеус, пожимая руку старосте.
— На это есть домовики, доброй ночи.
С этими словами отец исчез за дверью, а на новенького уставилось не менее полудюжины пар любопытных глаз. Парень, которого представил отец, также оценивающее разглядывал его.
— Значит, ты будешь учиться вместе с нами на пятом курсе? — Говорил он, манерно растягивая слова, голосом, лишенным эмоций.
— Да.
— И зовут тебя?..
— Снейп, Зеус Снейп, — следует сразу же поставить на место этого блондинистого хлыща. Судя по всему, он яркий пример тех магов, которых называют чистокровными. Такие с детства воспитываются с мыслью о своем превосходстве.
— Значит, это не шутка? И ты действительно сынок нашего декана?
— А разве Снейп шутит когда-нибудь? — Тоном, холодным, как ветер за стенами замка, спросил Зеус, которого мальчишка уже начал утомлять.
Несколько мгновений они смотрели друг на друга не моргая, потом Малфой сделал шаг назад и произнес:
— Я покажу тебе нашу спальню.
По узкой винтовой лестнице мальчики поднялись на несколько пролетов, проходя мимо дверей, на которых были таблички «2 курс» или «7 курс». Драко толкнул дверь с табличкой «5курс» и широким жестом пригласил новенького внутрь. В круглой комнате стояло несколько кроватей под тяжелыми темно-зелеными балдахинами с серебряными кистями, возле каких-то занавесок стояла свободная кровать. Зеус подошел к ней, отдернул занавески – окно. Зачем же так долго ходить по подземелью, чтобы, в конце концов, оказаться в башне? Около кровати стоял его чемодан, и парень, вынул из него террариум и стал размещать его на тумбочке. Старожилы внимательно следили за каждым его движением, помимо Зеуса в спальне было еще пять мальчиков.
— Зачем тебе террариум? — Спросил Блейз.
— Держать змею…
— Змею? Но нам разрешается держать только жабу, кошку или сову, — в голосе старосты слышалось недовольство.
— А нам разрешается держать хоть гиппогрифа, лишь бы он не мешал учебному процессу, — сказал Зеус, разворачиваясь и доставая из-за пазухи небольшую змейку.
— Она ядовитая? — С испугом спросил парень, тот самый, что на пиру рассказывал какие-то байки.
— Обязательно, — с плотоядной улыбкой произнес Зеус, сунув кулак со змеей под нос спросившего и наблюдая, как тот в страхе откинулся на кровати. — Это медянка, если такая укусит – сначала почувствуешь недомогание, потом повысится температура, затем начнется рвота и понос, в конечной стадии разжижаются мягкие ткани и кишки вываливаются на пол…
С этими словами он поместил змейку в террариум, налил воды в блюдечко и заклинанием запечатал крышку. На самом деле змея была абсолютно безобидна, но так уж повелось в народе, что ее считали страх какой ядовитой.
— А если она нападет на одного из нас? У тебя есть противоядие?
Зеус с удовольствием отметил, что новые сокурсники слушают его внимательно, с долей почтения, только Драко Малфою не нравилась такая ситуация, он старался не подавать вида, но от тумбочки с террариумом отошел подальше.
— Зачем мне? Она хорошо меня знает и не кусает. Кажется, мой отец преподает зелья? Возможно, он сможет что-нибудь сделать для укушенного… Лучше просто не лезть к ней.
Переодевшись в пижаму и нырнув под теплое толстое одеяло, он всем своим видом дал понять, что разговор окончен. Еще некоторое время сокурсники, переговариваясь, готовились ко сну или пристраивали на стены плакаты своих любимых команд. Постепенно разговоры умолкали, один за другим мальчики укладывались спать, гасли светильники, и скоро в спальне стало совсем темно, только сквозь неплотно задернутые занавески пробивался лучик лунного света. Зеус балансировал на грани реальности и сна, он слышал, как на соседней кровати ворочался парень, напуганный змеей, как в дальнем углу тоненько выводил носом еще один из сокурсников, но в скором времени Зеус все-таки плавно погрузился в сон.
Ему снился дом, в котором он жил, когда был совсем маленьким; вот он играет на ковре, в камине весело потрескивают поленья. Звучит тихая музыка, а за окном плавно, словно в танце, кружатся огромные снежинки; падая на подоконник, они превращаются в маленьких фей и, продолжая кружится в вальсе, опускаются на ковер. Вот уже около дюжины пар танцуют вокруг маленького мальчика, он смеется и радостно хлопает в ладоши. Вдруг открывается дверь, и в комнату входит женщина. Легкими невесомыми шагами она подходит к мальчику и подхватывает его на руки. Теперь они кружатся в большом хороводе – его мама, он сам и пары снежинок-фей. Но второй раз открывается дверь, и холодный мужской голос произносит:
— Зачем ты здесь? Ты сказала, что никогда больше не появишься.
Видение исчезает, и комната, и снежинки, и мама уносятся вдаль, оставляя плачущего мальчика одного в темноте, только одна снежинка твердой холодной каплей остается зажата в маленьком кулачке – большой прозрачный кристалл.
С криком, застрявшим в горле, Зеус просыпается, кое-как успокоив бешено бьющееся сердце, он опускает голову на подушку и снова засыпает. Теперь без сновидений.

0

7

Глава 6.
Предметы и взыскания.
Часть 1.
Когда Зеус, проплутав полчаса по подземельям, наконец плюхнулся за стол, завтрак уже был в полном разгаре и Большой зал полон. Когда парень проходил мимо, ученики оборачивались, чтобы разглядеть его и тут же начать шушукаться со своими товарищами. Он ожидал чего-то подобного, поэтому старался сильно не обращать внимания на косые взгляды. Сегодня начинались занятия, и все желающие получат возможность вдоволь насмотреться на новое диво, и учителя тоже. Зеус глянул на стол преподавателей – отца уже не было, профессор МакГонагалл попивала кофе, читая одновременно какой-то свиток пергамента, еще пара ведьм на дальнем конце о чем-то переговаривались, наклонив головы.
— Ловко ты вчера замаскировался, — сказал Блейз.
Он сидел напротив Зеуса и уже заканчивал завтрак.
— Да я сильно и не старался, у вас тут такой бедлам – на меня никто внимания не обратил, — ответил он, накладывая себе яичницы с беконом.
— Зато сегодня обратят.
Зеус махнул рукой, мол, все равно, и вплотную занялся завтраком. Мимо них проходили ученики; одни торопились занять место за столом, другие уже покушали и шли на выход. Вот в дверях появился Драко Малфой, сразу за ним шли еще двое учеников, фамилия одного – Гойл, как запомнил Зеус, второго – вспомнить не смог; не доходя до них, все трое сели за стол.
— Наш слизеринский принц – Малфой! — Cкривив губы, произнес Блейз. — Ты можешь присоединиться к его свите, если не боишься быть затоптанным.
Зеус оглянулся через плечо на старосту и его вышибал.
— Да, я выгодно смотрелся бы на фоне этих троллей. Но я вижу, в этой куче навоза уже блистает один бриллиант.
Слизеринец хохотнул и уткнулся в кружку с кофе. Зеус раскусил его – Блейз Забини, симпатичный и неглупый парень, хотел сам быть в центре внимания, но сложилось так, что лидером на их курсе стал Драко Малфой. Значит, выхода два – присоединиться к компании Малфоя и быть всегда вторым, или быть самому по себе. Вряд ли Блейз пять лет ходит особняком – скорее всего, дружит с ребятами с курса старше или младше. Хорошо, если не с младшекурсниками, это стоит выяснить.
— Если ты не таскаешься с Малфоем, то с кем тогда тусуешься?
— С ребятами с шестого курса, я тебя с ними познакомлю, сейчас их нет – наверное, ушли уже, — сказал Блейз, вытягивая шею, чтобы оглядеть весь стол.
К ним подошел профессор Снейп с расписанием уроков.
— А, пап… — Начал было Зеус.
— Профессор Снейп.
— Да… профессор, — поправился Зеус, — у меня тут совершенно глупая ситуация.
— В чем дело? — Недовольно спросил отец.
— Ммм… Я как-то совсем забыл купить себе новые перья, теперь не знаю, чем писать.
— Ни одного нет?
— Ну, пара огрызков каких-то завалялась…
— На день хватит, вечером зайдешь ко мне в кабинет.
С этими словами профессор Снейп развернулся и пошел дальше, а мальчик посмотрел на расписание. Заклинания, двойные Зелья, Руны и двойная Трансфигурация; ну что ж, пора за учебу браться. Заклинания и руны – это ерунда, но в трансфигурации Зеус не был силен, а к зельям относился не очень, в Дурмштранге их вела колдунья с весьма своеобразным поведением, многие говорили, что она просто чокнутая.
— Перо одолжишь до завтра? — Спросил Зеус своего соседа.
— Без проблем, зайдем только за вещами в спальню, — ответил Блейз, поднимаясь с места.
— У меня все с собой, где эти Заклинания проходят?
— Поднимешься по лестнице на второй этаж, свернешь направо, потом еще по одной лестнице, еще этаж там, в коридоре увидишь. Смотри, в общем, где наши толпятся.
Кивнув, Зеус направился к выходу, объяснения были самыми простыми. Бегом поднявшись по мраморной лестнице на два этажа, он свернул направо и нашел вторую лестницу довольно-таки быстро. Но когда он ступил на шаткие деревянные ступени, лестница вздрогнула и начала двигаться. Поначалу парень удивился, но потом решил, что так и надо, в конце концов, двигающиеся лестницы не такое уж чудо, даже у магглов есть такие. Правда, лестница проехала не один этаж, а по диагонали пересекла пространство и поднялась на три этажа. В коридоре, к которому она причалила, кабинета Заклинаний не оказалось, и Зеус решил вернуться к скрипучему транспортному средству в надежде, что оно хотя бы вернет его обратно. Но когда лестница вместо того, чтобы двинуться обратно, по диагонали вниз, поползла вдоль стены еще выше, Зеус ругнулся по-болгарски и злобно прошипел: «Подожгу!» Лестница задрожала и остановилась на полпути, примерно с минуту мальчик разглядывал картину, на которой был изображен пустой луг. Затем, дернувшись, лестница довольно резво покатила вниз и причалила двумя этажами ниже. Коридор впереди оказался пуст, быстро шагая по нему, Зеус подумал, что, если это опять не тот этаж, то он точно вернется и подпалит рухлядь, доставившую его сюда. В дверь с надписью «Заклинания. Профессор Флитвик» парень вошел вместе со звонком. Окинув взглядом аудиторию, он сразу заметил блондинистую голову Малфоя, значит, все в порядке – пришел туда куда нужно.
— Проходите, молодой человек, — раздался писк в районе коленок.
Зеус от неожиданности подскочил.
— Мерлин!
Со стороны учеников раздались смешки.
— Вы мне льстите, молодой человек, — улыбнулся крошечный человечек, который едва доставал Зеусу до пояса. — Профессор Флитвик, к Вашим услугам. Прошу Вас, проходите.
Под смешки сокурсников Зеус сел на свободное место рядом с девочкой со вздернутым носом и карими выпуклыми глазами.
— А что, на профессора кто-то заклинание уменьшения наслал? — Наклонившись, шепотом спросил он у соседки.
Та хихикнула, но ничего не ответила, только озорно блеснула в его сторону глазами, Зеус очень удивился бы, если бы она повела себя по-другому.
— Вы должны помнить, — в это время говорил профессор Флитвик, забравшись на стопку книг, чтобы его было видно из-за стола, – что эти экзамены повлияют на ваше будущее на много лет вперед! Если вы еще серьезно не раздумывали над выбором профессии, то сейчас самое время сделать это. И в этой связи, боюсь, нам придется работать еще больше, чем раньше, чтобы вы наверняка смогли показать себя с лучшей стороны!
И мне особенно приятно, что с этого года у нас будет учиться сын моего коллеги профессора Снейпа! Я надеюсь, этот год пройдет для Вас самым успешным образом!
— Я тоже, сэр.
— Итак, сегодня мы займемся повторением Призывных чар; мистер Снейп, Вы проходили Призывные чары?
— Да, конечно. Призывные, чары Левитации и прочие из общего курса.
— В таком случае, не могли бы Вы продемонстрировать нам Ваше умение, ну… вот, хотя бы, на этой книге, — пропищал профессор, указывая на тяжелый талмуд, лежавший перед ним.
Чем он руководствовался? Просто желанием проверить знания нового ученика или хотел поставить его в неловкую ситуацию? Зеус недоверчиво взглянул на маленького преподавателя, затем вынул из рукава волшебную палочку и, сделав короткий взмах, заставил книгу пролететь через кабинет и бухнуться на парту перед собой.
— Великолепно! — Восторженно воскликнул профессор Флитвик. — Просто замечательно! Вы можете произносить заклинания невербально?
— Пока только простые, — скромно потупил взгляд Зеус, ему была приятна похвала.
Затем таким же способом заставил книгу отправиться обратно и аккуратно приземлиться на конторку учителя. Заработав демонстрацией заклинания призыва десять баллов для своего факультета, Зеус немного расслабился. Вокруг поднялся гам – ученики  пытались притянуть к себе различные предметы. Пока все идет неплохо, в заклинаниях парень разбирался хорошо, таким полезным как «Акцио», он начал пользоваться еще на третьем курсе. Урок Заклинаний походил больше на балаган – ученики громко выкрикивали «Акцио!», заставляя пергаменты, перья и прочие принадлежности лететь по воздуху, иногда они промахивались, и тогда или какая-нибудь книга врезалась в стену, или волшебные палочки, вырванные из неумелых рук, искря, пролетали мимо. Один раз поднятый чьим-то заклинанием пролетел профессор Флитвик, но ему это, похоже, было не впервой.
Когда закончился урок, настроение у Зеуса было хорошее, но по мере того, как он вместе с остальными слизеринцами спускался в подземелья на урок Зелий, оно постепенно ухудшалось. Во-первых, занятия с полусумасшедшей старухой навсегда испортили ему удовольствие от процесса приготовления магических составов; во-вторых, в отличие от остальных учеников, которые думали, что ему ничего не будет стоить заработать высокие оценки, Зеус знал, что отец ни за что не даст ему поблажки, а наоборот, будет к нему более строг, чем к другим. И, в конце концов, само унылое подземелье нагоняло тоску. Присоединившись к большой толпе ребят перед кабинетом, Зеус заметил, что народу гораздо больше, чем на предыдущем занятии, некоторые ученики носили на мантиях красно-золотые нашивки. Тронув Блейза за рукав, он взглядом показал ему на чужаков.
— А, это гриффиндорцы, — ответил тот, мельком глянув на кучку учеников с другого факультета. — Зелья и Уход за магическими животными у нас проходит с ними. Гербология с когтевранцами. Держи перо.
Засовывая перо в сумку, Зеус мрачно наблюдал за тем, как гриффиндорцы, сбившись в кучу, о чем-то переговариваются. Настроение от этого не улучшилось, тогда он окончательно принял решение, о котором, возможно, в скором времени пожалеет.

Урок Зелий проходил в длинном полутемном классе, вдоль стен были расставлены шкафы с магическими ингредиентами, а также стояли стеллажи с засушенными и заспиртованными существами. Ученики быстро расселись по местам, и все разговоры разом смолкли, как только профессор Снейп вошел в кабинет и быстрым шагом приблизился к своему столу. Пристальным взглядом обведя класс, он начал говорить негромким бесстрастным голосом, но все ученики с большим вниманием ловили каждое его слово.
— Прежде чем мы начнем сегодняшний урок, – начал он, – я считаю уместным напомнить вам, что в июне вам предстоит важный экзамен, в процессе которого вам придется доказать, насколько вы сведущи в составлении и использовании магических зелий. Я полагаю, что даже те слабоумные, которые в этом классе, несомненно, есть, натянут на удовлетворительную оценку по СОВ, или же им придется столкнуться с моим... неудовольствием. Планируете ли вы или нет стремиться к ТРИТОНам, я советую всем сосредоточить силы для поддержания достойного уровня знаний, которого я обоснованно ожидаю от своих студентов при сдаче СОВ. Сегодня мы будем смешивать зелье, которое часто встречается на Ступени Обычного Волшебства, - это Глоток Покоя, зелье для уменьшения тревоги и снятия возбуждения. Будьте внимательны – если вы чересчур небрежно отмерите ингредиенты, то выпивший погрузится в глубокий, а иногда и вечный сон, поэтому вам придется внимательно следить за тем, что вы делаете.
После этого профессор взмахом палочки вывел формулу зелья на доске, еще одним взмахом открыл шкафы с составляющими зелья. Этот урок совсем не походил на заклинания: ученики старались как можно быстрее взять необходимые ингредиенты и занять свое место, разговоров не было слышно совсем. Профессор темной мрачной фигурой медленно двигался вдоль парт и молча наблюдал за студентами. Когда он отворачивался то один, то другой бросали быстрые взгляды на ученика с черными волосами, собранными в хвост, что сидел за одним из боковых столов, и взглядами будто спрашивали друг у друга: «Это правда? Это действительно он?» Подросток не обращал никакого внимания на то, что происходило в классе, он увлеченно строгал необходимые ингредиенты, скидывал их в котел и, отбрасывая со лба непослушную прядь волос, брался за следующий пункт инструкции. Он также не обращал внимания и на профессора Снейпа, который раз или два прошел мимо его стола, иначе бы по его озабоченному взгляду, возможно, догадался бы, что что-то идет не так. В итоге зелье в котле перед ним, издав глухое «Вух!», фонтаном взметнулось под потолок и оттуда большими каплями стало медленно падать обратно точно в котел. Профессор коршуном подлетел к парте, за которой сидел подросток, опершись руками на стол и низко наклонив голову, он спросил, глядя на сына через каскад падающих капель:
— Мистер Снейп, что есть это?
— Это… ммм… кажется, это называется эффект лунного дождя.
— Я знаю, как это называется, скажите, это входит в рецептуру зелья, которое мы сегодня изготовляем?
— Нет…
— Так в чем дело?
Все, и гриффиндорцы, и слизеринцы, бросили свою работу и напряженно вслушивались в разговор. Снейп поднял голову, бросив грозный взгляд на класс:
— Я сказал, урок окончен?!
Ученики тут же уткнулись в свои котлы – вызвать на себя неудовольствие Снейпа не хотел никто.
Ну?
— Возможно, несколько превысил температуру и кинул что-нибудь лишнее, — Зеус посмотрел сквозь разноцветный туман на доску, избегая взгляда профессора.
— Возможно, ты решил, что здесь так же, как и в твоей прошлой школе, — тихим голосом, чтобы не услышали ближайшие ученики, медленно начал профессор, — возможно, ты ошибочно подумал, что к тебе будет другое отношение, чем к остальным ученикам. Это не так. И я докажу тебе, останешься после урока – я назначу тебе взыскание.
Все это Снейп проговорил макушке Зеуса, потому что последний упорно смотрел в стол. Делал мальчик это для того, чтобы отец не заметил улыбку на его губах – все шло так, как он хотел.
Отойдя от парты Зеуса, Снейп темной птицей начал планировать вдоль рядов, выискивая, на ком бы сорваться. Где-то на третьем круге профессор наклонился и что-то поднял с пола. Чем-то оказалась большая уродливая жаба.
— Я заметил, мистер Долгопупс, у Вас осталась привычка оставлять свое животное в неподходящих местах, — с улыбкой, не предвещающей ничего хорошего, сказал профессор. — Я думаю, что мы испытаем Ваше зелье на этой жабе. Возможно, это научит Вас быть более внимательным.
Круглолицый мальчик побледнел и весь затрясся, зелье в котле перед ним утробно булькало, принимая вязкую консистенцию. Остаток урока прошел в напряжении. Девочка, сидевшая недалеко от хозяина злополучной жабы, в полголоса подсказывала ему, как исправить зелье. Профессор это видел, но не принимал никаких попыток вмешаться, за десять минут до конца урока он произнес:
— Сейчас над вашим зельем должен появиться легкий серебристый пар.
Зеус оглядел подземелье: в разных местах над котлами поднимался разноцветный пар, серебристая дымка висела всего в двух или трех местах.
— Наполните колбы зельем, четко подпишите фамилию и поставьте на мой стол для проверки, — тем временем продолжал Снейп. — Прошу Вас, мистер Долгопупс, Вы первый.
Упомянутый парень, весь взмокший, дрожащими руками наполнил колбу и пошел к учительскому столу с таким выражением лица, словно он готов был сам выпить весь котел зелья, лишь бы не испытывать его на своей жабе. Поставив зелье на стол, он со слезами в глазах стал наблюдать за действиями профессора. Снейп поднял пробирку к свету, поднес ее к носу, поболтал, потом наклонил над ладонью и капнул одну каплю на голову жабе. Та прекратила попытки вырваться, зевнула во всю свою жабью пасть и, расслабив лапки, обвисла в ладони профессора податливым комочком. Плюхнув спящее животное в подставленные ладошки мальчика, профессор сказал:
— Что ж. Все, как обычно: мистер Долгопупс не в состоянии сварить сколько-нибудь приличное зелье, на выручку ему приходит мисс Всезнайка… простите, мисс Грейнджер. Ваше невероятное желание выделиться и всюду сунуть свой нос, я думаю, стоит наказать. Минус десять баллов Гриффиндору, и взыскание для мисс Грейнджер – останетесь после урока. Задание на дом – двенадцать дюймов пергамента о свойствах лунного камня и его использовании в зельеделии. Сдать в четверг.
Ученики вереницей потянулись с колбами к учительскому столу, когда прозвенел звонок и последний ученик-гриффиндорец покинул помещение, в классе остались только профессор Снейп, Зеус и девочка с копной каштановых волос, которую он заметил еще на станции Кинг-кросс.
Провинившиеся ученики подошли к учительскому столу и замерли под строгим взглядом Снейпа. Зеус оперся о переднюю парту и искоса разглядывал гриффиндорку: судя по сумке, туго набитой книгами, она любит учиться, а если судить по смущенному и испуганному взгляду – взыскание получает, наверное, впервые.
— Я заметил, — тем временем начал профессор, — что вы двое обладаете большим самомнением и желанием выделиться, вкупе с нежеланием подчиняться общепринятым правилам. Я решил дать Вам шанс, мисс Грейнджер, проявить свои возможности в полую силу. Так как Вы явно стремитесь поучать и вмешиваться в дела Ваших сокурсников, а Вы, мистер Снейп, наоборот, не желаете быть сколько-нибудь внимательным и сосредоточенным, я решил, что вам обоим стоит позаниматься вместе.
— Э?..
Зеус взглянул в лицо отца, тот явно не шутил и серьезно намеревался навязать ему эту кудлатую заучку в няньки. При виде замешательства, отразившегося на лице сына, Снейп усмехнулся – похоже, с наказанием он попал в точку. Он свел вместе кончики длинных пальцев и дальше говорил, глядя на них.
— Возможно, Зеус, что система преподавания в Дурмштранге несколько отличается от нашей, и ты можешь чего-либо не знать. Судя по аттестатам, которые я получал, — в этом месте он грозно сверкнул глазами из-под темных волос, падающих на лицо. — Поэтому мисс Грейнджер покажет, что мы уже проходили, если будет проблема в обучении – поможет тебе… Я даже, пожалуй, оценки вам на двоих буду ставить, это будет дополнительным стимулом. Вы можете идти.
Зеус в бешенстве вылете из класса. Нет, ну как так можно? Мистер Малфой, приглядите за моим сыночком, мисс Грейнджер, подучите его… Отец специально все это делает, чтобы насолить ему… А может, действительно считает его таким безнадежным тупицей? Зеус никогда не ставил перед собой цель получить отличные оценки, в основном, до «удовлетворительно» он дотягивал, хотя уровень его знаний был гораздо выше. От этих мыслей его отвлек звонкий голос.
— Подожди минутку!
Зеус обернулся, его догоняла та самая девочка.
— Чего тебе? — Не очень любезно отозвался парень.
— Ну если ты не заметил, нам назначили совместное наказание, и я думаю, стоит договорится, где и когда…
— Заметил, но если ты думаешь, что я буду дополнительно заниматься с тобой… — Прервал ее парень.
— Думаю, будешь, — уверенно парировала Грейнджер, — я не собираюсь перечить Снейпу…
— Отлично, не перечь мне! — Тут же подхватил Зеус.
— Я имею в виду профессора Снейпа, — терпеливо поправилась девочка. — Ты можешь быть кем угодно, но я привыкла выполнять возложенные на меня обязательства…
— Взыскания…
— …И взыскания тоже. Так что будем заниматься.
— А теперь послушай меня, Грейпфрут…
— Грейнджер!
— Да мне все равно, я не собираюсь плясать под дудку профессора или твою, найди себе другой объект.
— Ну, можно же, хотя бы, попробовать? — Смягчила тон девочка и продолжила чуть заискивающе. — Давай сегодня в шесть, после уроков, в библиотеке? И, кстати, твой лунный дождь был бесподобен.
— Ерунда, всего-то надо было повысить температуру до 200 да добавить к лунному камню аконит и пару капель…
Зеус осекся и подозрительно уставился на девчонку, она нагло улыбалась ему прямо в лицо.
— Ты специально сделал это!
Надо же, она оказалась гораздо проницательнее, чем парень ожидал. Девушка весело смотрела на него своими светло карими глазами с выражением «А я знаю твой секрет!» Наверное, она все же не так уж и плоха, в конце концов, не она же придумала это дурацкое взыскание. Зеус не придумал ничего лучше, чем развернуться и пойти прочь.
— Эй, куда же ты? — Окликнула его Грейнджер.
— Туда, — махнул он в сторону коридора, — передвигаться в сторону, в которую я хочу, мне еще можно?
— Конечно, можно, просто сейчас большая перемена и обед, если ты не знал.
Парень достал кусок свитка с расписанием. Так и есть – обеденный перерыв, дело осталось за малым – найти обеденный зал. Он посмотрел на свою оппонентку: стоит, смотрит на него выжидательно.
— Ну хорошо, я разрешаю тебе проводить меня, — сказал Зеус, подходя к девочке и шагая дальше рядом с ней.
Та коротко взглянула на него и ничего не сказала, и хоть в обеденный зал они вошли вместе, оба делали вид, словно рядом нет ни души.

Часть 2.
Главный зал был полон гомонящих учеников. Зеус швырнул сумку на скамью, а сам приземлился рядом с Забини и мрачно уставился на дымящееся блюдо с овощным рагу, аппетита не было.
— Ну, и что он для тебя придумал? Будешь сортировать кишки лягушек или мыть судна в больничном крыле? — Поинтересовался Блейз.
Зеус набил рот рагу и невнятно пробурчал что-то.
— Чего-чего?
— Непереводимый болгарский лексикон, — ответил он, давая понять, что не собирается обсуждать происшедшее.
— Красиво ругаешься на болгарском? — Насмешливо протянул Драко Малфой, он сидел недалеко и с интересом прислушивался.
— Я красиво ругаюсь на трех с половиной языках, — парировал Зеус.
— Ну давай, скажи нам что-нибудь на  трех с половиной языках.
— Слушай, тебя посадили тут подсматривать, а не подслушивать, сиди и не встревай.
После такого ответа Малфой удивленно отшатнулся, похоже, он не привык, чтобы ему перечили. Белокурый старшеклассник, что сидел напротив, одобряюще хмыкнул.
— Чего же такого страшного тебе задали? — Задумчиво спросил Блейз, рассеяно водя ложкой по тарелке и разглядывая гриффиндорский стол. — Писать строчки?..
— Это самое унизительное наказание из всех, что я когда-либо получал, лягушачьи кишки отдыхают, — проговорил Зеус, с ожесточением втыкая вилку в котлету, словно она была его личным врагом. — В прошлом году мы спалили половину коридора в школе, но и то не заслужили такого.
— И что же вы делали?
— Караулили Вечный огонь…
— Какой огонь?
— Вечный, он так называется, потому что должен гореть вечно. На самом деле, он прекрасно тухнет, и мы в течение недели по очереди следили, чтобы он не погас. В тридцатиградусный мороз.
— Сколько вас было? — Поинтересовался сидящий напротив слизеринец.
— Четверо.
Блейза Забини эта история не отвлекла от дум на тему взыскания полученного младшим Снейпом, и он продолжил размышления в слух:
— Он оставил тебя и Грейнджер, вероятно, и наказание дал на двоих… Что же это может быть?..
Зеус пожал плечами, как бы говоря: «Можешь придумывать, что угодно, я ничего не скажу». Он проследил за взглядом Блейза, тот смотрел на самый последний стол, вернее, на девочку, сидевшую за этим столом. Как не наклоняла голову Грейнджер, было видно, что на ее щеках играет румянец, время от времени она качала головой, похоже, что друзьям, сидевшим по обеим сторонам от нее, также не удавалось добиться вразумительного ответа. Зеус обратил внимание на одного из парней.
— Кто вон тот тип, что сидит рядом с Грейнджер? — Спросил он у Забини.
— Лохматый, в круглых очках? — Тут же встрепенулся тот.
— Да нет, длинный рыжий.
— А… это Уизли, Ро…Ро… Роберт, что ли.
Зеус проскользил взглядом вдоль гриффиндорского стола.
— А вон те двое?
— Тоже Уизли, Фред и Джордж.
— Много же их…
— Это что, у них еще сестра есть, тоже где-то там сидит, — Блейз неопределенно помахал в сторону гриффиндорского стола ложкой.
— Три старших брата уже выпустились, — добавил старшекурсник.
Зеус лишь покачал головой: «Большенькое семейство», ― но ответить что-либо ему не дал Блейз, он подергал его за рукав и ткнул ложкой в сторону гриффиндорского стола:
— Ты лучше спроси: «Кто тот лохматый и в очках?»
Зеус посмотрел на предлагаемый объект. Объект был неинтересен: парнишка примерно на год младше его, худощавый, с черными растрепанными волосами, за круглыми очками поблескивали зеленые глаза. Он сидел в пол-оборота к Зеусу и ничем примечательным не выделялся.
— Ну и что это за чудо? — Лениво спросил он, снова переводя взгляд снова на Грейнджер.
— Это, — Блейз сделал эффектную паузу, — Гарри Поттер!
— Вот это?! — Зеус прищурил глаза и снова посмотрел на мальчишку. — Вот это – надёжа всего магического люда и спаситель мира?!! Блейз, ты меня разыгрываешь.
Воскликнул он изумленно, в подтверждение своих слов показывая вилкой в сторону гриффиндорского стола. Ближайшие соседи по столу веселились во всю, видя его удивление и недоверие.
— Ага, — ответил за Блейза старшекурсник напротив, сам Забини не мог ответить, он подавился тыквенным соком, и теперь его усилено хлопала по спине его соседка.
— Что же за неудачники участвовали в Турнире, раз их обошел этот задохлик?
— Ну, одним из них был Крам, — сузив глаза, сказал старшекурсник, он все больше и больше втягивался в разговор.
— Ну, Крам это отдельная песня,  — протянул Зеус. — Если бы ему сказали: «В центре лабиринта находится снитч — фас!», ― он, может, и пришел бы первым…
Тем временем обеденный перерыв подходил к концу, большинство учеников уже ушли на следующий урок. Зеус заглянул в расписание – Руны. Ткнув Забини, он спросил, где проходят занятия по Рунам.
— Понятия не имею, — ответил тот, он все еще сидел с красными глазами, — кажется, на нашем курсе никто не занимается рунами.
— Вот те раз… — Потеряно пробормотал Зеус, где же их теперь искать?
— Руны в левом крыле, я покажу, мне в ту же сторону, — сказал старшекурсник, сидевший напротив, затем  протянул руку через стол. — Адриан Пьюси, шестой курс.
— Зеус, — ответил на рукопожатие он, — угадай с трех раз мою фамилию.
— И гадать не стану, ты похож на своего отца.
Вставая из-за стола, Зеус посмотрел на преподавательский стол, отец еще сидел там, он неторопливо потягивал что-то из высокого кубка, просматривая одновременно газету через завесу немытых волос. «Хорошо это или плохо, что я похож на отца?» — размышлял Зеус, шагая за своим новым знакомым. С одной стороны, наверное, хорошо: Снейпа все боятся и, значит, ему не будут давать глупые обидные клички, с другой стороны, говоря, что он похож на отца, люди не имеют же в виду, что Зеус такой же желчный и патлатый? Преимуществ от такого родства Зеус пока не видел, зато недостатков хоть отбавляй: все на него косятся, как на диво какое-то, каждый ждет от него чего-то необычного. Да, сын Снейпа – это сенсация! Появись в Хогвартсе сын Дамблдора или десять дочерей МакГонагалл, удивления было бы меньше.
Когда Зеус зашел в класс Рун, он обратил внимание на то, что учеников было совсем немного и все они были со всех четырех факультетов. Вернее, со всех трех, и он один со Слизерина; Забини оказался прав – никто с их курса не изучал Руны, похоже, большой популярностью они не пользовались. Просматривая класс в поисках свободного места, Зеус увидел Сьюзен, это был первый приятный сюрприз за все время пребывания его в новой школе. Впрочем, станет ли она общаться с ним так же легко и непринужденно, как раньше? Сейчас и проверим, решил он, стремительным шагом направляясь к девочке.
— Привет, — непринужденным голосом обратился он к светловолосой макушке, дождался, пока Сьюзен поднимет свой взгляд и узнает его, потом добавил: — Здесь не занято?
— Присаживайся, — доброжелательно ответила Сью, убирая с соседнего стула сумку. — Где-то это уже было, тебе не кажется?
— Дежавю, — подсказал Зеус, доставая учебник и пергамент, затем ткнул большим пальцем в серебристо-зеленую нашивку, заботливо пришитую домовыми эльфами ночью, — Слизерин.
— Отчего меня это не удивляет? — Задумчиво протянула девочка. — Почему ты сразу не сказал?
— Ты бы отнеслась ко мне с предубеждением, — просто ответил Зеус.
Он вдруг почувствовал непреодолимое желание обернуться – так бывает, если кто-то пристально смотрит в спину. Оглядев класс еще раз, парень заметил знакомую гриву каштановых волос – Грейнджер, которая поспешила отвести взгляд. Пока Сьюзен задумчиво рассматривала парня, размышляя задать еще вопрос или нет, в класс вошла профессор Бабблинг с ворохом свитков пергамента и толстой книгой под мышкой. Так же, как профессора Флитвик и Снейп, она начала урок с пространной речи о важности СОВ и, как следствие, усиленных занятий. На сегодняшнем уроке она предложила ребятам попробовать расшифровать текст из книги «Речей Сигрдривы». Взглянув на руны, Зеус определил, что этот кусок из «Речей…» они уже проходили, и, подтянув к себе пергамент, парень начал быстрым аккуратным почерком писать перевод; основной подвох в данном тексте заключался в том, что некоторые руны были написаны зеркально.
Следующий урок Трансфигурации начался также с того, что профессор МакГонагалл произнесла короткую речь по поводу предстоящих СОВ, она не оказалась оригинальной и говорила практически те же слова о важности СОВ и максимуме работы. Вначале урока ученики списывали длинные формулы с доски, а затем приступили к практике заклинания исчезновения. Заклинание оказалось сложным, требовалось немалая сосредоточенность и концентрация. Сконцентрироваться Зеусу мешало то, что профессор МакГонагалл, как и Снейп, ходила вдоль рядов и неоднозначно поблескивала в его сторону квадратными очками. Впрочем, продемонстрировать свое умение она так и не предложила, это было большим облегчением, поскольку, как не тыкал Зеус волшебной палочкой в свою улитку, исчезать она не желала, только поджимала рожки и пряталась в раковину. Промаявшись полтора часа, ученики получили на дом задание продолжить практику исчезновения и устало поплелись прочь из класса. Зеус решил не спрашивать про библиотеку у Забини, чтобы не возбуждать лишних вопросов, вместо этого он подошел к МакГонагалл.
— Библиотека? Конечно, я объясню Вам, как найти библиотеку, неужели все так плохо?
Зеус устало поднял на нее глаза, наверно, что-то такое отразилось в его взгляде, что у пожилой ведьмы сжалось сердце.
— Я, конечно, понимаю, что трансфигурация не самый простой предмет, — сочувствующе произнесла она. — Вы выглядите бледным, молодой человек, Вы себя хорошо чувствуете?
Зеус пожал плечами.
— Я всегда так выгляжу, — сказал он, принимая из рук профессора пергамент с объяснением, как найти библиотеку, — у нас это семейное.
Поблагодарив и попрощавшись с МакГонагалл, мальчик вышел в коридор, который к тому времени уже опустел. Зеус медленно побрел в сторону Большого зала; сейчас ужин, потом ученики предоставлены сами себе, в одиннадцать отбой. Прошедший день показался Зеусу невероятно длинным, он, конечно, еще не закончился: впереди встреча в библиотеке и к отцу зайти надо. Но уроков сегодня уже больше не будет, прошли они не так уж и плохо, никто его не съел, жить, в принципе, можно. Дойдя до главной лестницы, парень съехал по широким мраморным перилам. Это напомнило ему о его друге Артуре, тот был любителем покататься на перилах, причем он не только спускался таким способом, но и поднимался вверх. При воспоминаниях о друзьях опять тоскливо сжалось сердце. Зеус видел, как во время ужина десятки сов приносили посылки и письма своим хозяевам, в том числе и для Драко Малфоя большой красивый филин принес письмо и небольшой сверток. Но сам Зеус не ждал никаких писем, только вчера его друзья собрались вместе и заметили его отсутствие, пройдет время, прежде чем они разберутся, что к чему и, возможно, напишут письмо. Да и пока письмо это дойдет от Дурмштранга до Хогвартса… Если письмо вообще будет.
Зеус вяло поковырял еду в тарелке – есть не хотелось. Идти в библиотеку на встречу с Грейнджер тоже не хотелось. Хотелось достать метлу и рвануть в Европу, правда, долететь вряд ли удастся. Сколько километров до Дурмштранга от Хогвартса? Правда, вопрос – где находится Хогвартс? А где находится Дурмштранг? Волшебники вечно прятали свои жилища, самым писком было сделать замок Ненаносимым, тогда ни одна карта не могла отобразить его месторасположение. То, где находятся школы, знали, вероятно, только директора этих школ. Ученики не знали даже толком в Европе или России находился Дурмштранг, единственное, что знал Зеус – это то, что там было холодно, было море, горы и много снега и льда.
Решив все-таки заглянуть в библиотеку, Зеус, тем не менее, как можно медленнее, сходил до Слизеринской гостиной, а потом поплелся на встречу, надеясь, что Грейнджер его не дождется и уйдет. В итоге, он пришел не к шести, а к семи часам. Библиотека Хогвартса поражала своими размерами: высокие полки с книгами упирались в потолок, между стеллажами стояли длинные столы, на которых горели свечи. Дойдя до середины помещения, мальчик заметил толстый красный шнур, который отгораживал секцию, погруженную в полумрак, ни один ученик не занимался там. Вопреки ожиданиям Зеуса Грейнджер дождалась его, она склонилась над толстенной книгой. Парень сел напротив и, подперев рукой щеку, стал смотреть на свою оппонентку.
— Ты опоздал, — вместо приветствия сказала девочка, аккуратно закладывая книгу.
— Знаешь ли, у тебя, возможно, и нет других дел, кроме как сидеть в библиотеке, — Зеус заглянул под стол – сумка  с учебниками стояла там, — а мне надо было заскочить кое-куда.
— Ну, хорошо, — Грейнджер разгладила листы пергамента, лежащие перед ней. — С чего начнем?
Зеус неопределенно пожал плечами, удобно развалившись за столом, он разглядывал девочку своими черными глазами и не пытался сделать не одной попытки, чтобы наладить контакт.
— Ну, тогда, может… Ты расскажешь, какие темы вы проходили?
— Что, за все время обучения? Да я не помню, что на экзаменах летом писал, а ты хочешь, чтобы я вспомнил все.
— Ну хорошо, тогда я просто расскажу тебе все…
— Ты в своем уме? Так я от тебя до конца седьмого курса не избавлюсь…
— Ладно, — сердито сказала Грейнджер, она уже начала терять терпение, — что ты предлагаешь?
Зеус опять пожал плечами и стал смотреть в сторону. Пользуясь паузой, девочка задумчиво рассматривала на него. В профиль младший Снейп напоминал римского полководца: нос с горбинкой, прямые брови, целеустремленный взгляд черных глаз. Темные волосы аккуратно зачесаны в хвост, матовая светлая кожа, у нее неожиданно возникло желание прикоснуться кончиками пальцев к щеке парня. Стряхнув с себя наваждение, она сказала:
— Раз так, тогда я подготовлю для тебя план занятий, и мы в сжатые сроки повторим пройденный материал.
Зеус оперся локтями о стол и приблизил свое лицо к лицу гриффиндорки.
— Грейнджер, тебе что – больше всех надо? Какой план? Какие занятия? Тебе заняться больше нечем?
— Но как же… — Растеряно проговорила та. — Ведь профессор Снейп сказал…
— Ну какая разница, что сказал профессор? Взыскание это он дал только для того, чтобы достать меня, впрочем, как и я испортил зелье, чтобы насолить ему. Не забивай свою хорошенькую головку… Кстати, у тебя имя-то есть?
— Гермиона, — машинально ответила девочка, она не понимала, как можно специально испортить задание, только для того чтобы позлить Снейпа.
— Гермиона… Грейнджер… — Задумчиво протянул парень, откинувшись на спинку стула, он другим взглядом смотрел на соседку. — Постой, это не та ли «Хермивона»?
Зеус очень похоже воспроизвел манеру говорить Виктора Крама, чем ввел Гермиону в смущение.
— Ну надо же, — хохотнул он, — не ожидал.
— А чего ты ожидал?
— Ну, как же… Прекрасной девы, чей стан гибок и легок, а глаза подобно изумрудам сверкают… — Парень продолжал бесцеремонно разглядывать Гермиону, разве что повернуться еще не попросил. — А глаза у тебя вовсе не зеленые…
— Ну, — Гермиона поправила волосы, — может, Виктор несколько приукрасил…
— Угу, и про губы, слаще меда…
— Он и про это рассказывал? — Девочка покраснела до корней волос.
Зеус резко наклонился к лицу Гермионы, у той возникло ощущение, что он хочет проверить на вкус ее губы, и она отшатнулась.
— Давай сделаем так… — Произнес мальчик. — Ты чего шарахаешься?
— Н-ничего, как сделаем? — Пролепетала она.
— Ты дашь мне свои конспекты, я их просмотрю, если мы чего не проходили, а этого, наверняка, окажется много, я сам разберусь.
— А я?
— А ты пиши письма Краму, а то он соскучился уже поди… по меду…
Зеус снова хмыкнул, поднялся с места и направился к выходу, Грейнджер начала лихорадочно собирать свитки и книги.
— Постой, — крикнула она, догоняя парня, — так нельзя! Профессор четко сказал, что мы должны заниматься вместе!
— При этом не уточнил, чем именно.
— Как это? Что ты имеешь в виду?
— Ничего, все пока, мне пора, — Зеус похлопал девочку по плечу и начал спускаться по лестнице.
— Постой, а как же конспекты? — Вслед крикнула ему Гермиона.
— Потом, — махнул рукой на ходу тот.
Гермиона еще некоторое время смотрела вслед спускавшемуся по ступеням парню, потом пожала плечами и отправилась в общую гостиную Гриффиндора.

Кабинет профессора Снейпа отличался от класса Зелий разве что размером: он был такой же полутемный с множеством стеллажей и шкафчиков. У одной из стен стоял длинный рабочий стол, в данный момент на нем ровными рядами располагались несколько склянок и всё, но, судя по рабочей поверхности, на этом столе можно было готовить сразу в двух, а то и трех котлах. Порывшись в шкафу с надписью «Хозяйственный», Зеус извлек на свет закопченную турку, цилиндрическую банку с коричневым порошком, пару палочек корицы и плитку шоколада. Разломав шоколад на куски, он бросил его на дно большой глиняной кружки, посыпал размолотой корицей и залил его горячим какао. Удобно устроившись в кресле возле камина, парень с наслаждением глотнул горячий напиток.
— Я придумал эликсир счастья, — сказал Зеус, глядя в кружку. — Я пью его и ощущаю, как счастье разливается по моим жилам.
Профессор Снейп оторвался от своего занятия (он как раз составлял план занятий для третьекурсников), взял у сына кружку и пригубил.
— Ты не первый, — сказал он, возвращая кружку мальчику. — Люди давно заметили необычные свойства шоколада и вовсю его используют.
— Все равно я молодец, — упрямо заявил Зеус и закрыл глаза, чтобы лучше насладиться вкусом своего «эликсира».
Отец дал ему некоторое время, потом сказал:
— Давай лучше поговорим о твоих знаниях, в частности о зельях.
Мальчик издал непонятный булькающий звук.
— А что мои знания? Они в полном порядке, — сказал он, поднимаясь и с кружкой в руке подходя к одному из шкафов.
— Не уверен, я получил копии твоих экзаменационных ответов. На вопрос: «Какие ингредиенты не следует смешивать?» − ты ответил: «Огневиски и маггловское пиво», — продолжил профессор, тяжелым взглядом следя за передвижениями сына по кабинету.
— Конечно, нельзя! От них на утро голова просто раскалывается!
— Я даже знать не хочу, где ты пробовал и то, и другое, но отвечать так на экзамене! Да еще и на решающем!
— А что я должен был ответить? Есть тысяча вещей, которые нельзя смешивать! Мне бы не хватило ни пергамента, ни времени перечислить их все, тем более, зачет я все же получил, — с этими словами Зеус открыл шкаф с надписью «Отравляющие и сильнодействующие вещества» и углубился в изучение его содержимого.
— Оценка могла быть выше, — Снейп опустил голову и снова занялся планом занятий. — Ты должен стараться получать максимальные оценки.
— Зачем мне эти оценки? — Спросил мальчик, ставя кружку в шкаф и доставая пузатую колбу с бесцветной жидкостью.
— Чтобы после школы получить хорошую работу…
— После школы я поеду в Индию изучать тантризм, — теперь в его руках появилась длинная прямоугольная бутылка, в которой маслянисто переливалась желто-зеленая жижа.
— Тантризм? — Не отрывая взгляда от пергамента, переспросил отец. — Что-то слово знакомое, что это?
— Ммм… ты про тантрический секс слыхал?
Снейп поднял голову и уставился куда-то в потолок.
— Это когда люди раздеваются и ползают друг по другу?
— Угу…
— Так, ни в какую Индию ты не поедешь, — Снейп перевел взгляд на сына и обратил внимание на бутылку, которую тот держал.
— Ну тогда в Китай – изучать растительные яды, — Зеус отвинтил пробку и собирался поднести бутылку к носу.
— Никакого Китая, — сказал профессор, выхватывая бутылку из рук мальчика. — Ты бы еще на язык попробовал! В этом шкафу много ядовитых веществ.
— Я же вижу, что это масло. Просто хотел проверить, подсолнечное или оливковое, судя по цвету – оливковое.
Профессор поболтал бутылку, затем понюхал содержимое.
— Действительно масло… А что оно тут делает?
Он отодвинул сына в сторону и с головой погрузился в шкаф.
Зеус подошел к стеллажу со склянками и двумя руками взял большую квадратную бутыль, в которой плавало нечто, отдаленно похожее на зеленую уродливую голову. Тем временем Снейп-старший, как терьер, рылся в шкафу, выкидывая из него лишнее. Так на столике появились: кружка с шоколадом, мешочек с гречневой шелухой, моток веревки, плоская крышка от обувной коробки, наполненная камнями, связка замумифицированных крыс, курительная трубка и плитка табака. Свои действия профессор щедро сдобрил замечаниями в адрес рассеянных домовиков. Очевидно, все непонятные предметы эльфы автоматически считали опасными и складывали в шкаф с опасными веществами.
— Наложи заклятие на шкаф… — Посоветовал сын.
— И что? Я сам должен буду разбирать все барахло, которое ученики оставляют в столах после занятий? — Сварливо возразил профессор, вытягивая из шкафа длиннющую сеть с засохшими водорослями. — Это что такое? Поттера что ли в прошлом году ловили?
— Тогда заведи еще один шкаф для всякого барахла. Что это? — Спросил парень у отца, протягивая ему бутыль.
— Голова тролля, — ответил Снейп, мельком взглянув на нее.
— Почему такая маленькая?
— Замаринованная.
Зеус поставил голову обратно на стеллаж и заинтересовался банкой с черными, будто лакированными, жуками, но когда он попытался открыть плотно притертую крышку, получил по рукам от профессора.
— Не трогай ничего руками, — раздражено рыкнул он. — Сядь туда.
Когда Снейп ставил банку на место, Зеус увидел, что жуки, оказывается, не засушенные, как он подумал вначале, а быстро передвигаются в банке. Он сел за стол и потрогал лежавшие там записи. Это был план занятий для третьекурсников, исписанный мелким аккуратным почерком. Отодвинув бумаги в сторону, он попробовал открыть один из ящиков стола. И был выгнан профессором.
— Ты, вообще, зачем сюда пришел?
— За пером.
Снейп порылся в столе, достал и протянул сыну связку гусиных перьев, порядком полинялых.
— Я не буду этим писать…
— Они довольно удобные.
— Где курица, у которой ты выдрал эти перья?
Отец хмыкнул и предложил Зеусу перо, которым писал, черное и сильно облысевшее.
— Надо мной будут смеяться, если завтра на занятия я приду с этим, — сказал мальчик, вертя в руках перо.
— Скажи, что оно мое, — ухмыльнувшись, сказал профессор.
— Тогда смеяться будут над тобой, — парировал Зеус, кидая перо обратно на стол.
Профессор возвел глаза к потолку, как бы говоря: «Мерлин, дай мне терпения», − потом достал весь ящик и поставил его на стол. Каких только перьев здесь не было! Зеус схватил красивое перо: тонкое, черное, с металлическим зеленым отливом, оно было словно наконечник стрелы.
— Я возьму вот это!
— Нет, — равнодушно сказал отец, — это перо зачаровано отвечать только на определенные вопросы.
Зеус поставил перо на кусок пергамента, покачавшись, оно начало строчить формулы превращения стола в собаку. С разочарованием бросив перо обратно, мальчик стал разглядывать содержимое ящика. Там лежали различные перья, кусочки пергамента, на вид абсолютно чистых, и даже пара манжет. Прикоснувшись к ним волшебной палочкой, мальчик смог прочитать законы увеличения магической силы. В итоге отец протянул ему бронзово-коричневое перо, Зеус обратил внимание на такое же оставшееся в ящике.
— А это?
— Это перья-близнецы.
— Как они работают?
Профессор достал второе перо и поставил его кончиком на пергамент.
— Пиши своим, — велел он.
Зеус написал несколько строк на другом клочке бумаги, перо, стоящее перед профессором, в точности повторило все слова.
— Здорово! — Воскликнул мальчик, с восхищением разглядывая перо. — Я возьму второе?
— Для кого?
— Не знаю, а для кого ты покупал эти перья?
— Эти перья конфискованы во время экзаменов; будешь знать, для кого второе перо, тогда и возьмешь. А теперь тебе пора.
И профессор выгнал Зеуса из кабинета. Только он отвернулся от двери, как она приоткрылась и в проем просунулась голова Зеуса.
— А сказать: «Спокойной ночи, Зося»?
— «Зося»? Что за дурацкая кличка?
— Меня бабушка так называла, — пожал плечами Зеус. — А еще «Мой маленький косолапый мишка».
— Так, косолапый мишка, если ты немедленно не уберешься отсюда, я обещаю тебе неспокойную ночку.
Зеус хмыкнул и исчез. Снейп потер лоб, «косолапый мишка», это надо же такое придумать, ну матушка… Вдруг его словно осенила одна мысль, он рывком открыл дверь и, заметив сына в конце коридора, крикнул:
— Стой!
Зеус остановился и медленно повернулся лицом к отцу, что еще?
— Распахни мантию, — велел профессор.
У парня похолодело сердце, неужели отец заметил, как он умыкнул из кабинета пару склянок? Медленно, чтобы не звякнуло стекло, он развел полы мантии в стороны. Отец внимательно оглядел его с ног до головы.
— А ноги у тебя совсем не косолапые… — Выдал он вердикт осмотра.
Зеус фыркнул и запахнул мантию.
— Это образное выражение, я и на медведя не похож.
Профессор буркнул что-то вроде «Женщины…» и исчез за дверью кабинета. Парень решил, что лучше убраться отсюда подальше, пока отцу еще чего в голову не пришло, и быстрым шагом направился к общей гостиной.

0

8

Глава 7.
Шепоты и полеты.
Зеус тщетно пытался прогнать дрему, взглядом сомнамбулы он смотрел на профессора Бинса. Учебная неделя заканчивалась, но это был только первый урок Истории магии. История всегда нравилась Зеусу, преподаватель в Дурмштранге мог заинтересовать класс, нередко он приносил на занятие те или другие артефакты и раритеты. Мечи, старинные книги или удивительные украшения, сработанные гоблинами – все это можно было рассмотреть и потрогать. Поэтому мальчик с нетерпением ждал урока, но тот оказался полным разочарованием. Да, это, конечно, круто, когда преподаватель − призрак, но его бубнящий тон имел убаюкивающее действие, внимания на класс профессор Бинс не обращал никакого, и ученики, предоставленные сами себе, занимались кто чем. Когда в начале урока Малфой достал колоду карт, то на удивленный взгляд Зеуса он только ухмыльнулся и предложил присоединиться. Зеус оглядел аудиторию: Малфой играл в карты со своими дружками, и, так как последние не отличались быстротой соображения, кучка серебряных сиклей перед Драко росла на глазах; Пэнси Паркинсон со своими подружками заказывала что-то из каталога; Забини писал реферат, закрывшись учебником; Нотт просто спал на парте. Сдавшись окончательно, Зеус бросил Малфою короткое: «Раздавай».
Уроки в Хогвартсе во многом отличались от тех, что вели профессора Дурмштранга – приятно удивила Гербология: в огромных теплицах ученики изучали редкие и экзотические растения, но вот Защита от сил зла была еще хуже, чем История магии. Профессор Амбридж с пренеприятной жеманной улыбочкой предложила классу конспектировать учебник, на вопросы о практике заклинаний, ответила твердым «нет». Остальные предметы были более-менее на уровне, но больше всего хлопот доставляла Трансфигурация, меньше всего Зеусу хотелось бы показаться неспособным именно по этому предмету, ведь противостояние деканов факультетов Слизерин и Гриффиндор было заметно даже невооруженным взглядом.
После урока Зеус вышел в коридор со слегка облегченными карманами, у него создалось впечатление, что Малфой мухлевал, но проигрыш был незначителен, ссориться и спорить не хотелось. Помахав рукой одноклассникам, Зеус направился на урок Рун. Позвякивая в кармане оставшейся мелочью, парень не спеша шел по главным коридорам. Благодаря помощи Сьюзен, он теперь знал, как добраться до классов, и хоть в Хогвартсе было множество скрытых и потайных переходов и лестниц, но Зеус предпочитал основные коридоры. На переменах все ученики устремлялись по узким проходам, и порой пройти по более длинному, но свободному пути, оказывалось гораздо быстрее. Насвистывая, Зеус пересекал пустынный коридор, когда прямо перед ним вывалились из какой-то замаскированной двери близнецы Уизли.
— Привет! — Выпалил один из братьев. — Наше прошлое знакомство как-то не задалось, давай начнем сначала. Джордж!
— Фред!
— Зеус, — парень по очереди пожал протянутые руки.
Братья некоторое время разглядывали его, затем Фред сказал:
— Мы слышали, в Хогвартсе появился сын Снейпа…
— Да, я тоже слышал такую историю, — ответил на это Зеус.
Один из братьев хмыкнул, Фред тем временем продолжал:
— Знаешь, мы очень любим профессора Снейпа и трепетно к нему относимся…
— Но он, почему-то, не разделяет этой любви или, может быть, не догадывается, — подхватил Джордж. — По сути своей мы с братом исследователи, но нам иногда не хватает составляющих, чтобы продолжить… ммм… свои изыскания…
— А просить помощи у твоего отца мы стесняемся, он очень занятый человек…
— Поэтому мы несказанно рады тому, что ты появился в нашей школе!
Братья так гладко дополняли реплики друг друга, что Зеусу, в конце концов, надоело вертеть головой туда-сюда, и он решил смотреть на одного из них.
— И теперь вы хотите, чтобы я для вас тырил зелья у профессора? — С ухмылкой спросил он, обращаясь к Джорджу.
— «Тырил»… что за выражение? Скажем так, позаимствовал.
Некоторое время мальчики смотрели друг на друга, потом, когда молчание становилось уже неприлично долгим, Фред спросил:
— Ну, так как?
Зеус прокрутил в голове идею и так, и эдак.
— Допустим, если вы хотите «позаимствовать» у профессора сине-зеленый мох, то помогать  вам я не буду…
— Сине-зеленый мох? Мальчик, ты откуда такие слова знаешь? — оба брата с удивлением уставились на Зеуса.
— Я не мальчик, мне уже шестнадцать, и это у вас ясли-Хогвартс, а у нас можно достать вещи и покруче, — пренебрежительно бросил дурмштранговец.
Обоим братьям некстати вспомнилось сцена в тамбуре поезда.
— Так это, правда, трава у тебя была? — Спросил Джордж.
— Какая трава? — В свою очередь удивился Зеус.
— Ну тогда, в поезде.
— А, нет, это я так… — Действительно, и чего это он в сигареты тогда вцепился?
— Так значит, мы можем рассчитывать на сотрудничество с тобой? — Поинтересовался Джордж.
— Не вижу выгоды для себя.
— Чего ты хочешь?
— Кроме мирового господства? Скажем так, участия в ваших изысканиях.
— Нууу… — Братья замялись. — Тебе, наверное, неинтересно будет, мы же так…
— …просто балуемся…
— Значит так, — Зеус глянул на часы, перемена заканчивалась, — как только решите, что и на какие нужды вам необходимо, дадите знать, а там я решу. Да, кстати, независимо от моего решения помогать или нет, конфиденциальность я гарантирую.
С этими словами он обогнул близнецов и быстрым шагом направился на Руны, перемена заканчивалась, а опаздывать не хотелось. В классе он вновь приземлился рядом со Сьюзен, и, поздоровавшись, он через плечо заглянул в пергамент, в котором она что-то лихорадочно дописывала.
— Не успела сделать в срок, — виноватым голосом произнесла девочка.
— Вот здесь неверно, — ткнув кончиком пера в домашнюю работу, подсказал Зеус, — это написано было на табличке над магазином или лавочкой, и эти два символа переводятся как «защити/обереги добро», в смысле имущество, а не «добрый оберег».
— Ты думаешь? — с сомнением спросила Сьюзен.
— Раскрою тайну – мы этот кусок проходили в прошлом году.
Сьюзен удивленно приподняла брови и дальше, уже не переспрашивая, поправила те ошибки, на которые ей указал парень. Зеус был только рад помочь: Сьюзен всегда хорошо с ним общалась и с готовностью отвечала на вопросы или помогала найти тот или иной кабинет. Правда, так было, если рядом не находился кто-либо с ее курса; если рядом показывались другие пуффендуйцы, Сью смущалась и становилась менее разговорчивой.  После урока они вместе пошли на ужин, но едва Сьюзен увидела своих, тут же простилась тихим голосом и примкнула к однокурсникам.
Зеус присоединился за столом к своим одноклассникам, и, пока он раздумывал, чем бы заняться в выходные, в висок стукнул бумажный самолетик. Развернув его, парень увидел внутри короткое послание: «Давай встретимся завтра в 12 в библиотеке, не опаздывай». Подписи не было, но и так ясно, от кого самолетик.
— Ого, тебе уже свидания назначают? — Забини прочитал записку через плечо Зеуса.
— Да, я становлюсь популярен, — пробормотал Зеус, скомкав бумажку.
Так, половина субботы занята, вряд ли в этот раз удастся избавиться от Грейнджер так быстро. Еще домашние задания, останется ли свободное время? Очень хотелось полетать, Пьюси говорил, что в субботу будет конкурс, на котором выберут охотников в команду, возможно, там удастся полетать? Неплохо бы в таком случае подготовить метлу, а то все лето в сундуке пролежала. Такие мысли занимали голову Зеуса, когда он шел в гостиную Слизерина.
Швырнув сумку с учебниками под кровать, парень встал перед сундуком на колени и бережно извлек свою метлу. Стянул тряпку, в которую она была завернута, и окинул внимательным взглядом черную полированную рукоять, березовые прутья. Захватив с собой еще и набор по уходу, Зеус спустился в гостиную и устроился в кресле рядом с камином. Он положил метлу на колени и принялся полировать рукоять мягкой тряпочкой; к счастью дерево не рассохлось за лето, но надо признаться, все-таки было бы не лишним почаще ухаживать за ней. Он уже перешел к подравниванию прутьев, когда в соседние кресла опустились Пьюси и еще один здоровый слизеринец, про него Зеус знал только то, что он капитан квиддичной команды и фамилия его Монтегю.
— Твоя метла? — спросил Адриан.
— Ага, — ответил Зеус, не поднимая головы и раздумывая, обстричь ли еще один прутик или достаточно будет.
— Какая марка? Хочешь попробовать стать охотником? — Это уже спросил Монтегю.
— Да нет, хотелось бы просто полетать. Это «Дрэгонфлай», — сказал Зеус, переворачивая рукоятку метлы таким образом, чтобы мальчики смогли увидеть надпись, блеснувшую алым в свете камина. — Не скоростная, но очень устойчивая и маневренная на коротких расстояниях, самое то для вратаря.
— Ты был вратарем у себя там? — Поинтересовался Монтегю, устраиваясь в кресле поудобней и с любопытством разглядывая Зеуса.
— Угу, — пробормотал тот, озабочено трогая стяжку прутьев – не ослабла ли.
— А нам не помешал бы запасной вратарь, — вклинился в разговор Пьюси. — Блетчели становится всё более неадекватен, мы можем опять продуть.
— Завтра посмотрим, все равно запасных почти не осталось, там видно будет. Я думаю, нам удастся в этом году выиграть кубок, у меня есть несколько идеек.
Перекидываясь ничего не значащими фразами, они еще какое-то время сидели возле камина, когда в гостиную ввалился Блейз и плюхнулся рядом. Слегка задыхаясь, он выдал:
— Вы не знаете, какая сейчас хохма была! — Дождавшись, пока все обратят на него внимание, он продолжил: — Гриффиндорцы отбирали себе вратаря! Думаю, в этом году мы кубок возьмем с закрытыми глазами.
— Кого они там взяли? — Лениво поинтересовался Монтегю.
— Дружка Поттера, этого рыжего верзилу. О, это твоя метла? — Спросил Блейз, обращаясь к Зеусу. — Тоже хочешь в квиддич играть?
— Видно будет, — ответил тот, он уже закончил возиться со своим «Дрэгонфлаем» и теперь просто держал его на коленях.
— Ну и как он там? — Спросил Монтегю, имея в виду нового вратаря. — Составит ли конкуренцию Вуду?
— Э, какое там! Наверняка, его взяли по просьбе его дружка, Поттера. Ничего сверхъестественного…
Забини принялся рассказывать, как именно проходил отбор у гриффиндорцев, Монтегю и Пьюси его внимательно слушали, сами они на отбор не ходили, сочтя это ниже своего достоинства. У Зеуса сложилось впечатление, что Блейз несколько утрирует, по его словам выходило, что все, кто пробовался на вратаря, как один не умели летать и мячи ловили каким-то чудом.
— Даже если у них будет вратарь-дырка, ловец у Гриффиндора лучше нашего, кстати, где этот красавчик? — Поинтересовался капитан слизеринской команды, задумчиво барабаня пальцами по подлокотнику кресла.
— Не знаю, на квиддичном поле он был, а потом куда отправился, я не заметил, — ответил Блейз.
В это время в гостиной появился Гойл, один из приятелей Малфоя, прищурившись, он оглядел комнату и, заметив Зеуса, направился к нему.
— Это… там Драко тебя зовет, — глухо обратился Гойл к нему.
— Если Малфою что-то нужно, он может сам придти сюда, — бросил Зеус в ответ, не хватало еще, чтобы он бегал за этим слизеринцем по замку.
— Ну, это… он сказал, что хочет тебе что-то показать, — гнул свое Гойл.
Зеус пожал плечами – ну раз так, можно и сходить посмотреть. Он отнес метлу и принадлежности по уходу за ней в спальню, а затем вышел вслед за грузно топающим слизеринцем из гостиной. Шагая вместе с Гойлом по полутемным коридорам, забираясь все дальше от подземелий, Зеус начал догадываться, что к чему. Поэтому не сильно удивился, когда в одном из особенно темных и пустынных коридоров Гойл развернулся и, глухо похохатывая, бросился бежать назад. Зеус остановился и посмотрел в спину удаляющемуся парню, тот на бегу обернулся и, не заметив, куда бежит, врезался в колону и бочком, как краб, шагнул в сторону, благополучно вписавшись в узкую арку, и протопал по лестнице вниз. Ну не идиот ли? Зеусу ничего не стоило выйти обратно тем же путем, наверняка, Гойл до безумия доволен собой, и Зеус даже знал, кто надоумил его на эту выходку. Парень стоял посередине коридора, размышляя вернуться ли назад или все-таки поплутать по замку. Вокруг было тихо, не слышно ни шагов, ни разговоров, сквозь узкие окна можно было разглядеть звезды, появившиеся на потемневшем небе. Решительно повернувшись спиной к лестнице, с которой они пришли, Зеус пошел вперед.
Примерно через полчаса Зеус, преодолев не один коридор и коридорчик и поднявшись, и спустившись по нескольким лестницам, уперся в широкие двустворчатые двери, полностью перекрывающие проход. Парень подергал за кольцо и даже попытался открыть двери «Алохоморой», но те не поддались. Почесав затылок, он развернулся и пошел обратно, по пути толкая гобелены и картины, за которыми могли скрываться потайные проходы. Найдя один такой проход, Зеус решил срезать и нырнул в него, в итоге, он вышел совсем не там, где ожидал, и окончательно заблудился. «Чертов замок», — подумал подросток, стоя в одном из коридоров, как близнецы похожих друг на друга. Зеус подошел к окну и попытался определить, в какой части школы он находится.
Разглядывая яркие огни окон противоположного крыла, Зеус услышал тихое бормотание, словно где-то рядом тонкой струйкой текла вода. Прислушавшись внимательнее, он сделал несколько шагов назад, бормотание стало отчетливее. Пройдя еще некоторое расстояние, он наконец определил место, где говор был лучше всего слышен. Создавалось впечатление, что невидимый человек разговаривал сам с собой или диктовал письмо, и, хоть слов было не разобрать, интонации подсказывали мальчику, что это, скорее всего, кто-то из профессоров разговаривает в своем кабинете. Странно, насколько мальчик знал, здесь по близости не было никаких кабинетов; задрав голову, Зеус разглядел в дрожавшем свете факела потемневшие перекрытия. Может быть, ему только показалось, а может,  за темными балками, действительно, не было потолка? Зеус сел на пол, упершись спиной в холодную стену и подтянув ноги к груди. Что же это получается, что где-то там, в высоте, шла потайная галерея для прослушивания, наподобие тех, о которых он читал в приключенческих романах? Но кому могло понадобиться подслушивать школьных преподавателей? Пока он раздумывал, в отдалении послышались торопливые шаги, Зеус повернул голову, гадая, кто же появится из-за поворота.
Гарри Поттер возвращался из кабинета Амбридж, вынеся очередную экзекуцию. Он шел, низко опустив голову и разглядывая свой кулак, на котором тонкими алыми полосками была вырезана надпись: «Я не должен лгать». Внутри он весь кипел негодованием на эту мерзкую тетку. Потому что он сказал правду, Гарри вынужден был не только отбыть недельное взыскание, но и пропустить сегодняшнюю тренировку, на которой новый капитан команды Анжелина Джонсон должна была выбрать нового вратаря. Его лучший друг Рон очень хотел попасть в команду, и теперь Гарри не терпелось поскорее попасть в гостиную, чтобы узнать, как у того обстоят дела. Неожиданно с пола раздался спокойный голос:
— Не наступи на меня.
Гарри подскочил и уставился на того, кто говорил. Возле стены сидел подросток и смотрел на него, и, даже не видя серебристо-зеленую нашивку на его мантии, Гарри сразу узнал, кто это. Крючковатый нос, черные пронзительные глаза – это сын профессора Снейпа, который только в этом году приехал в Хогвартс и вызвал своим появлением столько пересудов и разговоров.
— Ты что здесь делаешь? — Подозрительно спросил Гарри у Снейпа.
— Сижу, — ответил тот, не шелохнувшись и продолжая разглядывать Гарри.
— Это я вижу, а почему тут? — Голосом и манерой говорить младший Снейп совсем не походил на профессора, может быть, поэтому Гарри, хоть и отнесся к нему настороженно, явной ненависти, как к преподавателю, не испытал.
— Понимаешь, есть одна старая шутка, — начал объяснять Зеус, чуть переменив позу. — Заводишь новичка куда-нибудь поглубже в замок и делаешь ноги… У тебя есть чего-нибудь поесть?
Порывшись в карманах мантии, Гарри вытащил колдокексик, завалявшийся еще с Хогвартс-экспресса, и протянул его парню. Получается, это слизеринцы подшутили над сыном Снейпа? Где-то в глубине души у него даже шевельнулось сочувствие.
— И долго ты тут сидишь? — Гарри смотрел, как слизеринец, сорвав обертку, вцепился зубами в уже порядком зачерствевший  кекс.
— Не очень, — ответил Зеус, при ближайшем рассмотрении Мальчик-который-умудрился-выжить-при-таком-пристальном-внимании оказался нормальным ребенком, не задавался и не психовал, так как об этом писали газеты.
— Что дальше будешь делать?
— Я-то? Буду тут сидеть, рано или поздно меня хватятся… Спросят со старосты, где я. Тот не ответит и получит за это люлей от декана… Ну потом будут искать, и, возможно, найдут раньше, чем я остыну… — Зеус с сожалением посмотрел на крошки, оставшиеся от колдокексика.
— Может, будет лучше, если я выведу тебя отсюда?
— Ммм… Да, наверное, так будет лучше, — произнес Зеус.
Когда он встал, то оказался на полголовы выше Гарри и теперь смотрел на него сверху вниз. Они вместе пошли прочь из этого коридора, Гарри решил отвести Снейпа к главной лестнице, а оттуда тот сам, небось, сможет пройти дальше. Зеус молча шагал рядом, его мысли занимал таинственный шепот; парень решил вернуться когда-нибудь к этому месту и проверить свою догадку насчет галереи для прослушивания. Время было уже позднее, и Гарри с Зеусом не встретили никого на своем пути, только уже почти в самом конце своей цели навстречу неожиданно вышел профессор Снейп. В обоих руках он держал стопку книг, и, увидев столь странную парочку, профессор удивленно приподнял бровь и спросил:
— Что вы здесь делаете?
— Эээ.. — Протянул Зеус. — Может, соврать?
— Скажи правду, — безразличным тоном потребовал профессор.
— Я заблудился, и Поттер показывал мне дорогу.
Профессор удивленно наклонил голову.
— Теперь соври.
— Поттер нарушал правила, и я поймал его на месте преступления, — не моргнув глазом, выпалил Зеус.
Гарри разинул рот, но еще больше его возмутило поведение профессора.
— Минус пять баллов Гриффиндору за нарушения правил, и оба марш по своим спальням! — Сказав это, Снейп-старший исчез в соседнем коридоре.
Гарри гневно уставился на ухмыляющегося Зеуса.
— Ну ты и гад, Снейп!
— У нас это семейное, если ты не заметил, — хладнокровно парировал Зеус.
— Ты очень похож на своего отца!
— А ты?
— Что я?..
— Ты не похож на своего отца?
Гарри прикусил язык, он только что произнес фразу, которую много раз слышал от профессора Снейпа и которая приводила его в бешенство. От необходимости отвечать его избавил профессор Снейп – он снова вышел из-за угла и, скорее всего, слышал весь разговор.
— Дорогу до гостиной сам найдешь? — Обратился он к сыну.
— Ну, если от вестибюля или главной лестницы…
Профессор нетерпеливо прищелкнул языком.
— Иди за мной, — велел он.
И оба Снейпа оставили Гарри одного в коридоре, он зло посмотрел им вслед, а потом в бешенстве развернулся и быстрым шагом направился в сторону гостиной Гриффиндора.
— Зря ты баллы снял, я же наврал, — сказал Зеус, шагая рядом с отцом, в принципе, он и сам мог дальше дойти, но, по крайней мере, избавился от Поттера без драки.
— Ничего страшного, еще успеют нахватать.
Зеусу, отчего-то, стало нехорошо, он не думал, что его шутка обернется таким образом, а ему ведь только-только показалось, что он сможет общаться с Поттером нормально. Возможно, еще удастся все исправить, хотя это вряд ли, учитывая сложившиеся отношения между факультетами и «теплые» чувства, которые питали большинство учеников к его отцу. Коротко попрощавшись с отцом, Зеус направился в гостиную. Шагнув в длинную комнату, он увидел Малфоя с дружками; они сидели практически в одиночестве и явно ждали его.
— Где ты гулял? — С гаденькой улыбочкой спросил его Малфой
— У отца сидел, — спокойно ответил Зеус, подходя к кучке слизеринцев и испытывая большое желание стукнуть по ухмыляющейся роже старосты. — Знаешь, Драко, шутка была, конечно, отличная, — проговорил он, беря румяное яблоко, которое лежало перед Малфоем. — Но ты в следующий раз лучше натаскивай своих мосек, а то Гойл привел меня в коридор, куда я два раза в неделю на Руны хожу.
С этими словами Зеус откусил от яблока порядочный кусок и бросил огрызок на колени Малфою. Блондин выглядел так, словно его окунули головой в воду; он явно не ожидал такого поворота, и, не дожидаясь, пока кто-либо чего ответит, Зеус ушел в спальню, хорошо стукнув дверью об косяк.

Проснувшись утром следующего дня, Зеус некоторое время лежал с закрытыми глазами и прислушивался к своим ощущениям. Он один в чужой школе, почему же тогда в груди приятное чувство ожидания чего-то хорошего? Ну как же! Сегодня же будет тренировка у слизеринцев, и можно будет полетать! Рывком отбросив одеяло, парень вскочил с кровати, словно его подбросило пружиной. Разыскивая не вовремя решившие потеряться носки, Зеус обдумывал план на сегодня: сейчас быстро что-нибудь перекусить, потом заняться самой сложной домашней работой, мелочь оставить на потом, ах, еще же и Грейнджер! От Грейнджер постараться избавиться к часу. Когда он спустился в гостиную, то увидел там Пьюси, который, низко наклонившись над столом, быстро строчил что-то.
— Когда тренировка? — Спросил Зеус.
— Сразу после завтрака, — коротко ответил Адриан. — После обеда там гриффиндорцы будут летать…
Так, меняем план на ходу – Большой зал, квиддичное поле, а там все остальное. Закинув в себя еду и даже не поняв ее вкус, Зеус вернулся за метлой и поспешил на поле, где уже собирались желающие попасть в команду. Присоединившись к кучке слизеринцев, он поднял взгляд ввысь, где уже вовсю шел отбор, в воздухе была вся команда, и по очереди к ним присоединялась пара новых претендентов на место охотников. Судя по тому, как Монтегю размахивал своими длинными ручищами и орал так, что было слышно даже на земле, подходящих игроков пока не нашлось. Бладжеры носились как бешеные, нагоняя страх на членов команды и на самих пробующихся, в присутствии Зеуса только один человек смог отбить бладжер, но так неудачно, что тот попал в лицо действующего вратаря, и ему пришлось спуститься вниз, истекая кровью. Семикурсники подхватили его под локти и, определив, что ему совсем не до тренировки, повели в сторону замка. Капитан команды снизился и завис над студентами.
— Ну, где твои замечательные человечки? — Рявкнул он, обращаясь к Малфою, стоящему на земле.
Зеус только сейчас заметил его, Малфой тем временем кивнул своим дружкам, и Крэбб и Гойл вышли вперед, у каждого в руках зажаты метлы, на лицах привычное отсутствующее выражение. В итоге, они и оказались лучшими охотниками, фигуры высшего пилотажа они, конечно, не показывали, но по бладжеру изредка попадали. Объявив, что набор закончен, капитан команды, не слушая ничьих возражений, выгнал оставшихся студентов с поля. Сделав знак Малфою, он кивнул Зеусу, чтобы тот тоже поднимался в воздух. Презрительно скосив взгляд на метлу Снейпа, Малфой оседлал свою и, оттолкнувшись от земли, быстро набрал высоту. Зеус, прищурив глаза, наблюдал за ним – метла хороша, но держится он на ней как-то кривовато.
Оседлав свой «Дрэгонфлай», Зеус взмыл ввысь, ветер рванул его волосы, моментально растрепав весь хвост, голубое небо распахнуло навстречу свои объятья. Ветер свистел в ушах, сердце сладко пело с ним в унисон, в воздухе Зеус почувствовал себя так, словно встретил старого друга. Вертикально поднявшись на несколько ярдов над командой, Зеус на мгновение остановил метлу, а потом стал заваливаться спиной назад, совершив таким образом мертвую петлю; он исполнил еще несколько трюков, которые обычно вызывали визг наблюдающих девчонок. Так как девчонки за тренировкой не наблюдали, то и визга он не услышал, вместо этого раздался свисток, обернувшись, Зеус успел заметить, как в него летит черный бладжер и чуть левее приближается квоффл, нырнув под бладжер, он схватил квоффл одной рукой и полетел по направлению к кольцам.
Заняв привычную позицию у колец, Зеус швырнул мяч обратно по направлению к игрокам и, быстро собрав растрепавшиеся волосы в хвост, стал наблюдать за ними, ожидая, когда будет следующее покушение на ворота. Монтегю решил оставить только один бладжер, чтобы не покалечить еще кого-нибудь из команды, теперь у Крэбба и Гойла было интересное занятие – догнать и первым лупануть по черному мячу. Пьюси, Уоррингтон и сам Монтегю перекидывались квоффлом, одновременно уворачиваясь от бладжера и охотников; Малфой парил над всей кутерьмой и высматривал снитч. Зеус подивился тому, что староста тоже в команде, хотя надо отдать должное, конституция у Малфоя была подходящая для ловца – в отличие от других игроков – легкий и быстрый. Вот Пьюси метнул квоффл в левое кольцо, и, лениво направив метлу наперерез мячу, Зеус легко поймал его и отпасовал назад, в следующий раз Уоррингтон мощным толчком послал мяч прямо в грудь вратарю, словно хотел сбить его с метлы, но и его Зеус поймал без особых затруднений, метлой погасив ускорение. Самым сложным оказалось ловить мячи от капитана, длинными сильными руками Монтегю посылал такие крученые, что они практически ломали пальцы, в итоге, Зеус наловчился отбивать их метловищем, и пусть они сами ловят квоффл, пока он не упал на землю. Пока Зеус не пропустил ни одного мяча, он вовсю наслаждался своим любимым занятием и мало обращал внимание на то, что происходит вокруг. Монтегю, похоже, тоже был доволен тренировкой, изредка слышался его свисток, когда он показывал что-либо тому или иному игроку, а, если этого было недостаточно, то он доставал свисток изо рта и в крепких выражениях объяснял, что ему не нравится. За это время Малфой успел поймать снитч три или четыре раза и теперь летал над полем, отпуская мячик и тут же ловя снова.
С трудом поймав очередной мяч в самые кончики пальцев, Зеус услышал резкий свисток и поглядел на Монтегю, тот знаком показывал ему спуститься на землю. Приблизившись к нему, Зеус спросил, что случилось.
— Время кончилось, — ответил капитан, показывая вниз на одинокую фигурку.
Зеус посмотрел туда же: высокая темнокожая девушка недвусмысленно показывала на свое левое запястье. Как быстро пролетело время! Если бы он мог, Зеус остался бы в небе до самого вечера, носясь вместе с ветром. С сожалением он спускался вместе со всеми вниз, держа в руках мяч. Пока Монтегю складывал мячи в корзину, Зеус стоял рядом и подбрасывал квоффл.
— Триста лет не держал в руках квоффл, — проговорил он, бросая мяч в корзину.
— Ну теперь нам надо, чтобы Блетчели не участвовал в игре, и тогда можно будет взять Снейпа, — сказал Пьюси, он тоже стоял рядом и смотрел на приближающуюся девушку.
— Твое заявление несколько преждевременно, — осадил его Монтегю и сказал, обращаясь к Зеусу: — Я запишу тебя в запасные, а там видно будет…
Он поднялся с колен и уже собирался поднять корзину с мячами, когда к ним подошла та самая девушка – капитан гриффиндорской команды.
— Можешь оставить это здесь, — сказала она, ставя ногу на корзину. — Нам лишний раз не таскать.
— Что, Джейсон, подглядывала за тем, как тренируются настоящие игроки? — Насмешливо произнес Монтегю, тем не менее, неприятно изменившись в лице.
— Во-первых, Джонсон, а во-вторых, наблюдать за вашим детсадом было смешно. Что это за Пупсень и Вупсень, которых ты взял?
— А что это за чудо, которое ты отобрала вчера? По блату набираешь? — Капитаны обеих команд пытались кольнуть друг друга посильнее.
— А ты никак сыночка декана в команду принял? А как же ваш вратарь?
Зеус до этого момента только краем уха прислушивался к разговору, а теперь удивленно приподнял бровь – что это, камешек в его огород?
— В чем проблема, детка? — Сказал он спокойным голосом. — Боишься встретиться со мной в воздухе?
Девушка на это только фыркнула, всем своим видом давая понять, что ее лишь забавляет такое предположение. Зеус обошел ее кругом, девушка даже головы не повернула, тогда он прошипел ей в ухо:
— А я был бы не против… Люблю шоколад…
Джонсон задохнулась от возмущения, но прежде чем она нашлась, что ответить, слизеринцы уже успели отойти на порядочное расстояние. Глядя в спины удаляющимся парням, девушка сжала кулаки в бессильной злобе: «Ну ничего, мы еще встретимся с тобой в воздухе, маленький змееныш…»
— Что ты ей сказал? — Спросил Монтегю.
— Так… прошелся насчет внешности…
На пути к школе Пьюси предложил понаблюдать за тренировкой гриффиндорцев, но Зеус отказался. Взглянув на часы, он увидел, что уже далеко не двенадцать и даже не час, вряд ли и теперь Грейнджер будет ждать его больше полутора часов, но, хотя бы из вежливости, следует заглянуть в библиотеку, тогда, в конце концов, никто не сможет сказать, что он не приходил. Зеус зашел в спальню и взял пергамент, перья и Трансфигурацию, чтобы уж не терять время даром в библиотеке, если там не окажется Грейнджер. Но, когда он проходил вдоль рядов стеллажей, то, к большому своему удивлению, увидел за одним из столов Гермиону, склонившуюся над толстой книгой. Парень опустился за стол напротив девочки и бросил рядом свою сумку.
— Надо же, а я уже и ждать перестала, — снова вместо приветствия сказала Гермиона, разглядывая Снейпа; надо сказать, что она была приятно удивлена тем, что он все же пришел.
— Я был занят, — лаконично ответил Зеус, под столом растирая ладони, которые успел отбить, ловя квоффл.
— Я и не сомневалась, и чем на этот раз?
— Квиддич. — Коротко ответил Зеус, взглянув девочке в лицо.
— Квиддич… — Протянула Гермиона, закатив глаза, с видом девчонки, ничуть не увлекающейся этим видом спорта.
Зеус ничего не ответил и стал ждать, что будет дальше. Гермиона полностью взяла ситуацию в свои руки, твердо решив не дать ему и на этот раз ускользнуть от нее так быстро. Она отодвинула в сторону книгу и положила на ее место кипу свитков, плотно исписанных мелким почерком.
— Это мои конспекты и рефераты за первый курс, как ты и просил, — с довольным видом произнесла она.
Зеус поглядел на кучу свитков, некоторые из которых успели раскатиться по столу, и недоуменно уставился на Грейнджер.
— Вот это за один год?!
Гермиона, сияя, кивнула головой, с тяжелым вздохом Зеус подтянул к себе ближайший свиток и развернул его. Прочитав заглавие, он отбросил его в сторону со словами: «Это я знаю» и схватил другой. В течение следующего часа он перелопатил половину свитков, одни из которых он отбрасывал, а из других записывал темы или коротко конспектировал. На вопросительный взгляд Грейнджер он ответил, что потом самостоятельно разберется с темами, которые он не знает. Гермиона же, заявив, что и ей бы неплохо было освежить память, тоже читала свои конспекты. Вскоре желудок Зеуса все настойчивее стал заявлять о себе, от завтрака не осталось даже воспоминания, а на обед парень так и не попал. Бросив взгляд на часы, Зеус увидел, что до ужина еще почти час, и, решив не малодушничать и закончить с конспектами сегодня, он снова наклонился над пергаментами. На робкое «Может, прервемся?» Грейнджер, он только отрицательно мотнул головой. К пяти часам он как раз закончил переписывать темы.
— Все, — сказал он, дописывая последнее зелье, которое он хотел попробовать приготовить и которые варили на первом курсе его теперешние одноклассники, — если я немедленно что-нибудь не съем, это может кончиться плохо.
— Разве ты не был на обеде? — Спросила Гермиона, аккуратно складывая свитки в сумку.
— Нет, я сразу после тренировки пришел сюда, — ответил Зеус, запихивая свои как попало.
— Надо было покушать сначала…
— Ага, потом вздремнуть часа два, а приходить вовсе не обязательно?
— Отчего же? Мы очень плодотворно сегодня поработали, когда встретимся в следующий раз? — Гермиона вышла из-за стола и встала напротив парня.
— Грейнджер, ты стоишь между мной и ужином, который ждет меня внизу.
— Так что насчет следующего раза? — Переспросила девочка, отходя в сторону.
— Потом, — бросил на ходу Зеус, — и чем не скорее, тем лучше!
За столом в Большом зале Зеус наложил себе в тарелку всего до чего смог дотянуться, напротив опустился Забини и кинул на него удивленный взгляд, но ничего не сказал. Открыл рот только тогда, когда Зеус уничтожив свой ужин, взялся за чай.
— Монтегю сегодня тебя нахваливал, думаю, он возьмет тебя в команду…
Дальше по столу раздался неприятный звук, как будто по тарелке скребанули ножом. Мальчики посмотрели в ту сторону, в нескольких метрах от них сидел Блетчели с красным опухшим носом, похоже, бладжер сломал ему нос.
— Хм… При мне он особых восторгов не выказывал, — заметил Зеус.
Не хватало ему только, чтобы кто-нибудь из слизеринцев на него окрысился. Быстро проглотив ставший почему-то невкусным чай, Зеус коротко кивнул Блейзу и пошел прочь из Большого зала.

0

9

Глава 8.
Часть 1.
Противостояние.
В теплый субботний вечер профессор Снейп сидел в своем подземелье, куда не проникали ни ласковые солнечные лучи, ни крики учеников, наслаждающихся последними теплыми днями осени. Передвигаясь по кабинету, профессору даже не всегда нужно было видеть то, что он хотел взять, или смотреть под ноги – за четырнадцать лет он так привык к этому помещению, что мог с закрытыми глазами найти любой, даже самый маленький предмет. Вот и теперь он одновременно читал очередной реферат и заваривал себе кофе, стоя возле небольшой плитки. Рабочий стол профессор использовал только для приготовления зелий и старался не осквернять его поверхность такой банальностью как кофе. Вдруг тишину подземелья нарушил стук в дверь, профессор поморщился – кто там может быть? Тем не менее, голосом, максимально дающим понять, как он недоволен, профессор произнес: «Войдите». Дверь открылась, и в кабинет проскользнул подросток.
— Можно я у тебя позанимаюсь? Первокурсники просто невыносимы, такой гам в гостиной подняли…
Профессор окинул взглядом фигуру сына, тот стоял, прижимая к груди книги и свитки, и выжидательно смотрел в глаза отцу. Пожав плечами, профессор указал сыну на письменный стол, сам же устроился напротив с еще непроверенными рефератами. Через некоторое время в кабинете вновь воцарилась тишина, прерываемая только скрипом пера.
Зеус решил разделаться с самой сложной домашней работой в кабинете отца, для этого было две причины: во-первых, здесь действительно было гораздо спокойнее, чем в общей гостиной, где младшекурсники, не отягощенные большим количеством заданий, своим гомоном мешали заниматься; а во-вторых, у него была слабая надежда, что, возможно, отец поможет ему в трудных местах. Стараясь писать почерком прилично крупным, Зеус выводил на пергаменте строчку за строчкой, создавая реферат для МакГонагалл. Кусая губы, он старался написать работу хорошо, но когда перечитывал, ему казалось, что выходит полная ерунда. Написав пару абзацев, Зеус отвлекался и смотрел в сторону, или искал вдохновения на потолке, но реферат не писался: вместо магических формул преображения в голове всплывали воспоминания о синем небе, о таком знакомом свисте ветра или совершенно неожиданно о светло-карих глазах приятного оттенка старого меда. Профессор Снейп тем временем проверял рефераты учеников, щедро расставляя «неудовлетворительно» и «слабо» и с особой скупостью сажая на самый краешек «хорошо» или «отлично».
Время подходило уже к самому отбою, когда Зеус наконец поставил последнюю точку в своей работе и, попрощавшись с отцом, отправился восвояси. На полпути к своей цели его остановил грубый окрик:
— Эй, ты…
Обернувшись, Зеус увидел здорового семикурсника, который приближался к подростку и при ближайшем рассмотрении оказался Майлзом Блетчели, действующим вратарем слизеринцев.
— Послушай, ты… — Слизеринец явно не мог определиться, как обращаться к Снейпу: по фамилии – неудобно, по имени – чересчур по-приятельски. — Я бы очень тебе посоветовал не лезть в квиддич… Если, конечно, не хочешь, чтобы твоя внешность пострадала…
Блетчели оглядел Зеуса с ног до головы и для наглядности продемонстрировал ему свои красные кулачища. Было видно, что вратарь находится на грани отчаяния, раз решил угрожать сыну декана; Зеус неприятно передернулся, как бы ни был он уверен в своих силах, но одолеть противника, который на голову его выше и почти в два раза шире в плечах, ему вряд ли удастся. Пасовать перед слизеринцем тоже не хотелось, поэтому нужно было решить вопрос как-то мирным путем, при этом не потеряв своего лица.
— Ты, кажется, на седьмом курсе учишься? Я бы на твоем месте не был бы столь самоуверен… Если, конечно, не хочешь вылететь из Хогвартса раньше времени с волчьим билетом…
Вратарь засопел, как разъяренный бык и, сжав кулаки, сделал шаг к Зеусу.
— Но-но, осади. — Снейп сделал такой же шаг назад. — На твое счастье у меня действительно слишком мало времени, чтобы заниматься еще и квиддичем… Так что в запасных я останусь, а ты уж сам не поскользнись перед игрой.
Зеус практически слышал скрип, с которым в голове слизеринца проходил мыслительный процесс, и не решался повернуться спиной к нему, поэтому терпеливо ждал. Придя к какому-то решению, вероятно, в пользу мирного разрешения конфликта, Блетчели развернулся на каблуках и, грузно топая, пошел прочь. Зеус вздохнул с облегчением – оказывается, быть сыном декана это еще не означает быть в стороне от конфликтов и разборок. Хотя он и понимал где-то чувства этого вратаря – если бы на его место целился бы какой-нибудь выскочка, навряд ли он пустил был дело на самотек…
В гостиной Зеус бросился в кресло и, запрокинув голову, уставился в потолок. Через некоторое время к нему присоединились Монтегю и Пьюси. Капитан команды завел разговор издалека, похвалил его за тренировку, сказал, что сразу видно, что у человека свой стиль игры.
— Понимаешь, я не могу дать отставку действующему вратарю, — проникновенно вещал Монтегю. — Но ведь твой отец – декан факультета! Попроси его, чтобы он потребовал от меня взять тебя в команду. Скажем, в качестве компенсации за перевод…
— Не думаю, что это хорошая идея, — задумчиво протянул Зеус, он смотрел на противоположный конец комнаты, где Блетчели с самым зловещим видом сгибал в дугу стальную линейку. — Я, пожалуй, откажусь от твоего предложения…
Монтегю проследил за его взглядом.
— Блетчели подходил к тебе? Он тебе угрожал? — Полувопросительно-полуутвердительно спросил он.
— Ммм… Да, он со слезами на глазах упрашивал меня не дать ему потерять свое место, особенно нажимая на то, что это последний год обучения для него.
— Да что он тебе может сделать! — Воскликнул Адриан. — Ты же сын декана! Ему просто придется подчиниться.
— Дело даже не в этом! — Зеусу очень не хотелось признаваться, что он действительно боится этого громилу, тем более, что Пьюси сказал как-то, что вратарь не совсем вменяем. — У меня просто не будет времени на тренировки, я не смогу без должных усилий влиться в вашу команду…
— Не будет времени? — Переспросил Забини, присоединяясь к их маленькой компании. — Чем же ты можешь быть так занят?
— Уроками…
— Уроками?.. — Блейз захохотал, будто сама мысль о слизеринце, занятым учебой, было нелепа.
— Вы что, не понимаете? — Раздраженно огрызнулся Зеус. — Все в этой школе ждут от меня чего-то необычного. Каждый преподаватель, первым делом, спрашивает задание с меня, я еще до гостиной не успел дойти в первый день, как мне сообщили о том, как мой папочка замечательно учился и выразили надежду, что и я буду не хуже. Если я позволю себе быть отстающим по той же Трансфигурации, отец сожрет меня с потрохами.
Зеус зло уставился в огонь, парни рядом с ним молчали, возможно, они по-новому взглянули на своего сокурсника. Действительно, так ли это просто быть родственником одного из преподавателей? Скорее, это большая ответственность.
— Ну может, все не так уж и плохо… — Виновато протянул Блейз.
— Нет, все не так плохо. Все просто дерьмово, — отрезал Зеус.
Он поднялся с кресла и, не прощаясь, ушел в спальню. Лежа в кровати, он пытался вернуть себе то состояние упоения, которое было с ним во время полета. Получалось плохо, никогда он не мог себе представить, что ради учебы ему придется отказаться от квиддича. И за это он начинал ненавидеть отца.

Все воскресенье Зеус просидел над заданиями, тем не менее, он умудрился в понедельник остаться одним из худших на зельях. Дело было не в том, что ему не хватило времени подготовится или материал оказался слишком сложным. Он сам до конца не осознавал, зачем специально игнорирует зелья, возможно, это был своеобразный протест. Так или иначе, но на этой неделе он умудрился не только схватить два неуда по этому предмету, но и расплавить свой котел; профессор Снейп со своей стороны доказал, что слов на ветер он не кидает, и оценку за зелья и рефераты поставил одну на двоих. Тот понедельник, наверное, стал худшим для Гермионы Грейнджер – она еще никогда не получала таких низких оценок. С выражением крайнего изумления Гермиона смотрела на жирную красную «слабо» и написанную мелким почерком профессора фразу «Плохо стараетесь, мисс Грейнджер». Это что же надо было написать в своем реферате, чтобы даже великолепное эссе Гермионы не вытянуло общую оценку, хотя бы, на «хорошо»?
— Что с тобой? — Спросил ее Гарри.
— Н-ничего, — Гермиона поспешно спрятала пергамент в сумку, никто не должен видеть этот позор.
— Можно подумать, у тебя там написано объяснение в любви, — хохотнул Рон.
— Ты говоришь глупости! — Вспыхнула Гермиона, закинув сумку на плечо и чуть не сбив при этом Рона, она в ярости вылетела из кабинета.
Придя на Древние руны, Гермиона первым делом нашла взглядом младшего Снейпа, он опять сидел рядом с этой Боунс из Пуффендуя. Гермиона заняла парту сразу за ними и, едва присев на стул, тут же зашипела в спину слизеринцу:
— Снейп, я тебе поражаюсь, что ты понаписал в своем реферате?
Зеус развернулся на своем стуле, положив локоть на ее парту, Сьюзен удивленно смотрела на Гермиону, пораженная ее словами.
— А что тебе не нравится? — Лениво спросил парень. — По-моему, отличная оценка.
Когда он достал свой реферат, Гермиона выхватила его и быстро пробежала глазами, по объему работа не дотягивала даже до половины размера, указанного профессором, она вся была разукрашена кляксами и поправками, больше всего профессор зелий не любил неаккуратных домашних заданий и за один внешний вид мог снизить оценку.
— Как ты мог написать такой бред? — Возмутилась девушка.
— Полегче! Какой бред? Я целых сорок минут его писал!
— Вот это?! Скажи лучше, из какого места ты это вытянул? — Гермиона горела негодованием, как этот мальчишка посмел испортить ее оценку?
Сьюзен с интересом следила за перепалкой, по очереди поглядывая то на разъяренную Гермиону, то на спокойного Зеуса. Гермиона уже открыла рот, чтобы высказать слизеринцу все, что она о нем думает, когда Зеус прижал палец к ее губам.
— Тсс, Грейнджер, никогда не смей орать на меня при людях, — ледяным тоном произнес Зеус, нехорошо сузив глаза.
Гермиона оттолкнула его руку и хотела еще что-то возразить, но Зеус уже повернулся к ней спиной, а за ним и Сьюзен, напоследок кинув заинтересованный взгляд на гриффиндорку. В следующее мгновение в класс вошла профессор Бабблинг и начала раздавать домашние работы, но даже размашистое «отлично» не принесло Гермионе обычного удовольствия, возможно, потому что через плечо слизеринца она увидела на его пергаменте такое же «отлично» да еще и с восклицательным знаком.
К четвергу Гермиона немного успокоилась и решила в выходные наверстать упущенное, причем подтянуть Снейпа не только по пройденному материалу, но и помочь с домашним заданием, если это потребуется. Поэтому она была до глубины души поражена, когда в четверг на уроке котел, стоящий перед Зеусом, стал медленно оседать, словно ком снега положенный на горячие камни. Все ученики в радиусе нескольких метров от парты Зеуса повскакали с мест, с изумленными криками наблюдая, как густая жижа разъедает стол и капает на пол. Побледневший профессор Снейп несколько мгновений стоял, закрыв глаза и потирая висок. Класс с замиранием сердца ждал взрыва, но взрыва не последовало, профессору удалось взять себя в руки. Взмахом волшебной палочки он удалил испорченное зелье и остатки парты, деревянным голосом объявил о наложении взыскания на сына, а когда говорил про отрицательную оценку за зелье, черными колючими глазами дал понять, что для Гермионы оценка также будет «отвратительно».
Гермиона в прострации смотрела на свое зелье, которое было прозрачного, светло-розового цвета и почти готово, два часа, потраченные на приготовление Эликсира Забвения, прошли даром. Тогда Гермиона почувствовала, что она – в принципе, домашняя и ласковая девочка – способна ненавидеть. Убить Снейпа, а еще лучше надеть ему на голову котел с зельем!
Дальше – больше: беспрекословно отсидев с Гермионой в библиотеке большую часть выходных, послушно записав все, что она сказала, и вежливо отказавшись от предложения о помощи с домашним заданием, Зеус, тем не менее, в понедельник расплавил еще один котел. Отчаяние Гермионы было сравнимо разве что с бешенством профессора Снейпа, который опять же ни слова не сказал при классе, но слизеринцы, вечером проходившие мимо кабинета декана, могли слышать вопли, приглушенно доносившиеся из-за плотно запертой двери.
После того как в четверг Гермиона снова увидела на своей работе скупое «слабо», она решила серьезно поговорить со Снейпом, с младшим Снейпом; конечно, хоть это взыскание и придумал профессор Снейп, и в какой-то мере он тоже был виноват, но взывать к нему было бесполезно.
— Подожди одну минутку!
Зеус удивленно обернулся, он не привык к тому, чтобы его окликали в этой чужой школе, кому он мог понадобиться вечером в пятницу? По коридору к нему приближалась Гермиона Грейнджер.
— Здравствуй! Я бы хотела поговорить с тобой, здесь, кажется, больше никого нет? — Она натянуто улыбнулась.
— Никого… — Зеус догадался, о чем именно хочет поговорить гриффиндорка, но он и в половину не мог предположить, на что она способна. Словам, которыми осыпала его Гермиона, мог бы позавидовать сам профессор Снейп, правда ледяную ярость она заменила пылающим гневом.
Когда Гермиона остановилась, чтобы перевести дух, то заметила, что смотрит не в лицо Снейпа, а на его сумку, которой он прикрывался последние несколько минут.
— Не пытайся отрицать свою вину! — Гневно выкрикнула она.
— Отрицать? Что я сделал? Я ничего не делал из того, что ты мне приписала! — Донеслось из-за сумки.
— Ты мерзкий, гадкий, отвратительный мальчишка! Как ты можешь специально портить мои оценки?! — Гермиона ударила по сумке: — Опусти ее немедленно, я хочу видеть твое лицо!
— Я твоим оценкам ничего плохого не делал, я вообще не делал ничего… — Зеус опустил сумку, но голос его едва ли не был извиняющимся.
— Вот именно – ничего! Два расплавленных котла за одну неделю! Даже Невилл не позволяет себе такой роскоши!
— Я не понимаю, чего ты от меня хочешь?
— Чего я хочу? Чего я хочу?!!
Гермиона задохнулась от такой наглости, спрашивать ее, чего она хочет, когда только по его милости она за три недели учебы получила столько отрицательных оценок, сколько не получала за четыре предыдущих года? От дальнейших выяснений отношений ее избавило странное поведение Зеуса, он вдруг согнулся пополам и схватился за свое бедро, а потом быстро провел обоими руками вниз по штанине, сопроводив свои действия еще более странными словами:
— Стой, стой, куда ты?
Гермиона в изумлении смотрела, как он развернулся и, пригнувшись, побежал в сторону ближайшей двери, издав какой-то странный звук, нечто среднее между свистом и шипением.
— Что ты делаешь? — Воскликнула она. — Не смей уходить от ответа!
— Посмотри, что ты натворила! — Раздосадовано выкрикнул Зеус, он стоял перед запертой дверью. — Своим ором ты напугала ее!
Толкнув дверь и убедившись, что она заперта, Зеус достал палочку и направил ее на замочную скважину.
— Напугала кого? Что ты собираешься делать?
«Алохомора»! Мою змею, она сбежала, и я собираюсь поймать ее.
Зеус зашел в темное помещение, Гермиона скользнула следом.
— Змею? Я не ослышалась, ты сказал змею?
— Да, она плохо чувствует себя на новом месте, и я иногда ношу ее с собой за пазухой. «Люмос»!
Зеус поднял волшебную палочку и попытался осмотреть комнату, это оказался не класс, а огромное помещение, заставленное доспехами и витринами с кубками и наградами.
— Это Трофейный зал, — шепнула Гермиона, она старалась держаться поближе к парню и испытывала легкое угрызение совести по поводу сбежавшей змеи.
Зеус снова издал шипящий свист, из ближнего угла послышалось ответное шипение, он хотел тут же направиться на звук, когда Гермиона ухватила его за рукав.
— А она не ядовита? Может, лучше позвать кого-нибудь?
— Еще чего! — Хмуро ответил парень, выдергивая рукав из пальцев девочки. — Я сам в состоянии поймать свою змею, тем более, пока мы ходим, она так запрячется, что ее потом вовек не сыщешь.
Подростки двинулись туда, откуда раздавалось шипение, причем Зеус опустил палочку вниз, освещая пол, а Гермиона шагала за ним по пятам, оглядываясь назад, огромное холодное помещение нервировало ее. У стены Зеус обнаружил шкаф, в котором располагались в пыльных рамках почетные грамоты. Присвистнув еще раз, он смог различить ответный свист, который, казалось, шел из самого шкафа; осмотрев его внимательнее, Зеус заметил за шкафом проход. Он уперся плечом в торец шкафа и попытался сделать проход шире.
— Что ты делаешь? — Зашипела Гермиона. — Ты же не собираешься туда лезть?
— Еще как собираюсь, если бы ты не орала, как полоумная, ничего бы не случилось. — Зеус подналег еще, и шкаф сдвинулся с места. — Ты можешь идти к своим книжкам, я тебя не держу.
С этими словами парень исчез в потайном проходе, Гермиона только мгновение колебалась, а затем тоже скользнула за шкаф. Они оказались в темном узком коридоре, вдалеке горел факел, на стенах висели старинные неподвижные картины, разглядеть, что на них изображено, мешали густые клочья паутины. Неслышно ступая по толстому слою пыли, подростки осторожно пробирались вперед, создавалось впечатление, что коридор этот давно и основательно заброшен. В тишине, нарушаемой только звуком падающих где-то капель воды, они миновали несколько еле заметных поворотов, около большого темного гобелена Зеус с радостным вскриком опустился на колени и поднял что-то с пола. Гермиона успела заметить только темный хвост, который быстро исчез в рукаве мантии парня; девушка невольно передернулась, позволить змее ползать по себе – брр!
— Как думаешь, что это за место? — Спросила она, чтобы отвлечься.
— Наверное, заброшенный коридор… — Зеус распрямился и огляделся внимательнее, одновременно он поймал змею, которая путешествовала по рукаву, и посадил ее в нагрудный карман.
— А может, это потайной проход? И он ведет в какое-нибудь загадочное место? — Гермиона сделала несколько шагов вперед.
— Вряд ли, — возразил парень, — видишь здесь висят картины? В потайных переходах не вешают украшения, скорее всего, этот коридор закрыли за ненадобностью… или это служебный проход…
Едва он успел произнести последние слова, как впереди послышались шаги, подростки рванули обратно по коридору, стараясь бежать неслышно. Но уже скоро стало ясно, что тот, кто догоняет сзади, вот-вот выйдет из-за поворота и увидит их. Заметив какую-то нишу, Зеус схватил Гермиону за руку и впихнул ее туда, сам же развернулся и сделал несколько шагов обратно по коридору. Вжавшись в стену и затаив дыхание, девочка напряженно прислушивалась. Вскоре она услышала восклицание, которое означало, что человек заметил Зеуса, через миг послышался и его голос.
— О! Это всего лишь ты, — в голосе Зеуса послышалось облегчение.
— «Всего лишь ты», — повторил знакомый Гермионе мужской голос. — Так меня еще никто не оскорблял.
— Ну, это же мог оказаться кто-нибудь по-настоящему страшный, — Зеус даже позволил себе усмехнуться, — например, МакГонагалл.
— Что ты здесь делаешь?
— Змея сбежала, — Зеус достал из-за пазухи змейку и показал отцу. — Проскользнула под дверь какого-то класса, а потом за шкаф…
— Зачем ты ее носишь с собой?
— Она плохо себя чувствует на новом месте, нервничает и отказывается есть…
— Ей пора в спячку впадать.
— Нет, еще рано, и потом она вряд ли уснет, в спальне слишком тепло и шумно, — Зеус погладил змейку по голове и спрятал ее обратно в карман.
— Поговорим об этом потом, сам обратно выйдешь?
— Ну да, прямо никуда не сворачивая, — Зеус махнул рукой по направлению, откуда они пришли. — Ничего сложного.
— Будь любезен, задвинь за собой шкаф, чтобы еще любопытные здесь не появились, — профессор проговорил это, поворачиваясь спиной к сыну и намереваясь продолжить свой путь.
— А что это за место? — Выкрикнул Зеус в спину отцу.
— Это? Служебные коридоры, — бросил профессор через плечо. — Просто конкретно этим проходом очень редко пользуются…
Парень подождал, пока профессор скроется за поворотом, а потом появился в поле зрения Гермионы и кивнул ей. Молча, они быстро миновали узкий коридор и выбрались в Трофейный зал. Гермиона, нервничая, смотрела, как Зеус задвигал шкаф с наградами, все вышло совсем не так, как она планировала. Хоть она и накричала на парня, тем не менее, там, в коридоре, когда им обоим грозило разоблачение, Зеус спрятал ее и один оправдывался перед Снейпом. Конечно, в известной доле ему повезло, что это оказался именно профессор Снейп, а не та же МакГонагалл или еще хуже – Филч. Теперь Гермиона чувствовала себя неловко, вся эта заварушка произошла из-за нее, и чего она взъелась на парня? В конце концов, это всего лишь оценки…
— Спасибо, что спас меня от профессора, — робко сказала Гермиона, когда они вышли в школьный коридор, более-менее освещенный факелами.
— Спас? Не приписывай мне ложного благородства, мне проще было оправдаться одному.
Гермиона закатила глаза: опять все заново.
— Ты просто… — Начала было она.
— Да-да, ты говорила – я мерзкий… — Оборвал ее Зеус, одновременно снимая с головы Гермионы клочки паутины.
— Зачем ты пытаешь выглядеть хуже, чем есть на самом деле?
— Это ты делаешь меня лучше, чем я есть… — Зеус не удержался и погладил волосы Гермионы, они оказались мягкие и шелковистые, хоть и выглядели, как торчащая в разные стороны пакля.
— Так что насчет зелий? — Вздохнув, спросила Гермиона.
— Ничего, я буду продолжать в том же духе, мне жаль, что тебя это тоже коснется, но лучше просто не трать нервы, от своего я не отступлюсь. В конце концов, это же просто оценки…
Зеус развернулся и пошел в сторону подземелий, Гермиона некоторое время смотрела ему в спину, а потом крикнула:
— Долго это еще будет продолжаться?
— С месяцок! — Чуть повернув голову, бросил парень, прежде чем начать спускаться по лестнице.
Гермиона издала болезненный стон и, развернувшись на каблуках, пошла в сторону гриффиндорской башни. Почему? Ну почему все мальчишки такие упрямые и вредные?
Утро понедельника началось как обычно, просидев допоздна с учебниками, Зеус за завтраком вяло ковырял овсянку, все больше налегая на крепкий черный кофе. Напротив сидел Блейз и разглядывал его своими карими глазами.
— Интересно, где ты пропадал все выходные?
— Если я скажу тебе, ты будешь смеяться, подавишься овсянкой и умрешь, а я не смогу пережить этого. Так что я промолчу, — лениво отмахнулся Зеус.
Допив кофе, он закинул обе руки за голову и с наслаждением потянулся, подняв лицо к потолку. Именно в этот момент в большое круглое окно под потолком влетели десятки сов и привычно закружили, высматривая своих адресатов. Но вдруг птицы забеспокоились и заметались по залу, виновником оказался большой темный коршун, который плавно влетел в окно и, распластав широкие крылья, сделал круг под потолком. Ученики, да и учителя тоже, запрокидывали головы, чтобы лучше рассмотреть неожиданного гостя, сердце Зеуса забилось быстрее, едва он узнал птицу. Парень вскочил на скамейку и, вытянув руку вперед, резко свистнул.
— Аттила! — Воскликнул он, радостно улыбаясь и подскакивая на месте от нетерпения.
Коршун скосил взгляд на человека, позвавшего его, и, подлетев ближе, вцепился когтями в протянутую руку. Зеус опустился на место вместе с птицей и аккуратно ссадил ее на стол, все ученики смотрели на него и птицу, но ни парень, ни коршун не обращали на них внимания. Зеус погладил птицу по перьям на груди и едва успел отдернуть пальцы, когда она в опасной близости щелкнула клювом. Между мальчиком и коршуном никогда не было теплых отношений, Аттила был верен только своему хозяину, а всех остальных человеческих существ лишь терпел, но сейчас Зеус готов был расцеловать его, потому что появление Аттилы означало только одно – он принес письмо от его друзей. С независимым видом коршун выдернул клювом свиток пергамента из кожаной петли на лапке и бросил его в тарелку с овсянкой, затем, издав резкий неприятный крик, от которого ближайшие ученики зажали уши ладонями, расправил крылья и полетел к окну, по пути уронив еще «подарочек» в чью-то тарелку.
Со сладко замирающим сердцем Зеус снял кольцо, стягивавшее пергамент, и прочитал первые строчки, написанные красивым каллиграфическим почерком: «Снейп – ты козел…» Он заулыбался – такое высказывание вместо приветствия как раз в духе одного из его друзей. Время уже поджимало, и Зеусу не оставалось ничего другого, как сунуть письмо в сумку и с остальными слизеринцами поспешить на заклинания. На уроке у Флитвика как обычно стоял такой гам, что собственные мысли разобрать было сложно, тем не менее, это было на руку Зеусу, он достал письмо и, держа пергамент под партой, быстро прочитал его.
В первой части письма друзья подробно объяснили, кем он является, раз не приехал учиться в Дурмштранг, потом уже задали вопросы: «Как? Почему? И есть ли шанс вновь лицезреть его особу в этой школе?» Коротко сообщили свои новости и выразили надежду, что, несмотря на это расставание, дружба между ними не прервется. В конце письма стояла фраза: «Прочитал? «Империо!» – пиши  ответ!» Судя по трем разным почеркам, они по очереди писали на пергаменте то, что считали необходимым сказать ему. О лучшем подарке Зеус не мог и мечтать, друзья не бросили его и, судя по всему, не собирались его забывать. Конечно, письма не заменят им живого общения, но всегда есть шанс встретиться, на тех же каникулах, к примеру.
Зеус настолько был поглощен мыслями о письме, что забыл испортить кровеостанавливающее зелье, которое задал приготовить профессор Снейп. Две пары глаз с напряжением следили за ним, а парень не обращал внимания на происходящее вокруг; помешивая зелье, Зеус раз за разом перечитывал письмо, держа его под партой и отвлекаясь лишь, чтобы бросить следующий ингредиент в котел или проверить температуру. Только когда прошло больше половины урока, а у младшего Снейпа ничего не взорвалось в котле и не убежало, Гермиона позволила себе расслабиться и полностью сконцентрироваться на собственном котле; зелье, которое задал профессор, было довольно-таки сложно в приготовлении и требовало большой сосредоточенности.
— Ваше зелье должно быть сейчас яро-алого цвета, цвета артериальной крови, если быть точным, — ровным голосом произнес профессор Снейп, когда до конца урока оставалось меньше десяти минут. — Наполните колбы зельем и подпишите их, через неделю мы сможем увидеть, чего стоят ваши усилия. К следующему уроку напишите реферат о растениях, обладающих кровеостанавливающим действием.
Ученики вереницей потянулись к учительскому столу, и Зеус в числе прочих поставил свою колбу, наполненную жидкостью, по цвету и консистенции напоминающую кровь. Это зелье он варил не раз, хоть и использовал немного другую формулу; теперь зелью необходимо настояться в темном месте, и через неделю оно станет бурого цвета, как засохшая кровь.
— Зеус, останься.
Парень собрал свои принадлежности в сумку и, когда прозвенел звонок с урока, уселся на первую парту прямо перед учительским столом. Профессор дождался, пока за последним учеником закроется дверь, но и тогда не спешил начинать разговор, а барабанил по столу пальцами, задумчиво разглядывая сына.
— Объясни мне, зачем ты специально портишь свои зелья, котлы и мои нервы?
— А ты объясни мне, зачем ты мне портишь жизнь этим переводом? — Зеус также разглядывал отца, он видел, что профессор находится в более-менее хорошем настроении и кричать не расположен.
— Поверь мне Зеус, я не в восторге от этого вынужденного, я подчеркиваю – вынужденного, перевода. Но, если выбор стоит между твоей жизнью и твоим благополучием, то я выбираю первое. Если ты думаешь, что мне доставляет удовольствие выслушивать шуточки коллег, из какой, мол, пробирки я тебя вырастил, то ты сильно ошибаешься. Тем не менее, может, ты слышал о сложившейся ситуации всвязи с непредвиденным воскрешением одного мага, и должен понимать мое стремление держать тебя в поле своего зрения…
Зеус уставился в пол, он совсем не думал о том, как в такой ситуации себя может чувствовать отец, столько лет скрывать от всех своего ребенка, чтобы в один злополучный год привести его в школу, где преподаешь… Зеусу стало невыносимо стыдно за свое поведение, но сдаться просто так мешала снейповская гордость.
— Это не повод… — Буркнул он, чувствуя, как горят уши.
— Давай попробуем сначала, — тихим голосом произнес отец. — Что мне сделать, чтобы ты вел себя хорошо?
— Убери от меня Грейнджер.
— Грейнджер?! А что, разве она… Она всерьез пытается с тобой заниматься? — Снейп усмехнулся, он не предполагал, до чего может довести наложенное им взыскание, хоть и получал мрачное удовольствие, когда ставил за превосходные эссе лучшей ученицы школы слабые оценки.
— Она фанатичка, я ее боюсь. У меня создается впечатление, что я не доживу до своего семнадцатого дня рождения, если ты еще раз поставишь ей что-либо меньше, чем «хорошо», — угрюмо сказал Зеус, вспоминая выходные дни, проведенные в душной библиотеке.
Профессор хмыкнул.
— Хорошо, сделаем так – в четверг будет зачет по зельям легкой медицинской помощи, сдашь положительно – поговорю с Грейнджер.
— Заметано, — сказал Зеус, вставая с парты и подхватывая сумку. — В смысле, хорошо, я согласен, — поправился он, в ответ на удивленный взгляд отца.

0

10

Глава 8.
Часть 2.
Когда Зеус вышел из класса зелий, то чуть не наступил на Гермиону.
— Ну? Что он тебе сказал? — Гермиона нетерпеливо вцепилась в рукав мальчика.
— Грейнджер, ты подслушивала? — Зеус сурово сдвинул брови.
— Вот еще! Но моя успеваемость напрямую зависит от твоей, и я хочу знать, о чем вы там говорили!
— Я совершенно не обязан перед тобой отчитываться и, в принципе, могу послать тебя… за объяснениями к самому профессору, — сказал Зеус, увлекая гриффиндорку подальше от класса. — Но так и быть, расскажу: отец решил дать мне еще один шанс, и, если я хорошо сдам зачет, то он, возможно, и отменит взыскание…
При этих словах у Гермионы загорелись глаза.
— Замечательно! Значит, стоит выделить еще пару часов каждого вечера и позаниматься дополнительно! Он сказал тему? Без разницы, я постараюсь…
— Ну уж нет! — Воскликнул младший Снейп, резко останавливаясь и поворачиваясь лицом к Грейнджер. — С этого момента ты будешь стараться, как можно меньше, попадаться мне на глаза! Постарайся сделать так, чтобы я тебя вообще не видел! А в противном случае – я разнесу этот чертов класс и отправлюсь учиться в Тибет.
— Но как же… — Гермиона испугано заморгала, она не ожидала от парня такого взрыва.
— Мне надоело, что меня постоянно контролируют, я уже большой мальчик и в няньках не нуждаюсь, просто оставь меня в покое, так будет лучше для всех: и для тебя, и для меня, и для Снейпа – для всех.
— А ты справишься? — Недоверчиво спросила Гермиона.
— Хочешь пари? — Зеус сузил глаза. — На желание? Сдаю зачет – ты мне желание должна будешь, провалю – сделаю все, что скажешь?
Гермиона задумалась, спорить не хотелось, но, возможно, для слизеринца это будет дополнительным стимулом.
— Хорошо, — приняла решение девушка, — но при условии, что это желание не будет выходить за рамки приличия и нарушать школьные правила.
— Отличненько! — Зеус развернулся и направился в сторону обеденного зала, напоследок бросив через плечо: — И перестань пялиться на меня на Рунах, ты во мне дырку просверлишь…
— Да я и не думала!.. — Гермиона задохнулась от возмущения. — Ты просто наглый…
— …мерзкий мальчишка. Да-да, я помню, — хмыкнул слизеринец.
Гермиона, кипя от негодования, двинулась следом, ее необычайно злило поведение этого парня; за дни, проведенные вместе в библиотеке, она успела немного лучше узнать его и поэтому не понимала его стремления показаться хуже, чем он есть. Ведь в принципе спокойный, умный парень, в меру вежливый и местами даже галантный, он совсем не походил на остальных слизеринцев, не задавался и не воротил нос от девушки из-за ее происхождения… Хотя, возможно, просто не знал о нем. Как бы то ни было, Гермиона не распространялась среди друзей о полученном взыскании, на вопросы «Где она пропадает?», девушка отвечала лаконично – в библиотеке, и это никого не удивляло. Скорее всего, и Зеус тоже не откровенничал с сокурсниками, иначе уж они-то рассказали бы ему много интересного и необязательно правдивого…
На Рунах Гермиона продолжила размышлять о новеньком, задумчиво разглядывая затылок Снейпа. Он как обычно сидел рядом с Сьюзен Боунс, Гермиона не понимала такого постоянства. Она на мгновение отвлеклась, а когда опустила взгляд на стол, увидела бумажный самолетик, развернув который, девушка прочитала: «Ты опять?!!» Взглянув на Снейпа, Гермиона заметила, как он, ухмыляясь, отворачивается. Девушка фыркнула, надо же, она действительно на него пялится.
Следующие несколько дней Зеус был всецело поглощен сочинением ответа на письмо друзей, днем он придумывал, что бы такого написать, а вечером доставал пергамент и, удалившись в спальню и лежа на животе на кровати, дополнял уже написанное. В итоге письмо заняло два свитка пергамента, и мальчик отказался от идеи послать вместе с ним какой-нибудь сувенир из Хогвартса. И только вечером в среду Зеус вспомнил о зачете по зельям; прихватив из кабинета отца брошюрку по простым медицинским зельям, он уселся в общей гостиной и погрузился в чтение. В своих знаниях он не сомневался, потому что именно этой темой они с друзьями интересовались, когда собирались в самостоятельный поход на все летние каникулы. Но все же освежить в памяти теорию не мешало.
— Снейп и учебник – забавная картина, — произнес Блейз, посмотрев на обложку брошюры и намереваясь опуститься в кресло напротив. — Зачем тебе медзелья?
— Завтра зачет, — лаконично ответил Зеус, не прерывая чтения.
— Какой зачет? — Забини замер в нелепой позе, так и не донеся свой зад до кресла, в его голосе поселился ужас. — Зачет по зельям?
— Угу, разве я не говорил? Наверное, только подумал…
— Какая тема? — Панически выкрикнул Блейз, одновременно выхватывая из его рук книжку.
— Простые медицинские зелья, — Зеус отобрал брошюрку и спросил: — Чего ты нервничаешь? Мы же практически все повторили… Вполне естественен закрепляющий зачет, ничего страшного…
— Ничего страшного? — В голосе Забини слышались уже истерические нотки. — Он задаст кучу самых сложных вопросов, про которые ты даже и не подозреваешь, а потом нужно будет еще и изготовить зелье, да не одно на всех, а каждому свое! Что у тебя хуже всего получалось, то и задаст!
Зеус пожал плечами – в своих силах он был уверен, Блейз хмыкнул: «Ну конечно, чего тебе бояться», – и исчез в спальне; через короткое время новость о зачете облетела всю гостиную, и скоро уже весь пятый курс склонился над учебниками и конспектами.
В четверг гриффиндорцы, собравшиеся перед классом зелий, с удивлением обнаружили слизеринцев более хмурыми и нахохлившимися, чем обычно, через некоторое время кто-то произнес: «Зачет», – и вот уже слизеринцы с удовольствием наблюдают за паникой в рядах гриффиндорцев. Когда ученики расселись по своим местам, в некоторых еще теплилась надежда, что слухи о зачете всего лишь миф, но профессор Снейп рассеял последние сомнения; взмахом волшебной палочки он вывел на доске вопросы теории, а затем пошел между рядами, раскладывая перед учениками карточки с наименованием одного из зелий. Зеус спокойно строчил в пергаменте, хоть ставка и была довольно-таки высока – выходные дни свободные от Грейнджер – все же он не привык волноваться по таким пустякам, как оценки. Закончив с теорией, мальчик перевернул карточку с названием зелья и едва удержался, чтобы не выругаться, отец и не собирался делать ему поблажку! На светлом картоне значилось «Порошок для возвращения сознания», трудоемкое зелье, к тому же понадобится определенное время для выпаривания и кристаллизации. Бросив быстрый взгляд на часы, Зеус задумался, успеет ли он сделать порошок как надо или сойдет и жидкая заготовка; повернувшись назад, он посмотрел на Грейнджер, та словно почувствовала его взгляд и тоже подняла на него глаза, вопросительно изогнув бровь. Ну уж нет, он не позволит этой девчонке злорадствовать по поводу его провала и дальше тратить его время на глупые занятия! Не теряя больше ни мгновения, Зеус принялся за изготовления порошка.
К концу урока Зеус порядком взмок, но ему все же удалось добиться того, что на дне и стенках котла осели крупные кристаллы, похожие на серую соль. Узкой деревянной ложкой Зеус накидал кристаллы в пробирку и вместе со свитком пергамента понес к учительскому столу. Взглянув на пробирку сына, профессор Снейп издал хмыкающий звук, который должен был означать, что порошок, по крайней мере, выглядит так, как надо. Довольный собой Зеус, не торопясь, уже пошел на следующий урок, когда почувствовал, что кто-то взял его за рукав, и, оглянувшись, он увидел шагающую рядом Гермиону Грейнджер.
— Грейнджер, не порть мне настроение.
— Судя по выражению твоего лица, ты собой доволен, — констатировала девочка.
— Очень, — согласился с ней Снейп.
— Ты перечислил все двенадцать минералов, обладающих затягивающим свойством?
— Да.
— А различия между действием безоара и…
— Да!
— А растения с обезболивающим эффектом?..
— Все! Я даже про пятнистую поганку упомянул.
— Какую поганку? — Удивилась Гермиона, неужели он все-таки что-то напутал?
— Зеленую, пятнистую поганку, она обладает выраженным галлюциногенным действием, но за неимением лучшего сойдет как обезболивающее, — Зеус старался не обращать внимания на косые взгляды обгоняющих их слизеринцев и гриффиндорцев, отделаться от Грейнджер вежливо не представлялось возможным, а ругаться не хотелось.
Гермиона удивилась, но не нашла, что возразить, в это время какой-то второкурсник, пробегая мимо, сильно толкнул ее в спину. Девушка вскрикнула и не удержалась на ногах, но упасть ей не дал Зеус, ловко подхвативший ее под локоть и одновременно окликнувший хулигана, на мантии которого была заметна слизеринская нашивка:
— Иди сюда! — Заметив, что мальчишка остановился и застыл в нерешительности, Снейп добавил: — Все равно в гостиной поймаю!
Второкурсник подошел ближе и остановился на некотором расстоянии, готовый в любой момент дать деру.
— Ты знаешь, кто это? — Спросил Зеус, кивая на Гермиону.
— Да! Мерзкая грязнокровка! — С готовностью ответил тот, очень довольный собой; щеки Гермионы вспыхнули после такого наглого заявления.
— А кто я, знаешь? — Продолжал Зеус спокойным тоном.
— Ты?.. — Голос парня внезапно осип. — Ты сын декана…
— А почему ты решил, что мне можно с ней общаться, а ты выше этого? Возможно, ты думаешь, что Снейп хуже тебя? Может, и я недостоин того, чтобы находиться в твоем обществе?
Чем дальше говорил Зеус, тем больше его тон походил на тон профессора Снейпа, и с каждой следующей его фразой голова мальчишки опускалась все ниже и ниже, вскоре он уже жалел, что вообще пошел сегодня этим коридором. Гермиона молча наблюдала за всем происходящим, где-то глубоко в душе ей было очень приятно, что Зеус заступается за нее. Парень тем временем смотрел на второкурсника фирменным снейповским взглядом, под которым последнему захотелось провалиться сквозь землю.
— Еще одна такая выходка и будешь учиться в Пуффендуе, я тебе это устрою, и в следующий раз можешь плюнуть в глаз тому, кто тебя надоумил такому… Пшел отсюда!
Парнишка только рад был исчезнуть.
— Спасибо, — тихо прошептала Гермиона, не до конца понимая, за что же она благодарит.
— Кое-кто начал завираться, — Зеус медленно покачал головой, смотря мимо Гермионы, проследив за его взглядом, девушка увидела Драко Малфоя, который вместе со своими дружками стоял на некотором расстоянии от нее. Изогнув губы в презрительной ухмылке, слизеринский староста в сопровождении своей свиты двинулся дальше по коридору.
— Сначала Гойл, теперь еще и это… — Тихо продолжил Зеус, словно разговаривая сам с собой. — Паршивца стоит наказать…
— О чем ты? — Гермиона с недоумением посмотрела на Снейпа.
— Ни о чем, — Зеус тряхнул головой. — Так что ты там говорила?
— Я сказала «спасибо», но это неважно, — Гермиона неожиданно приняла какое-то решение и настойчиво взяла парня за рукав. — Я хотела бы с тобой серьезно поговорить.
— А сейчас мы что делаем? — Удивился тот.
— Нет, я хочу поговорить с тобой наедине, о… о кое-чем важном.
— Надо же, ты меня интригуешь, Грейнджер, — заинтересованно протянул Зеус. — Что на этот раз?
— Занятия… — Заметив отвращение во взгляде Снейпа, девушка быстро добавила: — В некотором роде… Давай встретимся с тобой сегодня в…
— …библиотеке! — С готовностью закончил за нее Зеус.
— Нет, — Гермиона пренебрежительно фыркнула, — скажем, в Трофейном зале в десять вечера?
— Ммм… Ну хорошо, — немного посомневавшись, согласился Зеус. — Так и сделаем, у тебя что сейчас?
— Трансфигурация.
— Значит тебе туда, пока!
И они разошлись в разные стороны; шагая на следующий урок, Гермиона раздумывала, правильно ли она сделала, решив поговорить со Снейпом? Дело в том, что, мягко говоря, не совсем довольная новым преподавателем по Защите от сил зла Гермиона придумала создать кружок по изучению этого предмета самостоятельно, быстро уговорив Рона и с некоторыми усилиями уломав Гарри; девушка последнее время занималась тем, что приглашала учеников вступить в данный клуб. Конечно, все это делалось не в открытую, и будущие участники тщательно подбирались, и вот теперь Гермиона решила и Зеусу тоже сделать такое предложение, он не походил на остальных слизеринцев и, возможно, и сам мог бы показать какие-нибудь заклинания, все-таки за его плечами Дурмштранг… Размышляя о том, как воспримет ее предложение  Снейп, а так же, как отреагируют на его появление ее друзья, Гермиона подошла к классу Трансфигурации. Рон и Гарри ждали ее за одной из последних парт, на вопросы о том, где она задержалась, девушка только покачала головой и прошептала «Потом», потому что профессор МакГонагалл уже вошла в класс.
До конца дня Зеус ломал голову над тем, о чем же таком хотела поговорить Гермиона. Предположения возникали одно невероятнее другого, но одно он решил твердо, если эта девчонка опять вздумает поучать его, придется приложить максимум усилий, чтобы прекратить всякое общение с ней. Ближе к десяти часам Зеус пришел в зал, в котором он в свое время потерял змею. На этот раз дверь была открыта, и подросток беспрепятственно попал внутрь; медленно шагая между витринами, он разглядывал кубки и награды, полученные учениками за время обучения в Хогвартсе. Помимо наград, в зале стояли доспехи с тем или иным видом оружия, а кое-где на стенах висели потемневшие щиты и холодное оружие. Дойдя до конца зала, Зеус с удивлением обнаружил в углу рояль, и, присев на стоящую подле него скамейку, мальчик откинул крышку и тронул клавиши. В пустом темном зале звук показался особенно громким, и Зеус поспешно опустил крышку обратно и двинулся в обратный путь. Где-то посередине он заметил длинную скамью и опустился на нее, решив не бегать дальше по залу, а подождать Грейнджер здесь.
Когда Гермиона подошла к Трофейному залу, слизеринца около него не оказалось; потоптавшись несколько минут в коридоре и убедившись, что уже больше десяти часов, девушка осторожно вошла в зал. Длинное холодное помещение было освещено только светом, проникающим в высокие окна; оглядевшись, она никого не заметила в полусумраке. Ёжась и обнимая себя за плечи, Гермиона сделала несколько шагов, пустой зал навевал уныние. Пробормотав что-то о  непунктуальных мальчишках, девушка чуть не подпрыгнула, когда услышала недалеко от себя голос:
— Грейнджер, если бы пригляделась повнимательнее, то заметила бы, что я уже давно тут тебя жду.
Гермиона сделала еще несколько шагов вглубь зала и увидела Снейпа, сидящего на скамейке.
— Привет.
— Привет, — Снейп сделал приглашающий жест, — присаживайся. О чем ты хотела поговорить?
— О деле, — ответила девушка, опускаясь на скамейку рядом с парнем.
— Это я уже слышал, о каком деле? — Зеус с любопытством разглядывал гриффиндорку.
— О важном… — Гермиона пыталась собраться с мыслями и придумывала, как лучше начать разговор.
— Я и не сомневался…
— Скажи, что ты думаешь насчет занятий по Защите от сил зла? — Немного помолчав, издалека начала Гермиона.
— Ну, я бы не стал называть их таким громким словом как «занятия»… — Уклончиво ответил Зеус.
Воодушевленная таким ответом Гермиона повернулась лицом к парню и продолжила:
— Вот-вот, нам тоже кажется абсолютно безответственным подобное отношение к изучению именно этого предмета, ну, учитывая сложившиеся обстоятельства… — Зеус внимательно смотрел на девочку, гадая, к чему же она клонит, окончание фразы напомнило ему слова отца о сложившейся ситуации. — Поэтому мы решили… Создать свой кружок по внеклассному изучению защиты…
Гермиона замолчала, ожидая реакции Снейпа.
— И чья это бредовая идея? — Насмешливо спросил тот.
— Почему бредовая? — Обиделась девочка. — И потом, это моя идея!
— Я должен был догадаться…
Подростки помолчали некоторое время, потом Гермиона продолжила осторожно:
— Разве тебе не кажется, что стоит хотя бы самостоятельно учиться защите, раз преподаватель совершенно ничему нас не учит? Мы ведь только читаем книжку, а изучать практические заклинания нам и не светит! Тем не менее, Тот-кого-не-называют-по-имени восстал, так сказал Дамблдор… — Тихо закончила девушка.
Зеус продолжал молчать и смотреть в светлый прямоугольник окна.
— Я хотела предложить тебе присоединиться к нам…
— Мне?.. — Удивился Зеус.
— Ну да, я подумала, может, ты тоже захочешь изучать Защиту от сил зла на практике, а не по учебнику… И потом, будет просто интересно, и ты тоже сможешь что-нибудь нам показать, наверняка, в Дурмштранге вы изучали заклинания, которые нам не показывали.
Зеус насмешливо хмыкнул:
— Вряд ли вам позволят создать подобный кружок.
— Мы же не собираемся афишировать свои намерения! Я проверила все правила, нигде не сказано о том, что подобные кружки по внеклассному изучению предмета запрещены!
— Послушай, Грейнджер, если уж министерство навязало своего преподавателя и твердо решило задушить в зародыше всякое поползновение к изучению практической защиты, оно не позволит создавать подобные кружки. Ты говоришь – нет правила запрещающего самостоятельное изучение? Так оно будет! Нет ничего проще, чем изменить существующие правила. И не говори, что вы будете прятаться по углам со своей защитой и всячески шифроваться, мой отец всегда знает, что происходит в подземельях, и я уверен, что другие деканы относятся не менее трепетно к своим факультетам.
Гермиона во многом была согласна с Зеусом, но сдаваться так просто не собиралась.
— И все же я думаю, что стоит попробовать! Мы не должны сидеть, сложа руки, и делать вид, что все идет так как, надо! Так ты с нами или нет? — Прямо спросила девушка, уверенная в положительном ответе. Поэтому она очень удивилась, когда Зеус покачал головой и произнес «Нет». — Почему? Только потому, что, как ты думаешь, у нас ничего не получится?
— Дело не только в этом. Во-первых, я сын декана, и я не могу позволить себе быть замешанным в сомнительной затее с самостоятельным изучением того, что министерство считает вредным и небезопасным… — Зеус поднялся и сделал несколько шагов к окну. — Если меня улучат в чем-то запрещенном, это бросит тень на моего отца, а мне бы не хотелось подводить его. Понимаешь?
Гермиона покивала головой, потом спохватилась, что Зеус не может увидеть ее кивка, и спросила:
— Ну а во-вторых?
— Во-вторых? Во-вторых, я не собираюсь наблюдать, как все собравшиеся будут коситься на меня и шипеть что-либо нелицеприятное…
— Почему ты так решил? — Удивилась Гермиона, почему кто-то должен плохо относиться к Зеусу?
— Потому что я Снейп, и этим все сказано, — бросил через плечо слизеринец.
— Глупости, — фыркнула девушка, — никто не будет относится к тебе с предубеждением…
— Да? А много еще слизеринцев ты позвала в свой клуб? — Зеус развернулся и уселся на подоконник.
— Ни одного… — Тихо произнесла Гермиона.
— Скажи своим друзьям, что хочешь видеть меня на ваших собраниях, расскажешь потом, как они отреагировали…
Гермиона опустила взгляд, в чем-то он, наверное, прав, она совсем как-то забыла, что Зеус мало того что слизеринец, так еще и сын Снейпа, так не похож был парень на остальных слизеринцев… А родство с профессором выдавало разве что внешнее сходство: ни характером, ни манерой поведения Зеус в отца не пошел…
— Спасибо, конечно, за столь лестное предложение… Ну и вообще спасибо, что относишься ко мне хорошо, но большинство учеников не сможет понять твоей терпимости. Так что давай сделаем вид, что этого разговора не было, думаю, так будет лучше.
— Может, все-таки передумаешь? — С последней надеждой спросила Гермиона.
— Нет, — отрезал Зеус, поднявшись и подойдя ближе к девушке, он протянул ей руку: — Поздно уже, давай я провожу тебя до гостиной.
Молча шагая рядом с Зеусом по пустынным коридорам, Гермиона думала о том, как же права была Распределяющая Шляпа, когда говорила, что факультетам необходимо объединяться. Дружеские отношения между учениками Гриффиндора и Слизерина считались нонсенсом, необходимо было что-то делать, но что? Стоит подумать об этом на досуге, решила девушка. Попрощавшись с парнем возле портрета Дамы в розовом, Гермиона проскользнула в общую гостиную Гриффиндора, полная решимости не оставлять так существующее положение вещей.

0

11

Глава 9.
Хогсмит.
Сентябрь подходил к концу, и вместе с ним уходили последние теплые дни, все чаще потоки дождя заливали окна школы, и в замке даже в полдень было сумрачно. Порывы ветра заставляли стекла дребезжать, а учеников ежиться в продуваемых коридорах. Правда, Зеуса ни мало не беспокоило такое положение дел, он привык к холодным классам Дурмштранга, и Хогвартс казался ему вполне теплым и уютным. Удобно устроившись вечером после уроков в кресле с толстым учебником по астрономии, Зеус медленно перелистывал страницы и слушал завывания ветра в каминной трубе. Мысли лениво возвращались к последним событиям. Сдав зачет по зельям на «хорошо», Зеус наконец-то получил возможность самостоятельно распоряжаться своими выходными, правда, Гермиона тут же хотела рассчитаться по спору, на что пришлось сказать ей, что ему ничего особенного пока не хочется. Грейнджер это не понравилось, но Зеус только посмеивался, очень удобно, если тебе проспорила желание лучшая ученица школы…
По прошествии месяца старожилы Хогвартса уже перестали при встрече каждый раз пялиться на младшего Снейпа и шушукаться за его спиной. Да и сам Зеус стал чувствовать себя более уверено в новой школе, он научился неплохо копировать манеру речи своего отца и теперь развлекался, наблюдая, как в ответ на его фразу: «И что мы тут делаем?» – младшекурсники, как воробьи, разлетались в разные стороны, и даже старшие ученики сначала бледнели и хватались за сердце, прежде чем рассмеяться. Близких друзей Зеус не завел, но общался более или менее постоянно с Забини со своего курса и с игроками квиддичной команды, которые, за исключением ловца, охотников и вратаря, были с шестого курса.
— Ну как? Ты идешь? ― Без предисловия, словно продолжая давно начатый разговор, спросил Забини, устраиваясь в кресле напротив с большим яблоком в руках.
― Куда?
― Как куда? В Хогсмит, конечно, ― Блейз махнул яблоком в сторону доски информации, на которой с начала недели висело новое объявление.
― Хогсмит… ― рассеяно повторил Зеус, он попытался сосредоточиться на учебнике, но названия многочисленных небесных тел ускользали от его внимания. ― А что это?
На этот простой вопрос Забини отреагировал очень странно – он подавился яблоком и пытался одновременно прокашляться и сделать удивленные глаза, от чего лицо его не стало более симпатичным.
― Ты что? ― Просипел он. ― Не знаешь, что такое Хогсмит?!
― Блейз, не забывай, я не только в Хогвартсе не учился, но и в Англии не жил, ― невозмутимо проговорил Снейп-младший. ― Я думал, это собрание клуба какого-то…
― Клуб… ― Забини в изнеможении сполз с кресла. ― Снейп, ты невозможно отстал от жизни!
― Ты будешь стонать или, в конце концов, просветишь меня?
― Хогсмит – это единственная деревня, в которой живут одни маги! Понимаешь? ― Принялся объяснять Блейз, принимая нормальное положение. ― Никаких магглов! Только маги и волшебники. Ну и так, мелочь всякая… Гоблины там…
Зеус внимательно смотрел на своего собеседника, деревня, в которой живут одни волшебники, походила на сказку, с другой стороны, Забини всегда владел самой точной информацией, и сомневаться в его словах не приходилось, да и зачем ему врать?
― Там есть куча магазинов, где можно купить всяческие волшебные штучки, кондитерская, ты таких сладостей и не пробовал, могу ручаться, магазин приколов «Зонко», почта, бары, кафешки… ― Блейз тем временем вдохновенно перечислял прелести волшебной деревни, размахивая надкушенным яблоком.
― И кого надо убить, чтобы попасть в этот рай? ― Мрачно спросил Зеус, предчувствуя, что ответ окажется неутешительный – особые заслуги перед школой или отличная успеваемость.
― Да никого, нужна записка от родителей, что они разрешают тебе посещать Хогсмит. Ты подойди к декану, спроси, может, твои родители послали такую записку ему, ― с ухмылкой сказал Блейз.
― Подозреваю, что нет, ― Зеус снова взялся за учебник. ― Учитывая три расплавленных котла…
― Три? Я только два помню…
― Один я у него в кабинете расплавил.
― Зачем?
― Я нечаянно…
Блейз только фыркнул на такое заявление и снова уделил внимание яблоку, которым только что так красноречиво жестикулировал. А Зеус невидящим взглядом уставился в книгу, сходить в деревню очень хотелось, к тому же неплохо было бы купить новые перья… И мышей… Это из необходимого, да и так денег потратить хотелось. Кстати, о деньгах… Зеус вытащил из кармана всю имеющуюся наличность – на ладони уместился галеон, четыре сикля и несколько бронзовых кнаттов. Да, не разгуляешься. Подбросив звякнувшие монетки и поймав их снова, Зеус со словами: «Пошел дразнить тигра», – направился к выходу из общей гостиной.
― Удачи! ― Бросил вслед Блейз.
Перед кабинетом отца Зеус мысленно перекрестился и постучал, услышав «Войдите!», он толкнул дверь и шагнул внутрь. Отец сидел за письменным столом и проверял работы учеников, судя по тому, как он изредка кивал головой и одобрительно хмыкал, это были работы когтевранцев-старшекурсников, те всегда стремились прыгнуть выше головы, лишь бы получить отличные оценки.
― Что у тебя? ― Спросил профессор, не отрываясь от очередного реферата.
― Разговор, ― уклончиво ответил Зеус.
― Срочный?
― Да нет…
― Тогда подожди, пока я закончу.
Зеус пожал плечами и пошел вдоль стеллажей, разглядывая пузатые банки и колбы. В глубине кабинета, возле фальшивого окна, парень заметил предмет, который раньше не видел в кабинете отца: на Т-образной деревянной подставке стояло чучело птицы. Большая черная ворона, глаза тусклого желтого цвета, а оперение местами торчало в стороны, видно было, что чучело уже старое. «Зачем отцу эта древность?» ― подумал Зеус, одновременно попытавшись пальцами пригладить перья, торчавшие над черным клювом. Но «древность» неожиданно шевельнулась и глухо щелкнула клювом, Зеус от неожиданности отскочил от птицы.
― Ого, оно живое! ― Изумленно воскликнул он и пояснил, заметив взгляд отца: ― Эта птица живая!
― Конечно, живая, зачем мне мертвая птица?
― А я думал, это чучело, ― пробормотал парень, поворачиваясь снова к подставке с вороной, и отчетливо прочитав в желтых глазах: «Сам чучело!»
Некоторое время мальчик и птица разглядывали друг друга, потом ворона встрепенулась, пригладила клювом какое-то перышко под крылом и уже совсем ясными умными глазами насмешливо уставилась на парня.
― Зачем тебе эта ворона?
― Это ворон… ― рассеяно поправил профессор сына.
― Не знаю, я ему под хвост не заглядывал, ― ворон явно обиделся на такое заявление и, отвернув клюв в сторону, сделал вид, что заинтересовался бликами огня на стене.
― Вóроны и ворóны – это разные птицы, ― начал объяснять отец тоном, которым он разъяснял материал первокурсникам. ― Ворóны – это те, что живут на помойках, а вóрон считается самой мудрой среди птиц… Это Крон, ― профессор погладил пальцем перья птицы, которая пересекла кабинет и устроилась на спинке стула рядом с хозяином, ― он уже старый и очень умный.
― Кронос, Зевс… ― пробормотал Зеус, устраиваясь за столом и с любопытством разглядывая птицу. ― Не кажется, что тебя потянуло на греческую мифологию?
― Ммм, нет. К тому же, это имя тебе дала твоя мама… ― профессор нахмурился на один из рефератов, и жестом попросил его не беспокоить.
Пока отец заканчивал проверять рефераты, Зеус попытался подружиться с птицей, но ворон проигнорировал все попытки мальчика угостить его крекером, яблоком и семечками. И только когда парень протянул ему кусочек сыра, стянутый с тарелки профессора, Крон не отвернул клюв, а в задумчивости уставился на лакомство.
― Что он умеет? ― Спросил Зеус, наблюдая, как ворон расправляется с сыром.
― Носить почту, ― лаконично ответил профессор.
― Носить почту и совы могут…
― Совы иногда бывают слишком заметны, и они не дают отчет о проделанной работе…
― О, так он еще и отчеты пишет?! «Уважаемый профессор, письмо не было доставлено в срок, потому что я отвлекся на мышку…» А пишет он пером, выдернутым из хвоста? Ой! ― Крон ущипнул парня за пальцы, а так как Зеус был занят тем, что скармливал ворону очередной кусок сыра, он не заметил, как странно посмотрел на него профессор.
― У тебя какой-то разговор был? ― Недовольно произнес он.
― Хогсмит, ― просто произнес парень.
― Ах да, Хогсмит, ― с этими словами профессор углубился в один из ящиков стола и зашуршал там бумагами.
Зеус молча наблюдал за отцом, его реакция не давала ответа на вопрос, идет ли сын в деревню волшебников или нет. Когда молчание затянулось, он решил спросить прямо:
― Так мне можно будет пойти туда?
― Конечно, я в начале года внес тебя в списки, ― ответил профессор, выныривая из глубин стола с серой бумажкой в руке. ― Зайдешь в одно место и получишь для меня посылку.
Он быстро написал, где и как забрать сверток, и передал пергамент сыну вместе с квитанцией, заполненной закорючками, мало похожими на английские буквы.
― Вопросы?
― А вот денег бы мне еще… ― рассеяно пробормотал Зеус, пытаясь прочесть квитанцию.
― В субботу после завтрака отметишься у завхоза на выходе, опоздаешь – двери будут закрыты, ― с этими словами Снейп уронил на стол приятно звякнувший кожаный мешочек. ― Я надеюсь, ты видел список запрещенных веществ, и не будешь пытаться протащить в школу что-либо ненужное?
― Ага, ― подтвердил парень, пряча увесистый кошелек в карман мантии. ― Зачем мне это? Я всегда могу взять что-либо запрещенное у тебя.
Профессор Снейп проводил взглядом сына до дверей и слабо усмехнулся, а потом снова склонился над домашними работами когтевранцев, некоторые из которых в этот раз превзошли сами себя.

На выходные выдалась ясная, но холодная и ветреная погода. Стоя на каменном крыльце, Зеус с наслаждением вдохнул морозный воздух и, откинув со лба волосы, в который раз с огорчением отметил полное отсутствие гор и скал вокруг школы, только серое небо от края до края. Конечно, глупо надеяться, выйдя из Хогвартса, увидеть скалы, окружавшие Дурмштранг и ставшие уже почти родными за пять лет обучения.
Примкнув к остальным слизеринцам в длинной очереди к главным воротам, он прислушался к их разговорам. Почти у всех планы были одинаковые – купить то-то и то-то и потом собраться там-то, чтобы хорошенько отдохнуть.
― У тебя какие планы? ― Задал ему вопрос Адриан Пьюси, который только подошел.
― Мне надо в Буковую аллею, забрать для декана посылку, ― сказал Зеус, заглядывая в бумажку. ― А потом еще купить перья и мышей, да и так – посмотреть, что есть.
― Перья можно купить у Писарро, это на главной улице, а мыши тебе какие нужны?
― Обыкновенные белые мыши, змею кормить, а Буковая аллея это где?
― Хм, мыши, наверное, в аптеке, ― включился в разговор Монтегю. ― А Буковая аллея за аптекой проходит, только там ничего хорошего нет, темное место…
Миновав вечно недовольного и подозрительного завхоза Филча, слизеринцы зашагали по дороге, ведущей от Главных ворот Хогвартса. Впрочем, как и остальные ученики, которым разрешили посещать деревню. Вот их обогнала троица гриффиндорцев: Поттер, Грейнджер, Уизли. И почти сразу же сзади раздался язвительный смех, обернувшись, Снейп увидел слизеринского старосту в окружении своих дружков и девчонок с пятого курса. Наверное, Малфой опять сострил в сторону Поттера, Зеус давно заметил, что Малфой питает к Поттеру какое-то болезненное влечение, скорее всего, просто завидует…
В самом Хогсмите Зеус расстался со своими приятелями, предварительно договорившись встретиться позже, и решил для начала разобраться с поручением отца. Завернув за большое здание аптеки, мальчик увидел небольшую кривую улочку, на которой расположились аккуратные домики волшебников. И только дойдя до конца, он увидел нужный дом, в отличие от других он был темный и покосившийся, а скрипучая вывеска извещала, что здесь проживает и работает м. Гровелл. Толкнув тяжелую дверь, Зеус шагнул в дом. Помещение внутри напоминало магазин или даже почтовое отделение, только маленькое и грязное. Вдоль одной из стен тянулся деревянный прилавок, позади которого высились стеллажи с небольшими ячейками, в некоторых лежали желтые конверты или небольшие свертки в серой бумаге. В углу возле потухшего камина стоял огромный котел, наполненный какой-то вязкой субстанцией, в которой изредка надувались пузыри и, влажно чавкнув, лопались, выпуская маленькие облачка зеленоватого пара. Вероятно, именно из-за этого вещества в котле в маленьком помещении стоял призрачный туман и неприятный запах, от которого хотелось как можно скорее зажать нос и не дышать вообще.
Зеус быстро прошагал к стойке и тронул глухо звякнувший колокольчик, мечтая побыстрее убраться отсюда. На третий или четвертый «дзыньк» из неприметной дверки появился хозяин в засаленном полосатом халате – сгорбленный старик с одутловатым лицом и выпуклыми глазами цвета загнившего болота. То, что парень поначалу принял за прилепившуюся к лысине паутину, оказалось белесыми волосами, дымкой, окружавшей голову старика.
― Мне необходимо забрать посылку, ― отрывисто произнес Зеус, протягивая хозяину квитанцию и стараясь не дышать через нос.
Старик принялся пристально разглядывать парня, затем вытащил из-под прилавка лупу и начал изучать квитанцию.
― Молодой человек забирает свой заказ? ― Неприятным надтреснувшим голосом спросил он.
― Молодой человек забирает заказ профессора Снейпа! ― Нетерпеливо ответил Зеус.
М. Гровелл крякнул при имени профессора и поспешно скрылся в глубине дома. Через непродолжительное время он вернулся и положил на прилавок длинный прямоугольный сверток. Но когда парень протянул за ним руку, старик прижал сверток худощавой кистью и, не мигая, уставился в лицо посетителя. Зеус попытался выдержать этот взгляд, но старик, кажется, совсем не моргал, мутные зеленые глаза с невозмутимостью рептилии разглядывали посетителя.
― Мне кажется ваше лицо знакомым… ― проскрипел Гровелл.
― Вам следует чаще проветривать помещение, и тогда казаться перестанет, ― не очень любезно ответил Зеус и попытался забрать сверток, но старик крепко держал его, продолжая пялиться на парня, потом медленно моргнул, причем сначала одним глазом, а потом другим, тем самым еще больше усилив сходство с рептилией. Зеус от увиденного весь передернулся, но постарался не показывать виду, вместо этого он наклонился к старику и прошипел:
― Профессор будет недоволен, если не получит это в срок.
В следующее мгновение сверток уже был у него в руках, и, развернувшись на каблуках, Зеус стремительно покинул темное помещение. На улице яркое солнце заставило его зажмуриться, а холодный ветер отогнал дурман, навеянный душным помещением. Дернув плечами и поежившись больше от странного дома, чем от пронизывающего ветра, Зеус бодрым шагом направился к главной улице, но далеко уйти не успел. Прямо на него из-за какого-то дома вышли близнецы Уизли, у каждого в руках по пакету из плотной коричневой бумаги, из которых торчали какие-то странные штуковины.
— О, привет! — воскликнули они почти одновременно. — А ты никак заблудился?
— Или с призраком столкнулся? Судя по виду…
— Да, очень похоже на то, — ответил Зеус, поздоровавшись с братьями и нервно оглядываясь на мрачный дом, из которого вышел только что.
Братья проследили за его взглядом, а потом один из них восхищенной присвистнул, а другой спросил:
— Ты от Гровелла? Да ты крут, чувак, что заказывал?
— Эээ… Да я вообще-то не свой заказ забирал. А что это за человек?
— Он занимается поставкой редких, а иногда и запрещенных ингредиентов, у него можно заказать практически все, — ответил Джордж.
— Но с учениками он не имеет дела, — добавил Фред. — Так ты говоришь посылка для Снейпа?
С этими словами он выхватил сверток из рук Зеуса, и они вместе с братом уставились горящими глазами на нее.
— Любопытно, что там может быть? — Фред поднес сверток к уху и потряс его. — Наверняка, что-нибудь жутко интересное и запрещенное!
— Но-но, полегче! — воскликнул Зеус, отбирая посылку обратно. — Судя по звуку, там что-то жидкое, и я совсем не хочу, чтобы это что-то разлилось у меня в карманах.
Спрятав сверток в мантию, он продолжил:
— Это очень удачно, что я встретил вас. У меня есть небольшое предложение, а в школе, сами понимаете, нежелательно, чтобы нас видели вместе…
Оба рыжих близнеца с любопытством уставились на Снейпа, что еще за предложение у него может быть?
— Вообще-то мы слегка торопимся…
В это время Зеус за спинами братьев увидел, как несколько гриффиндорцев и пуффендуйцев проскользнули с главной улицы в один из переулков.
— Я не задержу долго, — ухмыльнулся Зеус, похоже, план Гермионы в самом разгаре. — Мне надо только узнать – согласитесь вы или нет…
— Что за дело? — спросил Фред.
— Кому напакостить? — добавил Джордж.
— Очень тонко подмечено – именно напакостить. Есть один человек, который считает, что ему все сойдет с рук, надо дать понять ему, что он не прав.
— Ты же понимаешь, что мы не можем издеваться над своими? — серьезно глядя в глаза Снейпу сказал один из братьев.
— Гриффиндоцы еще ничего мне не сделали, — мотнул головой Зеус.
Братья переглянулись.
— Давай мы угадаем… — начал один.
— Этот человек считает себя как минимум пупом подземелий… — продолжил другой.
— …у него тупые дружки, за которых он прячется в случае чего…
— …от его манеры выражаться начинает тошнить уже со второй минуты…
— …он везде сует свой нос и считает себя умнее, хотя это мнение ошибочно в корне…
— …и в виде хорька он гораздо симпатичнее…
— Да, я знаю, что над старостами издеваться нехорошо, — произнес Зеус, немало подивившись на последнюю характеристику.
— Мы согласны! — в один голос заявили братья.
— Только скажи, что и когда мы должны сделать!
— Я еще сам не придумал, но как только буду знать, сразу сообщу.
Распрощавшись с братьями Уизли, Зеус отправился исследовать Хогсмит. Он зашел в аптеку, наверное, самую большую в Англии, побывал в «Сладком королевстве» и у «Писарро»,  он подивился разнообразию волшебных штучек и приколов магазина «Зонко» и на последок зашел на почту. Помимо обычных услуг, почта Хогсмита предоставляла также возможность пересылки писем маггловским способом и заказ товаров по маггловским каталогам. Когда Зеус искал по прейскуранту, сколько стоит отправить посылку до Дурмштранга, рядом остановилась стайка девушек, которые с увлечением обсуждали какой-то журнал.
— …они выпустили новинку – потрясающий стойкий цвет и легкость в использовании…
— Наверняка, какие-нибудь маггловские штучки!
— Нет! Ее разработали лучшие волшебники Парижа, результат точно такой, какой ты видишь на упаковке…
Зеус не вслушивался в разговор, но последовавший за ним визг чуть не оглушил его. Втянув голову в плечи, он обернулся и заметил, как девчонки в спешке выбежали из здания почты, забыв свой журнал. И не удивительно почему – на раскрытых страницах сидел маленький белый мышонок, еще пара мышей улепетывала из его пакета, наверно они прогрызли коробку, в которую их посадил продавец в аптеке. Зеус взмахнул волшебной палочкой и все три беглянки полетели к нему. Долговязый парень, работник почты, смеясь, протянул ему стеклянную банку.
— Вот, возьми, отсюда не сбегут, — проговорил он, а потом добавил, растеряно глядя на журнал: — Вот незадача, они же его оплатили, и как им его вернуть?
— Я отдам, мы учимся вместе…
Парень с видимым облегчением отдал ему журнал и ушел в подсобку. Зеус взглянул на разворот – на две страницы была напечатана реклама супермодной краски для волос, которая, как утверждалось, «не только придаст Вашим волосам желаемый цвет, но и удлинит их по Вашему желанию». В подтверждении этих слов со страницы на него смотрела ведьма с ослепительной белозубой улыбкой и с невообразимого сиреневого цвета волосами, роскошными локонами спускающимися ниже поясницы. Выйдя на улицу, Зеус заметил учениц, которые стояли неподалеку и явно спорили о том, кому вернуться на почту.
— Девушки, что ж вы так поспешно сбежали? — Спросил он, протягивая забытый журнал.
Девчонки захихикали и, поблагодарив, пошли дальше, близко наклонив друг к другу головы, шушукаясь и хихикая. На другой стороне улицы Снейп увидел слизеринского старосту. Тот разговаривал с незнакомой Зеусу темноволосой девушкой, изредка бросая взгляды на свое отражение в витрине и проводя рукой по ухоженным светлым волосам. В голове Зеуса промелькнула мысль, парень стоял на тротуаре не шевелясь, чтобы не спугнуть ее. А когда она оформилась и созрела, на его губах заиграла коварная улыбка.
— Снейп, мне не нравится, как ты улыбаешься, — сказал подошедший Забини.
— Не волнуйся, Блейз, улыбка адресована не тебе…
— О, ты меня утешил, — Блейз проследил за взглядом Зеуса, но увидел только большую зеркальную витрину магазина одежды.

0

12

Еще не читала, но должна срочно узнать, кто такой этот НПМ (люди, давайте вообще персонажей полностью в описании указывать, а то все эти АБВГД/ЁПРСТ - не всегда сразу въезжаешь) - это раз.
И кто чей брат - это два. Можно? Плиз? А то меня прям трясти будет от неизвестности, придется смотреть в конец, а я это терпеть ненавижу... Можно тайно, в л/с, чтобы остальным нормальным людям удовольствие не портить.

0

13

Valerie Colet
Новый мужской персонаж - это сын Снейпа, а кто чей брат это секрет! Не смотри в конец - он все равно еще не дописан и там не сказано)

0

14

Глава 10.
Месть Малфою.
Часть 1.
Зеус уже который вечер проводил в кабинете отца, разыскивая необходимую информацию в домашней библиотеке. Он привык, приняв какое-либо решение, доводить все до конца. Поэтому, придумав, как отомстить Драко Малфою, а вернее поставить его на место, Зеус начал последовательно воплощать свой план в жизнь. Вот и сейчас он, придвинув лестницу к стеллажам с книгами, сидел под самым потолком и по очереди просматривал тома, в поисках нужного. Сам профессор отсутствовал, поэтому парню никто не мешал; тихо потрескивали поленья в камине, да старый ворон изредка встряхивал своими перьями.
Парень оторвался от книги, которую читал, и вспомнил те выходные и  Хогсмит. Встретившись с Блейзом на улице, они вместе прошли в трактир «Три метлы», где уже сидели несколько слизеринцев. Парни присоединились к своим и заказали себе сливочного пива. И хотя в трактире было довольно-таки шумно и ребята за столом что-то громко обсуждали, весело хохоча и подталкивая друг друга локтями, Зеус продолжал тихо обдумывать свою коварную мысль. Отомстить Малфою он решил самым простым и в то же время самым болезненным способом. Он давно заметил, что Драко очень щепетильно относится к своей внешности. Достаточно вспомнить, как он каждое утро по полчаса, а то и больше крутился перед зеркалом, укладывая прическу волосок к волоску. Если выставить его посмешищем перед всей школой – это будет более чем достаточным уроком для слизеринского старосты, любящего делать пакости чужими руками. А как именно ему подсказала реклама в девчачьем журнале. Все что оставалось сделать – это приобрести незаметно чудо-краску и аккуратно подмешать в средство для волос, которым Драко щедро удобрял свою голову каждое утро.
Всю дорогу до замка и половину вечера Зеус думал об этом. Под конец, решив попробовать добраться до подобного журнала, чтобы более подробно узнать, как можно приобрести краску, он уснул со спокойной душой. На следующее утро, спустившись в общую гостиную, Зеус с удивлением заметил толпу студентов около доски с объявлениями. Обычно там висели скучные пометки о дате сбора того или иного клуба, и особым вниманием доска не пользовалась. Но теперь же к ней было просто не протолкнуться, Снейп поймал за локоть пробегавшего мимо третьекурсника и потребовал объяснений, но тот не смог ничего толком сказать, только пролепетал что-то про клубы и запрет. Зеус отпустил мальчишку и тот тут же исчез. Пока он раздумывал, не поработать ли руками, чтобы добраться до доски, раздался громкий рев, а потом поток отборной ругани. Легко разметав толпившихся учеников, от доски появился Монтегю, лицо которого было перекошено от злости. Он горящим взглядом окинул гостиную и потребовал немедленно привести к нему старосту.
— Ого, неужели это Малфой чего-то учудил? — удивился Зеус, это могло попортить его планы – если Монтегю возьмется за Малфоя, от последнего в лучшем случае останется бледная лепешка, в худшем – ничего.
— Да нет, — ответил подошедший Блейз, — вышел новый приказ – до особого разрешения закрываются все кружки и клубы, в том числе и квиддичные команды, вот Монти и взбеленился. А Малфоя он хочет как старосту отправить к Амбридж, чтобы утвердить состав команды и получить разрешение играть дальше.
— Амбридж? А она тут причем? — еще больше удивился Зеус.
— Ну так приказ-то она отдала… Да не волнуйся, Драко быстро все уладит, он у нее на хорошем счету, пошли на завтрак…
Зеус согласно кивнул и пошел за другом на выход из гостиной Слизерина. Обернувшись у входа, он увидел, как Монтегю размахивая длинными ручищами объясняет Малфою, чего же он собственно хочет. Последний выглядел очень бледно, пока наконец-то ему не удалось вычленить из потока воплей и мата, что именно требует от него капитан квиддичной команды. Вздохнув с облегчением, он уверил капитана, что все будет улажено еще до начала уроков, и быстренько направился подальше от Монтегю, который в гневе сильно смахивал на разъяренную гориллу. Зеус хмыкнул и вышел в коридор, он-то знал, от чего весь сыр-бор – запрет на клубы означал, что все-таки каким-то образом начальство прознало про кружок по изучению защитных заклинаний. Впрочем, он сам говорил об этом Гермионе, но она наивно думала, что им удастся оставить все в тайне. «Интересно, как? Неужели она чересчур легкомысленно подошла к выбору кандидатов, и кто-то сдал их Амбридж? А я ведь предупреждал…» - думал Снейп, шагая к Большому залу. Уже усевшись за стол и наполнив свою тарелку копченой семгой и картофелем, Зеус взглянул на стол Гриффиндора и тут же наткнулся на вопросительно-возмущенный взгляд светло-карих глаз. «Опа! Неужели она думает, что это я?» - он удивленно приподнял бровь и вопросительно кивнул девушке. Та помотала головой и повернулась к своим друзьям.
Зеус не стал дожидаться своих приятелей, а вышел из Большого Зала, когда увидел, как троица гриффиндорцев поднялась со своего места и направилась к выходу. Догнав их в коридоре, он мягко взял Гермиону за руку и отвел в сторону.
— Грейнджер, что за странные взгляды? В чем ты меня обвиняешь?
Девушка кивнула своим друзьям, что все в порядке, и те отошли на некоторое расстояние, тем не менее продолжая кидать подозрительные взгляды на слизеринца.
— Зеус, это ты? — просто спросила она, внимательно глядя в темные глаза Снейпа.
— Во-первых, даже если бы я был вчера на вашем собрании, которое проходило в Хогсмите… — Зеус жестом попросил его не перебивать, когда увидел, как Гермиона возмущенно задохнулась и уже открыла рот, чтобы возразить ему. — Никто мне не говорил, я сам видел, как вы кучкуетесь… Так вот, даже если бы и был, то не стал бы рассказывать. А во-вторых, если бы и рассказал, то только отцу, и вы тогда отделались бы приличной суммой снятых баллов с факультета и пожизненной отработкой по чистке котлов за первокурсниками.
— Но тогда кто? — Гермиона удрученно покачала головой. — Я не понимаю как?..
— А ведь я предупреждал, не стоит недооценивать министерских работников. Ищи наушника среди своих, конспиратор из тебя никакой…
— Нет, это не может быть никто из наших! — горячо возразила девушка.
— Так или иначе, я надеюсь, что впредь ты станешь умнее, ну бывай, — Зеус махнул рукой на прощанье и отправился к своему классу.
То, что Гермиона могла подумать, будто он выдал ее кому-то из учителей, оставило неприятный осадок на душе. Зеус помотал головой и постарался выкинуть эти мысли из головы. Действительно, мало ли способов узнать необходимую информацию? Тем более, когда собирается так много учеников, шанс, что среди них есть засланный казачок, увеличивается.  Парень вспомнил, как он однажды заикнулся о профессионализме Амбридж отцу. Тогда тот тут же сказал, чтобы Зеус поменьше задумывался об этом и постарался не привлекать к себе внимания профессора Амбридж, упомянув мимоходом, что при ней лучше поменьше болтать и вообще стараться быть незаметным. Из сказанного отцом и подслушанного кое-где Зеус сделал вывод, что Амбридж является шпионом Министерства магии, которое не совсем согласно с руководством Хогвартса. Если не сказать, что находится с ним в состоянии «холодной войны».
Решив поменьше думать о политике педагогов и поплотнее заняться своим планом, Зеус развалился на парте в ожидании начала урока и задумался. «Как же мне достать эту краску? Впрочем я неправильно ставлю вопрос, как – это понятно – надо заказать ее по каталогу вроде тех, с которыми постоянно носится Паркинсон… Но где мне взять его?.. Ты дурак, да. Сам же сказал – Паркинсон!» Снейп нашел взглядом упомянутую девушку и уставился на нее. Пэнси Паркинсон была старостой, как и Драко Малфой, это была невысокого роста девушка, с немного пухлой фигурой и выпуклыми карими глазами, с довольно-таки глупым взглядом. Впрочем глупышкой она не была, она могла очень язвительно, а главное, метко отзываться о своих конкурентках, продолжая играть роль дурочки. Хотя, когда речь заходила о Драко Малфое, она тут же глупела на глазах. Всем было известно,  что Пэнси влюблена в него до кончиков ушей, и это мешало ей иногда замечать, что на самом деле объект ее любви относится к ней пренебрежительно, если не сказать презрительно. Пэнси была ужасная шмоточница, и при первой же возможности она доставала каталог и начинала с подружками выискивать, что можно заказать. Зеус слышал один раз, проходя мимо, как Пэнси жаловалась, что косметика занимает ужасно много места, – два    ящика комода – а ей так хочется заказать еще это, это  и вот это.
«Пэнси, вот кто мне нужен, с ее помощью можно получить каталог и заказать то, что мне необходимо, но так, чтобы она ничего не заподозрила… Если она узнает, что я готовлю для ее «Дракусесюсечки», она меня убьет…» Но тут в класс вошел профессор Флитвик, и Зеус был вынужден обратиться мыслями к более насущному предмету, а именно к заклинаниям.
Для выполнения задуманного необходимо было сблизиться с Паркинсон и втереться к ней в доверие. И вот уже вечером Зеус подсел в гостиной на диван к Пэнси и завел ничего не значащий разговор. Он понятия не имел с чего начать, пока нечаянно не обмолвился, что девушки в Дурмштранге совсем другие.
— А какие? — спросила Пэнси, и Зеус заметил, как в ее глазах вспыхнул огонь.
— Ну они такие… Простые что ли… — осторожно начал парень и, увидев, как на лице девушки появилось выражение превосходства, понял, что напал на нужную волну. — Совсем не умеют ни краситься, ни красиво наряжаться. Вот взять тебя, ты сегодня одна, завтра другая и каждый раз словно только что из салона, на тебя просто приятно смотреть…
Пэнси зарделась и, хихикнув, махнула на Зеуса рукой, но тот продолжал осыпать ее комплиментами, особо не заботясь о правдивости своих слов, в конце добавив, что это, наверное, очень сложно, держать себя в такой форме. Пэнси кокетливо ответила, что тратит на свой внешний вид совсем мало времени и все это от природы, но тут же, найдя в лице Зеуса, благодарного слушателя, стала рассказывать ему, в каких компаниях она состоит в членстве, и где, что, а главное, как можно приобрести, не выходя их школы. Оказывается, Пэнси не просто тупо покупала товары по каталогам, но и была распространителем, то есть получала свой процент за то, что втирала те или иные товары студенткам. В общем Зеус еще раз убедился, что Пэнси не та, кем кажется с первого взгляда. Не подумав, парень спросил, чем косметика одной фирмы отличается от товаров другой фирмы, и тут же нарвался на длиннющую лекцию от девушки. Не желая показаться голословной, Паркинсон сбегала в спальню для девочек и притащила оттуда пухлую стопку каталогов, журналов и брошюр.
Через полтора часа Зеус извинился и, сославшись на то, что ему надо подготовить отчет для отца, направился в спальню для мальчиков. Голова разбухла от потока ненужной информации и болела после вынужденной дегустации пробников различных духов и туалетной воды («Вот понюхай – это духи «Такие-то», вот, а теперь эти, это «Вот такие-то», ну видишь? А теперь, понюхай мои, не идут ни в какое сравнение, правда?» Согласный кивок и тайное желание заработать себе насморк), но в руках у парня было то, чего он и хотел добиться – журнал «Ведьмополитен» с рекламой волшебной краски и купоном для ее заказа по почте. Поймав полуудивленный-полунасмешливый взгляд Блейза, Снейп устало покачал головой и произнес тихо, чтобы услышал только Забини: «Это была ошибка». Последний захохотал и согласно кивнул головой, Зеус же ушел в душевую для мальчиков и долго стоял под горячими струями воды, ему все казалось, что от рук пахнет духами «Розовая страсть», которые нечаянно опрокинула на него Пэнси.
Второй этап – заказ также вызвал свои затруднения. Заказ через школьную сову обычным способом мог вызвать ненужные вопросы со стороны тех, кто проверял посылки. Меньше всего Зеусу хотелось навлечь на себя чьи-либо подозрения. К отцу также не имело смысла обращаться – сын никак не мог придумать достаточно убедительной лжи, чтобы провести профессора. Сказать правду – означало обречь весь план на провал. Поэтому, немного посомневавшись, Зеус, как это ни странно, обратился за помощью… к ворону профессора Снейпа. Придя в кабинет декана, когда того не было на месте, Зеус выразил свою просьбу Крону и подробно рассказал, зачем ему это нужно. Удивительно, но, глядя в умные желтые глаза птицы, парень не чувствовал себя идиотом, разговаривающим с вороной. Возможно, Крон почувствовал это, но только он взял из рук юноши конверт с купоном и деньгами и, подняв правую лапку, показал ему два пальца.
— Не понял, это что? — почесав затылок, спросил Зеус.
Крон закатил глаза, выпустил из клюва конверт и дважды клюнул мальчика за пальцы, потом, подхватив конверт и не дожидаясь еще вопросов, вылетел в какое-то замаскированное отверстие в стене. Зеус потер пальцы и, пожав плечами, вышел из кабинета отца. Загадка разрешилась через два дня, когда, придя с уроков, Зеус увидел на своей тумбочке квадратную посылку, обернутую в коричневую бумагу. Он нетерпеливо сорвал упаковку, и на колени ему упала коробочка, на которой белозубо улыбалась ведьмочка с роскошными пурпурными волосами. Парень обрадовался и тут же полез читать инструкцию. Вскоре радость его поубавилась, оказалось, что мало было нанести состав на волосы, для придания длительного эффекта необходимо было произнести простенькое заклинание. Если добавить субстанцию в средство для волос Малфоя еще представлялось возможным, то как заставить его при этом произносить нужные слова, Зеус придумать не мог. Засунув чудо-краску подальше в тумбочку, Снейп начал ломать голову над тем, как добиться перманентности состава, иначе вся затея теряла смысл. Увидев у себя на голове что-то отличное от своей постоянной прически, Малфой, конечно же, первым делом побежит это смывать. И смоет… Ведь: «Если вас не устраивает получившийся эффект, вам достаточно принять душ с вашим любимым шампунем, если же это то, чего вы хотели, вам достаточно произнести…» и дальше слова заклинания.
Но Зеус Снейп не привык отступать, поэтому он раз за разом пытался решить проблему заклинания. Придя к выводу, что бесполезно пытаться произнести слова Малфоя, он как-то вечером вертел коробочку в руках, и его взгляд наткнулся на состав краски. Тогда его словно молнией поразило – ведь эта краска не что иное, как зелье! А любое зелье можно сделать перманентным, достаточно подобрать правильный ингредиент! Поняв, в какую сторону необходимо работать, Зеус начал усиленно обдумывать, как можно изменить зелье. В первую очередь он вскрыл тюбик с краской и попробовал его разложить на составляющие, а потом собрать обратно. К сожалению это не получилось, он выяснил, что после того, как будет найдено средство удлиннить срок действия зелья, ему придется варить его заново. Это не составляло большой проблемы: все ингредиенты можно было взять в кабинете у отца. Единственно, нужен был еще волосок, для того чтобы завершить все зелье, ведь оно, по сути, было модифицированным оборотным зельем, разве что не весь человек менялся, а только прическа.

И вот спустя две недели с того памятного похода в Хогсмит Зеус сидит под самым потолком в кабинете отца и держит в руках очередную книгу, жутко интересную, но не отвечающую на вопрос «Как сделать зелье перманентным?» Со вздохом парень поставил книгу обратно на полку и достал следующую. Тут же радостный крик сорвался с его губ.
— Ну надо же! «Наследие Медичи»! А я уже думал, что никогда не смогу ее найти, — Зеус уже начал листать страницы, но опомнился. — Опять не то… Растительные яды вряд ли помогут мне продлить действие этого зелья…
Он задумался, автоматически похлопывая книгой по колену. Из задумчивости его вывели голоса в коридоре. Дверь в кабинет оставалась полуоткрытой, Зеус поднял голову и прислушался: он различил голоса отца и декана Гриффиндора МакГонагал. Он не хотел подслушивать, но те говорили так громко, что не услышать, о чем шел разговор, было сложно. А разговор был интересным.
— Профессор Снейп, я не понимаю, почему вы упрямитесь? Директор Дамблдор…
— Не надо, Минерва, только не надо апеллировать к директору, мое решение не изменится – я категорически против. Более того,  я сделаю все, чтобы не допустить этого…
— Поймите же, все просчитано, мальчику ничего не угрожает, для него это будет, как приключение…
Может, Зеусу показалось, но в голосе профессора МакГонагал проскользнули просящие нотки.
— Никогда! Я каждый раз был против ваших фантасмагорических затей, и каждый раз вам с директором удавалось настоять на своем. На это можно было закрывать глаза, пока в прошлом году не начали умирать студенты школы, — профессор вошел в кабинет стремительным шагом и, развернувшись лицом к МакГонагал, смел мантией свитки пергаментов со стола. — И теперь вы хотите, чтобы я рисковал единственным, родным…
— Кхм-кхм, — осторожно откашлялся Зеус, чтобы привлечь внимание к своей скромной персоне. — Добрый вечер…
Оба профессора тут же вскинули головы к потолку и уставились на него.
— Что ты здесь делаешь? — сварливо спросил Снейп, стараясь понять, как много из их разговора успел услышать его сын, профессор МакГонагал же вежливо поздоровалась и сделала вид, что она вообще не причем.
— Ищу информацию, — ответил Зеус, спускаясь с лестницы с книгой в руках. — Как можно изменить срок действия зелья, удлиннить или, наоборот, отсрочить…
Профессор отошел к своему столу и достал из ящика потрепанную книгу в кожаном переплете, сунув ее в руки сыну, он сказал:
— Прочитай и верни к выходным, теперь иди.
Зеус взял книгу и замешкался: с одной стороны, ему очень хотелось унести с собой «Наследие…», но это книга была совсем не для учеников, с другой стороны, он видел, что отец занят и может разрешить ему забрать книгу, лишь бы поскорее избавиться от парня. Сын неуверенно протянул отцу желанную книгу обложкой вниз и аккуратно начал:
— А можно я еще вот это возьму?..
Вопреки его ожиданиям, профессор взял книгу и развернул ее лицевой стороной к себе; бросив лишь один взгляд на название, он сунул книгу обратно сыну и процедил, нажимая на последнее слово:
— Возьми, а теперь иди.
Сын решил за благо ретироваться, пока у него не отобрали недозволенной книги, и быстренько выскользнул за дверь. Едва за ним закрылась дверь, как тут же из кабинета опять донеслись повышенные голоса обоих деканов. Они явно о чем-то спорили. Зеус с трудом подавил желание подслушать под дверью разговор отца и МакГонагал и пошел в сторону слизеринской гостиной. Нужная книга у него в руках, а также самое лучшее в мире пособие по растительным ядам в придачу. Зеус до сих пор не мог понять, почему отец разрешил ее взять. «Впрочем он всегда может передумать и отобрать ее», — мелькнуло у него в голове. «Интересно, о чем они спорили? Ясно, что МакГонагал уговаривает отца дать на какое-то действие разрешение. Интересно на какое? Он сказал, что не хочет рисковать единственным и родным… Чем? Здоровьем? Факультетом? Сыном?» - последнее предположение казалось более всего подходящим, но Зеус не мог понять: во-первых, зачем он нужен МакГонагал? Во-вторых, отец никогда не проявлял особой родительской любви и уж, думается, для блага Хогвартса мог бы согласиться на любые условия. «С другой стороны, МакГонагал сказала «мальчик», а отец сказал, что от их затей умирают студенты… Я запутался… Ладно, разберусь сначала с Малфоем, потом займусь их кознями».
Все вечера на этой неделе Зеус проводил в обнимку с книгой, ему удалось найти и подобрать рецепт не только как продлить действие зелья-краски, но и как отсрочить начало действия. Ведь если оно начнет действовать, как только объект (в данном случае Малфой) нанесет его на волосы, то он просто не выйдет из гостиной, а будет убиваться по своим прекрасным волосам в одиночестве. На следующее утро Снейп встал одновременно с Малфоем и, находясь все время по близости от него с секундомером в руках, вычислил время, которое проходит от того момента, как Драко заканчивает приводить в порядок свой внешний вид, и до того момента, как он садился за стол своего факультета в Большом Зале. Надо сказать, что Драко был очень пунктуальным, и это в известной степени облегчало работу Зеусу.
Выписав все необходимые ингредиенты и рецепты, Зеус вернул книгу отцу, а «Наследие Медичи» оставил у себя, благо, что профессор Снейп не вспомнил о ней. Все выходные парень убил на то, чтобы вывести на бумаге формулу улучшенной краски для волос. Ему оставалось всего два шага до получения готового зелья: первое – найти подходящий волос, и второе – сварить само зелье. С этим тоже возникала проблема, ведь не станет же он, в самом деле, варить это зелье в кабинете отца или в гостиной Слизерина? И тогда на ум ему пришли близнецы Уизли, кажется, они были не прочь напакостить слизеринскому старосте…

0

15

написано оч. хорошо...но вот не лежит у меня душа к оригинальным персонажам....
как=то легче читать даже АУ.. но с изв. героями..

0

16

mort
Оу, я не верю, вы это асилили? о.О

0

17

ну знаете.. мне пришлось в свое время даже трилогию Драйзера осилить... (читается ГОРАААЗДО ДОЛЬШЕ И ТЯЖЕЛЕЕ)

0

18

mort написал(а):

(читается ГОРАААЗДО ДОЛЬШЕ И ТЯЖЕЛЕЕ)

Я могу воспринять как комплимент?

0

19

ну да..

0

20

так приятно :blush:

0

21

LeljaAngel написал(а):

Название: Брат мой названный.
От автора: Мой первый фик, многа буков и будет еще больше!

Ангел, я его обязательно прочту, но только чуток попозже, ладно? я на вот этом остановилась в прошлый раз:

LeljaAngel написал(а):

— Дело даже не в этом! — Зеусу очень не хотелось признаваться, что он действительно боится этого громилу, тем более, что Пьюси сказал как-то, что вратарь не совсем вменяем. — У меня просто не будет времени на тренировки, я не смогу без должных усилий влиться в вашу команду…
— Не будет времени? — Переспросил Забини, присоединяясь к их маленькой компании. — Чем же ты можешь быть так занят?
— Уроками…
— Уроками?.. — Блейз захохотал, будто сама мысль о слизеринце, занятым учебой, было нелепа.
— Вы что, не понимаете? — Раздраженно огрызнулся Зеус. — Все в этой школе ждут от меня чего-то необычного. Каждый преподаватель, первым делом, спрашивает задание с меня, я еще до гостиной не успел дойти в первый день, как мне сообщили о том, как мой папочка замечательно учился и выразили надежду, что и я буду не хуже. Если я позволю себе быть отстающим по той же Трансфигурации, отец сожрет меня с потрохами.
Зеус зло уставился в огонь, парни рядом с ним молчали, возможно, они по-новому взглянули на своего сокурсника. Действительно, так ли это просто быть родственником одного из преподавателей? Скорее, это большая ответственность.
— Ну может, все не так уж и плохо… — Виновато протянул Блейз.
— Нет, все не так плохо. Все просто дерьмово, — отрезал Зеус.
Он поднялся с кресла и, не прощаясь, ушел в спальню. Лежа в кровати, он пытался вернуть себе то состояние упоения, которое было с ним во время полета. Получалось плохо, никогда он не мог себе представить, что ради учебы ему придется отказаться от квиддича. И за это он начинал ненавидеть отца.

0

22

фух, добралась! ну, с этого дня начинаю выкладывать комментарии к главам фика))) сорри, Melizrael что заставила себя так долго ждать... Итак....

Название: Брат мой названный.

- название, а точнее сам его смысл, поняла я только тогда, когда прочла третью главу, но понравилось мне это сильно))))))))))))))))

От автора: Мой первый фик, многа буков и будет еще больше!

- вот это "многа буков" сильно понравилось и порадовало))))))))

Удивительно, если бы в такой погожий денек нашелся хоть один человек, который не отбросил бы на время все дела и проблемы, единственно для того, чтобы наслаждаться теплым днем. В вагоне малинового поезда сидел подросток: неестественно бледный худощавый парень с тёмными волосами. Темными, как омуты, глазами он наблюдал за проносящимся за окном пейзажем, и мысли его были отнюдь не радужными и беззаботными.

- то, что такой человек все-таки нашелся, не столько удивляет, сколько радует своим присутствием, да и вообще радует, что Зеус - лапочка)))))))))))))) а его описание дало мне идею для Тео-младшего... так что ОСОБОЕ ОГРОМНОЕ СПАСИБО АВТОРУ за подкинутую мысль))))

«Напрасно отец все это затеял… Мне осталось всего лишь два года, а теперь придется начинать все заново: новое место, новые люди… кого-то это, наверняка, воодушевило бы… Все только из-за того, что малохольный тип, зовущий себя директором, куда-то запропастился. По мне, так давно следовало сбросить его с какого-нибудь утеса… Не нравится мне Англия – в Болгарии было куда лучше…»

- сразу понятно, что парень - с характером. И это приятно радует))) особенно порадовало  про скидывание с утеса))))))) *моя богатая фантазия сразу же нарисовала сию потрясающую картину*  :D

Поезд все также весело стучал колесами, солнце и не думало светить хотя бы в половину меньше, а облака соревновались в скорости с локомотивом, но парнишке из купе №6 не становилось от этого легче.

- можно задам вопрос? номер купе возник спонтанно или в это был вложен какой-то скрытый смысл? просто у меня почему-то возникает ассоциация с произведением "Палата №6"...

Впереди его ждал пыльный Лондон, улицы, запруженные бестолково суетящимися людьми, а в начале сентября – новая школа. Новые одноклассники, которые еще неведомо как примут его в свои ряды, устоявшиеся за пять лет; новые преподаватели, которые, наверняка, не дадут ему спуску, единственно потому, что он студент школы-соперницы, новые правила, новые заботы. И только один человек будет рядом – его отец.

- переживания парня лично мне самой очень знакомы, так как приходилось в совое время менять школу и место жительства, в том числе... и приходилось заново выстраивать отношения с другими людьми, оставляя прошлых друзей там, же, где осталась школа...

Когда малиновый поезд полностью остановился, парнишка не сразу сошел на перрон, а задержался в дверях, ища глазами знакомую фигуру. Он быстро нашел ее, но не так быстро узнал.

- я довольно долго думала, пытаясь понять почему это Зеус не сразу узнал отца... потом дошло почему. кажется...

Подойдя ближе, он поставил свою ношу рядом и посмотрел в глаза, так похожие на его собственные. «Сейчас скажет, что я опоздал, хотя нет, я ж на поезде, значит, придерется к внешности…».
— Здравствуй, — без выражения произнес мужчина, внимательно смотря на сына и замечая малейшие детали. Темные круги под глазами - вероятно, не выспался в поезде; почти зажившие царапинки возле виска - последствия квиддичного матча или потасовки с друзьями; ворот рубашки расстегнут и смят - это назло ему, отцу; в глазах протест.
— Здравствуй, вот он я, — сын не позволил своему недовольству отразиться в голосе, но и говорить по уставу его не заставишь. — И что дальше?

- описание Зеуса красивое))) складывается мнение, что парень свободолюбивый и слегка бунтарь... но это меня к твоему герою только привлекает и притягивает))) :love:  коричневый плащ на Снейпе-старшем - руууууууууууулит))))  :D описание парня глазами отца тоже радует))) причем, не меньше, а даже, наверное, больше)))) Зеус Снейп напоминает самого Северуса в молодости... да и на Гарри чем-то похож... сразу видно, что есть что-то родственное... И, по первым же словам, что произносят Зеус и Сев, чувствуется вечно актуальная проблема "отцов и детей", которую не могут разрешить тысячелетиями))))))))))) красиво))) Отчасти это интригует, отчасти - радует, отчасти - расстраивает, но все равно мне нравится))) смотрится здоровско))))))))

— Боюсь, что ты заблудишься, и мне придется убивать свое время на твои поиски. Рядом с трактиром есть переулок с магическими магазинами, я покажу, как туда попасть. Ближе к сентябрю я приеду со списком книг и необходимых вещей. Первого сентября Том посадит тебя на такси до вокзала, дальше ты пересядешь на Хогвартс-экспресс.
— Значит, это уже решено? — Где-то в глубине души мальчик лелеял слабую надежду вернуться в родную школу. Напрасно, отец никогда не шутил и очень редко менял свое решение. — Мне осталось всего чуть-чуть, что с того, если бы я закончил учиться там? Я бы мог…
— Нет.

- переживаю за главного героя, коим, несомненно, здесь является Зеус... сопереживаю парню, поскольку мне самой слишком хорошо на собственном опыте такое категоричное "нет", которое невозможно поменять... потому, что оно - конечное...

Вот и все. Последняя надежда умерла, бастионы рухнули, усталый воин сложил свое оружие. Отца не переубедить, хоть бейся головой о стенку. Понурив голову, парнишка потащил свой чемодан вслед за быстро уходящим человеком в коричневом плаще. Цепляясь носками ботинок за плиты перрона, задевая прохожих чемоданом и невнятно бурча извинения, он тащил свое тело к выходу с вокзала. Словно не хотел отходить от поезда, который привез его в эту страну, оторвав от родного места, и бросил в безликую толпу, которой ни до кого нет дела.

- описание очень лиричное и красивое, хотя и грустное))) налицо подростковый максимализм, в котором либо все, либо ничего... это очень приятно радует и глаза и сердце. мне нравится, причем очень)))))))))))))))

«Я знаю, как ему не хотелось уезжать из школы, в которой проучился пять лет. Мне знакомо чувство пустоты, когда приходишь туда, где тебя никто не ждет, где ты никому не нужен. Один, без друзей, без единого человека, который понял бы тебя, и попробовал помочь». Старые обиды всколыхнулись в груди, но мужчина не дал волю ненависти и злобе, его мысли быстро перескочили на другое. «Ему будет тяжело, учитывая, чей он сын. К нему будут относиться с предубеждением. Надеюсь, он справится».

- мысли Снейпа-старшего - очень даже "в кассу", по теме))) мне нравится))) они раскрывают характеры самого Сева и его сына, показывают различие и сходство между ними...

Он быстро оглянулся назад на сына, и не увидел, как тот тащится за ним. Подросток уже пережил свое разочарование, он твердо решил для себя показать всем, каких магов воспитывают в Дурмштранге, добиться всего возможного, а возможно, и невозможного в этой захудалой школе. Посмеиваясь над собственным каламбуром, он бодро шагал в двух метрах от отца.

- то, как Зеус быстро взял себя в руки, сразу говорит о том, что у парня огромная сила воли, что добавляет шарма и очарования герою))) Зеус очарователен)))  :love: *шепотом добавляет* :blush:  не зря Парв в него влюбилась)))) каламбур со словом "возможно" и его производными очаровывает, как и главный герой))) кстати, я уже просила тебя добавить сестер Патил в свое повествование? если нет, то прошу - добавь, пожалуйста... буду очень признательна))) ну, и Теодора Нотта-младшего, если можно, тоже, пожалуйста... он тоже в пятой книге мелькает...

Тот сам не был рад этому переводу из одного учебного заведения в другое. Пока парень учился в Болгарии, никто и не подозревал о его существовании, но теперь умные люди могут сложить дважды два и получить четыре. Его сын был единственным слабым местом в крепости, которую мужчина возвел вокруг себя. Он сам никого не любил и ни к кому не привязывался, очень сложно надавить на человека, у которого нет ценностей, кроме собственной выгоды. Но коль теперь пошли такие времена, и Темный Лорд снова восстал, лучше держать парня вблизи себя, в крайнем случае, можно будет его защитить.

- Сев представлен хоть и несколько жестким и, даже где-то жестоким, но, все равно, располагающим персонажем... Видно, чтовся его черствость, жестокость и жесткость скорее вынужденный, т.к. у профессора и так полным-полно всяких забот...

«Хотя, наверное, это не самый лучший выход из положения, возможно, следовало наоборот спрятать его подальше… И поменять фамилию…». Такие мысли роились в голове у человека в кожаном плаще, который вместе с темноволосым подростком спускался в метро.

- так и хочется сказать "ничто человеческое не чуждо" Северусу)))) Снейп-старший просто прелесть и очаровашка в своих раздумьях))))  :flag: эх, побольше бы такого Сева))))

Погода испортилась на следующий же день. Накрапывал мерзкий дождик, и поэтому новый постоялец сидел в комнате на подоконнике и смотрел на улицу.

- погода под стать чувствам парня, описанным выше))) здоровско))) не знаю кому как, а мне нравится))) *шепотом* хотя я тоже люблю, когда погода сочетается с самочувствием человека))) а на день рождения, почему-то, предпочитаю солнечную погоду... правда, в этот раз она была средней))) полусолнечной-полупасмурной, но в тему к моему самочувствию))) *но это я отошла от темы...*

Вчера, едва они вдвоем с отцом вошли в трактир «Дырявый котел», к ним подошел Том, лысый и сморщенный, вдобавок, у него, кажется, отсутствовали все зубы.

- так и хочется поязвить и спросить "кто ж их ему выбил?" *хихикает над Томом*  :D

Отец отвечал сквозь сжатые зубы, было видно, что его не приводит в восторг пребывание в темном, закопченном трактире, где все имели возможность на него пялиться. Он вроде как вообще не любил внимание.

- традиционная манера говорить сквозь крепко сжатые зубы и боязнь Севом внимания со стороны окружающих одновременно и радует, и отталкивают, но это Снейп и ничего с ним не поделаешь))) и это хорошо))) мне нравится)))

— О, да, конечно! Никаких проблем! — Старый Том, наоборот, лучился радушием, от которого веяло раболепием. — Добро пожаловать в Лондон, молодой человек! Знаете, пару лет назад у нас останавливался сам Гарри Поттер! С ним не было проблем.
При фамилии Поттер мужчина, пришедший с мальчиком, поморщился, как от зубной боли. Подросток знал, что вся шумиха, созданная вокруг Мальчика-который-выжил, жутко раздражала отца, впрочем, как и сам этот мальчик.
— Надеюсь, с тобой так же не будет проблем,— тихо прошипел тот, которого Том назвал профессором, и чуть громче обращаясь к хозяину заведения:
— Не будете ли вы столь любезны подготовить комнату, пока я покажу мальчику Косой переулок.

- напоминание про Гаррика - очень даже кстати))))))))))) хотя на первый взгляд показалось, что оно некстати... оно все равно удачно вписывается в повествование, раскрывая характеры и поясняя поступки героев. Наглядная неприязнь Севы к Гаррику очень хорошо отражена - молодец! =)))

После этих слов отец и сын вышли на задний дворик, единственной примечательной вещью в котором был мусорный бак, да и вообще этот бак там был единственной вещью. «Замечательный переулок, — подумал подросток, уткнувшись взглядом в кирпичную стену, — совсем не косой, а такой прямой и гладкий, только короткий. Скорее, тупик, чем переулок».
— Что-то я не вижу магазинов и всего прочего. Наверное, они попрятались, — у него отчего-то вдруг резко повысилось настроение, возможно, ясная погода все-таки достучалась своей магией и до его сердца.
— Упражняться в остроумии будешь в другой раз, а теперь запоминай.
И мужчина тронул концом волшебной палочки один из кирпичей. В каменной кладке появилось небольшое отверстие. Оно быстро увеличивалось, и вскоре в стене открылся довольно широкий проход, за которым была видна улица, состоящая сплошь из магазинов. По улице в разные стороны двигались колдуны и волшебницы в разноцветных мантиях.
— Три кирпича вверх от мусорного бака и два в сторону, — объяснил маг, с удовольствием наблюдая, как изумление на лице подростка сменяется восхищением.

- описание заднего дворика и реакция на это зрелище Зеуса просто очаровательны)))))))))))))) понравилось все: что его язвительное замечание, что сарказм, что последовавшее за этим ошеломление и недоумение, сменившееся восхищением))) :D  :love:  долго смеялась над тем остроумием, с которым парень "прокатил" и переулок и задумку отца))))))))) Красиво)))))))) респект и уважуха автору))))

Все это было вчера, после того как отец продемонстрировал образчик местной магии, он достал из своего плаща кожаный мешочек с золотом и объяснил, что это все карманные деньги до конца лета.

- эх! вот так оно всегда с отцами и бывает((( недостаток внимания со своей стороны они пытаются окупить и оплатить деньгами... эх, а ведь детям изначально так не хватает отцов и матерей, а уже потом они привыкают ко всему этому, становясь взрослыми и самостоятельными, независимыми и недоступными, закрываясь от отцов и матерей, которые почему-то только во взлослом возрасте начинают проявлять к детям какой-то интерес, от которого их дети уже успели отвыкнуть... но все равно это жизнь, а в жизни очень редко что можно поменять... разве только самим, выростая во взрослых не забыть о том, как сами были детьми и чего нам не хватало, оказывать своим детям... может, тогда мир хоть чуть-чуть изменится...

Еще раз повторив правило, касающееся прогулок по маггловской территории, он попрощался тут же на заднем дворе и с легким хлопком трансгрессировал в неизвестном направлении, оставив парня самому разбираться со всем этим. Немного побродив по магическому переулку, подросток решил, что рассмотреть подробнее он сможет и позже, а теперь неплохо бы вернуться в свою комнату.

-

- что-то я, изначально читая, сильно сомневалась и сомневаюсь, что парень не будет бродить по маггловскому Лондону, что он никуда там не прогуляется... сильно-пресильно сомневаюсь, что он выполнит наказ отца))))))))) наверно, потому, что сама на его месте сразу бы нарушила наказ))) слишком велик риск и азарт, слишком заманчива сама мысль, что ты без контроля - практически без всякого контроля... Том, по мне, не считается)))))))))) *вспоминаю себя этим летом и этой осенью, когда оставалась без присмотра в других городах (точнее - в Питере и Ярославле, где была без родичей и могла позволить себе многое)*

Напоследок он зашел в букинистический магазин, купил пару книг для легкого чтения перед сном и направился обратно в трактир.

- интересно, а какими по весу и по объему были эти самые книги "для легкого чтения"? *представляет здоровенные талмуды, как раз такие, какие любит читать Гермиона и какие сама в детстве была не прочь прочитать*... :D  *и хихикает.*

Вопреки его ожиданиям, комната оказалась очень даже ничего. Мебель темного дерева, стены обшиты панелями, недостаток света компенсировали тяжелые подсвечники со свечами, расставленные тут и там и большой камин.

- комнатка действительно красивая))) я бы и сама не отказалась в ней жить))))  :love: ну или, в такой же))))

Купленные книги лежали на столе рядом с остатками завтрака и большим террариумом.

- А в террариуме кто живет? Крокодил? Черепаха? Ящерица? Пауки? Змея? Игуаны? ведь рыбки в террариумах вряд ли будут водиться, разве только как угощение)))))

Одна «История Хогвартса», другая «Происхождение и родословные самых великих магов Европы за последние триста лет».

- мммм... какая прелесть))) Это не та ли "История...", которую так обожает Гермиона? Кажется, как раз та))) эх, я бы с удовольствием бы и ее, и "Происхождение и родословные..." прочитала бы, да, жаль, не знаю где найти)))

(«Интересно, найду ли я там свою фамилию? Неплохо бы знать с кем в родстве мы состоим»). Отодвинув «Происхождение…» в сторону, мальчик зажег свечи и придвинул «Историю Хогвартса» ближе.

- мысли Зеуса как нельзя кстати сходятся с моими, правда, я сильно сомневаюсь, что найду там кого-либо из родичей))))))) но все равно спасибо - порадовало))))))))))))

— Всегда надо знать о враге как можно больше, — пробормотал он, — информация – твое оружие. Так вроде говорил профессор Малик. Ну-с, приступим к изучению.

- Интересно, а что это за Малик? И будет ли о нем дальше по фику что-либо сказано? А сама фраза - классная!!!!!!!!!!!!!!!!!!! =))))) руууууууульно))))))))))  :cool:

И склонив голову над книгой, мальчик приступил к изучению истории замка, правил поведения в школе и странных событий, которые произошли в ней со дня основании школы четырьмя великими волшебниками: Годриком Гриффиндором, Салазаром Слизерином, Ровеной Когтевран и Хельгой Пуффендуй.

- если мне не изменяет память (...а она мне не изменяет, потому, что не с кем... :rolleyes: ), то в русском варианте были Кандида Когтевран и Пенелопа Пуффендуй, а в английском - Ровена Ровенкло и Хельга Хаффлпафф... так что несколько непривычно и странно читать смешанные имена и фамилии основательниц... может, стоит как-то подправить?

Изредка он поднимал голову и покусывал кончик пера, которое вертел в руках, или наматывал на палец прядь волос, выпавшую из хвостика, гордо именовавшегося прической. За этим занятием и застал его вечер первого дня, самостоятельно проведенного в чужой стране.

- описание парня классное))) романтично и весело сделано))) я уже при прочтении первой главы обожаю твоего персонажа)))))))

Ура)) наконец-то дописала первый коммент на первую главу!!!=)))))))) теперь бы сдать последний экзамен и продолжить печатать комменты на следующие главы, находясь на работе)))

0

23

Титаник написал(а):

название, а точнее сам его смысл, поняла я только тогда, когда прочла третью главу, но понравилось мне это сильно))))))))))))))))

нука, нука, что именно и при каком моменте ты поняла, а?

Титаник написал(а):

номер купе возник спонтанно или в это был вложен какой-то скрытый смысл? просто у меня почему-то возникает ассоциация с произведением "Палата №6"...

верно, верно, все верно)))))

Титаник написал(а):

кстати, я уже просила тебя добавить сестер Патил в свое повествование? если нет, то прошу - добавь, пожалуйста... буду очень признательна))) ну, и Теодора Нотта-младшего, если можно, тоже, пожалуйста... он тоже в пятой книге мелькает...

просила, но я не представляю куда именно их можно сунуть, там уже есть девочка Боунс, ее вполне достаточно, Нотт тоже присутствует но я не знаю будет ли у него бОльшая роль...

Титаник написал(а):

А в террариуме кто живет? Крокодил? Черепаха? Ящерица? Пауки? Змея? Игуаны? ведь рыбки в террариумах вряд ли будут водиться, разве только как угощение)))))

змея, дальше будет про нее

Титаник написал(а):

Интересно, а что это за Малик? И будет ли о нем дальше по фику что-либо сказано?

профессор коротый преподавал ЗОТИ в Дурмштранге, да про него будет в самом конце или  следующем фике... к сожалению он погибнет, а Дурмштранг будет разрушен, а на него это ве свалят, типо он помешался... И таким образом друзья Зеуса тоже будут учиться в Хоге, вот тогда то они и "зажгут" в школе

Титаник написал(а):

если мне не изменяет память (...а она мне не изменяет, потому, что не с кем...  ), то в русском варианте были Кандида Когтевран и Пенелопа Пуффендуй, а в английском - Ровена Ровенкло и Хельга Хаффлпафф... так что несколько непривычно и странно читать смешанные имена и фамилии основательниц... может, стоит как-то подправить?

уди противная, я писать это начал лет 5 назад, читал ГП тока по книгам Росмена, так что скажи спасибо что у меня тут не Снегг...

Титаник написал(а):

Ура)) наконец-то дописала первый коммент на первую главу!!!=)))))))) теперь бы сдать последний экзамен и продолжить печатать комменты на следующие главы, находясь на работе)))

молодец, спасибо тебе огромное!!!!! люблю тебя безумно, проолжай в том же духе, тока по одной главе за раз!!!!!! а то я не смогу ответить и запутаюсь)))) исполняй свои обязанности моей музы))))

0

24

Melizrael написал(а):

нука, нука, что именно и при каком моменте ты поняла, а?

ну, об этом я еще напишу, но только когда буду по третьей главе отзыв выкладывать, так что - пока тайна)))

Melizrael написал(а):

верно, верно, все верно)))))

о, как здорово))) *радуетсО*  :jumping:

Melizrael написал(а):

просила, но я не представляю куда именно их можно сунуть, там уже есть девочка Боунс, ее вполне достаточно, Нотт тоже присутствует но я не знаю будет ли у него бОльшая роль...

Ну, это-то я понимаю))) до момента когда появляется Тео я пока еще не дочитала, как дочитаю - дам знать, но вот куда их сунуть - это действительно вопрос... правда, у меня мысль одна есть... ну или просьба... можно попросить пару составить из Тео и Парв, если тебе, конечно, не сложно? тогда точно можно будет туда Патил-старшую пристроить)))  :love:  *шепотом* можно даже с БДСМ со стороны слизеринца)))  :blush:

Melizrael написал(а):

змея, дальше будет про нее

ммм... люблю этих умных ползающих животных))) они классные)))

Melizrael написал(а):

профессор коротый преподавал ЗОТИ в Дурмштранге, да про него будет в самом конце или  следующем фике... к сожалению он погибнет, а Дурмштранг будет разрушен, а на него это ве свалят, типо он помешался... И таким образом друзья Зеуса тоже будут учиться в Хоге, вот тогда то они и "зажгут" в школе

вау))) даже так? жалко тогда препа... но что поделать... а про ребят... хм, ну что ж, тогда можно было бы и нескольким слизеринцам с ними вместе позажигать, хотя не знаю как ты отнесешься к этой идее)))

Melizrael написал(а):

уди противная, я писать это начал лет 5 назад, читал ГП тока по книгам Росмена, так что скажи спасибо что у меня тут не Снегг...

:D ога))) противная, вредная и вообще "ути-какая-страшная"  :rofl: а вообще - это тоже хорошо, просто я написала здесь, чтобы мне не говорить об этом дальше по тексту))) а за то, что у тебя не "падал-падал прошлогодний Снегггггг" :rofl:  :crazyfun:  :D  (...гыгыгыгы!..) - СПАСИБО))) *повисла на шее и расцеловывает*  :love:  :flirt:

Melizrael написал(а):

молодец, спасибо тебе огромное!!!!! люблю тебя безумно, продолжай в том же духе, тока по одной главе за раз!!!!!! а то я не смогу ответить и запутаюсь)))) исполняй свои обязанности моей музы))))

это тебе спасибо, милый)))) я тебя тоже обожаю))) как и твои произведения))) по одной главе и будет, только вот отдохну слегка после сессии, да примусь дальше читать и комментить=))))))))))))))  :love: а обязанность Музы мне нравится))) это очень почетно)))  :blush:

0

25

Титаник написал(а):

правда, у меня мысль одна есть... ну или просьба... можно попросить пару составить из Тео и Парв, если тебе, конечно, не сложно? тогда точно можно будет туда Патил-старшую пристроить)))    *шепотом* можно даже с БДСМ со стороны слизеринца)))

извращенка. у меня про Зеуса фик, как туда Нотт со своей пассией попадут? оО

0

26

Melizrael написал(а):

извращенка. у меня про Зеуса фик, как туда Нотт со своей пассией попадут? оО

:P я не извращенка - я просто читательница)))))))) как попадут? обыкновенно! ты же автор - тебе и придумывать)))  :D а если без шуток - то я могу нашептать тебе одну идею, правда, по ЛС)))
*а еще я должна дочитать вторую главу, прежде чем выкладывать на нее комменты, так что прошу подождать немного - мне еще осталось совсем чуть-чуть... (да и курсовик надо дописать, а то я про него совсем забыла, а меня не переведут на следующий курс до тех пор, пока я его не сдам)*

0


Вы здесь » Гарридрака и все-все-все » Фанфики автора Невиддимка » "Брат мой названный" джен, НМП/СС/ГГ/ГП